Читаем без скачивания Последняя семья - Джон Миллер

– Скучноватый сегодня вечер, – рассеянно сказал Флетчер. – Нам потребуются силы для встречи несравненного Пола. Может, стоит растянуть удовольствие подольше, дабы нашему другу было что вспомнить? Как ты думаешь, ради спасения семьи он лишит невинности собственную дочь? Неплохая мысль. Это он запомнит надолго. – Мартин громко расхохотался. – Превосходно! Отличный тест: что сильнее – любовь и долг или христианская мораль?

Курт нахмурился.

– Лучше покончить с этим поскорее и свалить отсюда.

Мартин секунду глядел на него, а потом тыльной стороной ладони нанес такой удар по лицу, что Курт распластался на полу.

– Яздесь командую. Ясоставляю план действий, и я определяю правила игры. Уйти – не самое важное. Уйдем, если заслужим. Самое важное – показать этим сукам, что такое настоящая боль. Если хочешь уйти, проваливай сейчас – бери спасательный плот, мне он не нужен. Если боишься смерти, тоже проваливай. Возьмешь деньги Лалло целиком. Будешь жить у себя в стране королем, женишься на аргентинке с немецкой кровью и будешь качать внуков на ревматических коленях, распевая гимны фатерланду.

Курт поднялся. Лицо его пошло красными пятнами, губы плотно сжались.

– Я не боюсь, Мартин. И я умру, если будет нужно – или если ты прикажешь. Клянусь. Я клянусь тебе на верность, на жизнь и на смерть.

Мартин обнял Курта, заглянул в глаза и прижал к себе.

– Значит, либо вместе выживем, либо вместе умрем. Если мы выживем, потерпев неудачу, то это все равно что умереть. Стоит ли жить, если потеряна честь? – Он достал из кармана взрыватель и положил на столик. – Когда наступит время, я окажу тебе честь самому запустить взрыватель. Скуба[16] готова? Задержка взрывателя – десять минут. Достаточно, чтобы улизнуть.

Флетчер лгал. Задержка после нажатия кнопки составляла всего тридцать секунд. Мартин успел перенастроить взрыватель.

Он нежно, почти любовно потрепал Курта по щеке.

– Пойдем, надо подготовиться к встрече дорогих гостей. И не забывай улыбаться.

Глава 56

Четверка припала к палубе на корме «Тени», изучая воздвигнутое Флетчером сооружение. Рот Вуди был заклеен лейкопластырем. Предплечья склеены друг с другом тем же пластырем от локтей до запястий. Пальцы его напоминали изогнутые дубовые ветви с лопнувшей корой, сквозь кожу проглядывали сломанные кости. Когда голову отбросило назад, Полу показалось, будто Вуди выкололи глаза, но вскоре понял, что ему просто залепили глаза шпаклевкой, и уши тоже.

– О Боже, – прошептал Пол. Вуди жил сейчас в темном безмолвном мире, где единственным доступным чувством была боль.

Тед перекрестился и вытащил из-за голенища нож, чтобы перерезать шнур, которым Вуди был привязан к мачте. Пол ухватил Теда за руку, когда тот уже собирался приступить к делу. Выразительно глянув на спецназовца, Пол обошел Вуди и обнаружил то, что и ожидал увидеть. Тонкая, почти невидимая растяжка вела от пояса Вуди к уложенному в бухту канату. Пол заглянул внутрь бухты – там лежала осколочная граната, прикрученная к хромированному пиллерсу. Растяжка была обмотана вокруг чеки, которую почти полностью вытащили из гранаты, так что внутри остался лишь ее кончик. Во избежание случайностей на чеку нанесли слой смазки, чтобы она вышла без трения. Пол показал на гранату и задвинул чеку на место.

Потом с помощью ножа Теда изогнул чеку, так что теперь она выходила из паза с большим трудом. После этого тем же ножом Пол перерезал растяжку. Они подняли Вуди и уложили на палубу. Он был жив, но, к его счастью, без сознания.

Пол отстегнул запасной спасательный жилет и напялил на Вуди. Затем общими усилиями они перебросили его за корму. Несколько секунд среди волн мелькала голова Вуди, а потом исчезла в дождливом сумраке.

Медленно и бесшумно они продвигались вдоль борта яхты. Торн остался прикрывать дверь кормовой кабины, Тед опустился на колени спиной к нему и направил пистолет на дверь кокпита. В зоне обзора Теда находились кокпит и дверь в камбуз. Всякого, кто там появлялся, он мог видеть, сам при этом оставаясь незамеченным. Пол и Брукс осторожно двинулись к носовой кабине.

Пол сорвал с люка защелку, швырнул ее в озеро и распахнул крышку. В каюте тихо играло радио. Первое, что Пол увидел, было изумленное лицо Реба. Пол приложил палец к губам и протянул руку.

Лаура подняла голову и просияла.

– Пол! – прошептала она. – Слава Богу!

