хоть изгиб бровей и отдавал резкостью, словно говорил: от него можно ждать чего угодно. Но тонкие черты, бледность в сочетании с выразительными губами, белая рубашка с легким бежевым пиджаком… морион походил на человека, выбравшегося с ценной картины прямо в этот промозглый колкий мир.
— Как себя чувствуешь? — спросил он. Голос был тихий, спокойный и немного ласковый. Напоминал врача, посетившего важного пациента.
Ая поерзала на сиденье:
— Нормально.
— Правда?
Она подумала о пульсирующих точках на теле, оглядела синяки и красные полоски, покрывавшие руки — даже через кофту лес оставил свои следы. Голову пронзала боль при каждом движении, поэтому приходилось делать все медленно. Конечно, в этом было мало нормального…
Левин проследил за тем, как Ая прислушивается к своим ранам:
— Я не об этом спрашиваю.
Она замерла и вопросительно уставилась на него.
— Как твои силы?
Ая не совсем поняла, что именно он хочет, про что спрашивает? Вопрос казался странным.
— Ты же хотела вчера сделать что-то подобное, правда? Как тот взрыв.
Спокойствие поколебалось, Ая задышала чаще. Но мужчина будто не замечал. Продолжал ненавязчиво смотреть, будто задал самый простой вопрос: как дела, как прошел день?
Все, что морионы видели — напарников на остановке. Появились вдруг в ночи, забрали. Это виделось спасением, но и пугало тоже. Под мягкое покачивание в машине в голове Аи стучал вопрос: что с ней и Каем сделают? Она ждала взбучки, допросов, что их закроют, изобьют, выбросят. Но морионы ничего не сказали по дороге, промолчали и в Обители. Ае лишь дали поспать, а потом настоятельно велели обедать…
Теперь же Левин спрашивал не про то, где напарники шлялись, кто их побил или как они оказались на пустом шоссе посреди ночи. Нет, его интересовала магия.
Ложечка тихо звякнула о фарфор.
— Даже не спросишь, откуда я знаю? — мужчина как ни в чем не бывало помешал чай, обычный светский разговор.
— Вы работаете с мафией. Или работали, — просто ответила Ая.
Она не знала, что побудило ее так сказать: свет, льющийся из окна уже некоторое время, скользящие в нем частички пыли, блеск чашки или эта спокойная тишина. Надоело бояться.
Левин хмыкнул, подняв уголок рта, и отпил чай:
— Ты права.
Он держал чашку вместе с блюдечком, как будто какой-то аристократ.
— И вы просто так мне об этом говорите?
— Ты ведь уже догадалась, какой смысл скрывать?
— Я могу сказать УКЭ.
— Вот как…
Лицо Левина на момент дрогнуло, словно какая-то мысль пришла в голову. Она казалась ему забавной, эта мысль. Но это было лишь мимолетное изменение.
— Так скажи, — морион наклонял чашку так, что Ая видела только светлые глаза, смотрящие в ее. — Если они еще не будут знать.
— Вам все равно?
— Мне интересно. Интересно, что ты сделаешь.
— Это какой-то тест?
— Вся жизнь — тест.
Блюдечко легло на стол с нежным звоном, а потом и рука мужчины рядом.
Взгляд Аи скользнул по неизменным перстням. Они были не яркие, не бросались в глаза как бывает с драгоценностями, нет, но при рассмотрении выглядели дорого. Они подходили Левину, сливались с ним словно кожа.
— Это морион? — спросила вдруг Ая, задержавшись на большом черном камне посередине.
— Алмаз.
Мужчина опустил на мгновение взгляд и легонько шевельнул пальцами, будто сам только заметил украшения, но, вспомнив, быстро утратил интерес.
— Все алмазы.
Ае стало не по себе, особенно от того, какая скука отразилась на лице мужчины, когда он отвел глаза.
Все, что она знала о драгоценностях, было связано со службой. Алмазными звездами награждались лучшие в ранге и недаром: цена этих камней на рынке выше всего. Крупные экземпляры на каждом кольце, сколько же они стоили… Левин носил на руке целое состояние?
Но он сам признал, что связан с мафией. За дорогими брильянтами тянется кровавый след — так говорили. Ая слышала это выражение, но наивно полагала, что речь о крови преступников, которых поймали старательные законники, заслуживая высшую ценность.
— Я удовлетворил твое любопытство? — зрачки Левина стали тоньше. Они блуждали, но вот вновь сфокусировались, на Ае. — Тебя волнуют больше мои дела или твои способности?
Для Аи это были прямо связанные вещи. Дела мориона могли вернуть в академию, а там… магов не учили как надо. Почему эта мысль так въелась? Если эсперов не ценили, почему капитан УКЭ хвалил Аю?
— Меня интересует…
Управление действительно нуждалось в ней? Почему тогда выгнали, сослали в эту дыру? Почему ничего не сказали сразу? Нет, вообще ничего не сказали, ни слова! Держали под стражей, без еды, поставили перед фактом на трибунале, скованную, обреченную. Смотрели, как на зверя.
Ая разозлилась: совсем не то время, чтобы сомневаться!
— Меня… — голос дрогнул. Она постаралась собраться: — Меня интересует все.
Надеялась, что Левин сам выдаст что-то, за что она зацепится.
Мужчина медленно вздохнул.
— Нужно четче формулировать свои желания, — произнес он после паузы. — А то можешь прогадать.
Ая подняла глаза: он что, действительно сказал бы ей все, что она захотела?
— Так и быть, подумаю в этот раз за тебя, — в голосе мориона вновь засквозил холод. — Приходи вечером на крышу.
На крышу? Ая не поняла. Они ведь сидели здесь, обедали, если это можно было так назвать, почему нужно было куда-то идти?..
Резко двинулся стул, от неожиданной вибрации Ая слегка вздрогнула. Это морион встал, не дав продолжить беседу. Ая ждала, что он уйдет совсем, но вместо этого мужчина почему-то обогнул столик и приблизился. Она замерла: что ему нужно?
Левин слегка наклонился, и изящная рука потянулась к Ае. Все ее тело подобралось, готовясь к атаке.
— Некоторым чтецам требуется физический контакт, чтобы почувствовать следы магии, — тихо сказал он.
Длинные пальцы коснулись уха.
Ая даже не успела вздрогнуть, почему-то остолбенела. Сухие и прохладные, пальцы легонько надавливали на ее кожу. Дыхание перехватило, тело откликалось вибрацией.
— Почувствовать следы магии… — задумчиво пробормотал морион, склоняясь ближе.
Ая видела лишь блестящие пуговицы его рубашки и как слегка колышутся кончики волос. Нежный пьянящий запах заползал в ноздри, расходился с кислородом по телу, настраивая на волну слов владельца.
Тактильные чтецы… Ая знала об эсперах, которые чувствовали магию лишь по прикосновению. Крайне неудобная опция, нужно каждый раз сокращать дистанцию. Такие чтецы встречались еще реже, чем обычные: все-таки сложно понять, кто ты такой, если для этого нужно касаться людей, так еще и найти именно эспера. Неужели Левин обладал такой способностью, что же он пытался считать?
Чужие пальцы заскользили по волосам дальше, вместе с ними мурашки прокатились по затылку, от чего веки ослабли. Почему-то захотелось, чтобы мужчина