Она обхватила Реба за пояс и подняла вверх навстречу отцу. Пол вытащил сына на палубу и протянул руку Лауре.

Брукс положил автомат и натянул на дрожащего Реба жилет.

Пол втащил на палубу Лауру и прижал к себе. Она поцеловала его в губы. Брукс протянул Лауре жилет, и она послушно надела.

– Что с Эрин?

– В яхт-клубе. С ней все в порядке. Вы оба немедленно отправляйтесь за борт. Брукс будет вас сопровождать. Через минуту-другую вас подберет катер.

– Где Волк? – спросил Реб.

– Вместе с Эрин. Цел и невредим.

– Бисквит! – отчаянно прошептал Реб. – Там остался Бисквит!

– Реб, это всего лишь птица, – сказала Лаура.

– Это не просто птица! Папа, Бисквит мне верит, а они его убьют. Я знаю, что убьют.

– Где он? – спросил Пол.

– Рядом с кроватью. Пожалуйста, разреши мне слазить за ним.

– Позвольте мне, сэр, – сказал Брукс.

– Нет, я заберу птицу сам, – резко сказал Пол. – А вы выполняйте приказ.

Брукс перекинул автомат через плечо, обхватил Реба и двинулся к лееру.

– Поторопитесь, мэм, – бросил он Лауре.

– Так что будет с Бисквитом? – прошептал Реб, вырываясь из рук полицейского.

– Реб, верь мне.

– Ты обещаешь?

– Да.

– Поклянись.

– Обещаю. А тебе я поручаю позаботиться о маме до моего возвращения. Ты меня не подведешь?

– Нет.

– Готовы? – спросил Брукс.

Реб кивнул и зажал нос. Спецназовец одной рукой обхватил его за талию, другой стиснул ладонь Лауры. Все трое перевалили через борт и исчезли за серой пеленой.

– Прощайте, – прошептал Пол. – Храни вас Господь.

Он двинулся обратно к Торну и Теду.

– Все в порядке. Теперь вы оба тоже за борт.

– Что? – ошарашенно уставился на него Торн. – Пол, да ты никак рехнулся!

– Я справлюсь один. Забирай парня и уходи. Пусть «Гепард» продолжает преследование, и если что-то будет не так, позаботься о том, чтобы Флетчер не ушел. Прошу тебя.

Торн покачал головой.

– Нет, Пол. Я останусь до тех пор, пока мы не прикончим этого мерзавца. Ты попросту решил в одиночку насладиться десертом. Так не пойдет.

Тед глянул на часы.

– Два часа я еще могу погулять. Пора лишить этих деятелей всех прав и привилегий.

– Хорошо, – сказал Пол. – Я войду со стороны носовой кабины. Вы ждете две минуты или первого выстрела, потом врываетесь внутрь. Торн через кормовую кабину. Тед через кокпит. Надо застать их врасплох, чтобы они не успели произвести взрыв.

– Удачи тебе, Пол, – прошептал Торн.

– Счастливчикам удача ни к чему, – усмехнулся Пол.

Он вернулся к носовой каюте и распахнул люк. Сбросил трость на кровать, потом спустился сам. Огляделся. Клетка с Бисквитом стояла на туалетном столике. Пол улыбнулся, глядя на усилия Реба превратить клетку в непотопляемый фрегат. Спасти Бисквита, видимо, все равно не удастся. Выпустить птицу нельзя, с подрезанными крыльями она все равно не полетит, а плавать этот дурень наверняка не умеет. Пол поднял клетку и с помощью трости выставил ее на палубу.

– Сиди тихо, – прошептал он.

Пол оглядел каюту и снова улыбнулся. Лаура даром времени не теряла. Она зачистила обрезанный сетевой шнур от лампы, обернула распушенные медные провода вокруг ручки двери и вставила другой конец шнура в розетку. Похоже, она собиралась поджарить Флетчера. На шнуре имелся выключатель. Стоило его нажать, и дверь оказывалась под напряжением. Рядом стоял полный кувшин для поливки цветов, который, как он понял, Лаура намеревалась вылить Флетчеру под ноги. Всякий, кто открыл бы дверь, получил бы электрический удар. Пол понимал, что в цепи имеется автомат, который отключил бы напряжение, прежде чем Мартину был бы нанесен сколько-нибудь существенный вред. Так что труды Лауры пропали бы впустую, но все равно он был чертовски горд за нее. Пол пожалел, что не сможет сказать ей об этом, не сможет сказать, как сильно он ее любит и как глубоко раскаивается в том, что разрушил их счастье. Может, она и так обо всем догадается.

Когда он уже собирался открыть дверь, ручка повернулась.

– Открой дверь, Лаура, – приказал голос Мартина.

Пол приготовил пистолет и щелкнул замком. Он не узнал Флетчера, но испытал огромное удовольствие от того потрясения, которое было написано на этом незнакомом лице. Интересно, что тут стряслось, коль Флетчеру пришлось накладывать швы? Пол поднял пистолет. Мартин стоял безоружный, с опущенными руками.