– Возможно, - согласилась Тодд. - Наверное, в туннеле жила какая-то тварь, и гвардеец невольно освободил ее.
– Тогда он наверняка уже мертв, - вздохнул Глен. - Черт, теперь я уже не увижу, как сдохнет мерзавец.
– Прекратите ребячиться, Элис! Речь идет о важных делах, - Элеонора даже не взглянула в его сторону, погрузившись в размышления. Она не заметила, как на лице Глена боль сменилась отчаянием, а отчаяние исчезло под холодной безжизненной маской. Тодд задумчиво посмотрела на открытую дверь потайного хода, а затем повернулась к Бейли. - Мы не можем позволить себе проиграть под самый занавес. Слишком многое поставлено на карту. Слушайте внимательно! Бейли, прикажи нашим людям передвигаться по Дворцу только группами по пять-шесть человек. И пусть никто не смеет даже на секунду отходить от товарищей дальше вытянутой руки. Докладывать об обстановке не через полчаса, а каждые десять минут. Когда вернешься, возьми Глена с десятком людей и пройди весь потайной ход от начала до конца. Не показывайтесь мне на глаза, пока не найдете гвардейца, какое-нибудь чудовище или другую разгадку гибели наших людей. Ты понял?
Бейли уже открыл рот для ответа, как вдруг замер, склонив голову набок.
– Вы слышали?
– Что? - спросил Тодд.
– В проходе кто-то есть, - проронил Бейли, - и этот кто-то идет сюда.
– Это Хорс и его люди! - воскликнул Глен.
– Не думаю, - покачал головой гигант.
Бейли выхватил свой исполинский меч и вместе с Гленом бросился к потайной двери. Тодд велела наемникам присматривать за пленными и с мечом в руке поспешила за Бейли. Они встали поперек прохода, напряженно вглядываясь в темноту. Медленные неуверенные шаги раздавались все ближе. Шел один человек. В коридоре сверкнуло серебристое сияние, и из мрака появился Хорс. Расширенные глаза казались темными провалами на его смертельно бледном лице. Из уголка рта стекала струйка слюны. Вся одежда Хорса была забрызгана кровью, но Бейли не заметил ран на его теле. В руке Хорс держал голову Бишопа.
Наемник остановился перед Элеонорой, тупо глядя сквозь нее. На лице Бишопа навеки застыло выражение беспредельного ужаса, рот широко раскрылся в нескончаемом немом крике. Заложники, сбившись в кучу, старались не смотреть в сторону Хорса. Даже наемники, закаленные солдафоны, выглядели потрясенными до глубины души. Тодд оглянулась и поняла, что следует сделать что-нибудь, пока ситуация не вышла из-под контроля окончательно. Она подошла к Хорсу и ударила его по щеке. Голова Хорса бессильно мотнулась, но в глазах его возникло осмысленное выражение.
– Что случилось?! - крикнула Тодд. - Говори, что произошло?
– Вульф Саксон хочет сообщить вам, - голос наемника задрожал, а в глазах его снова заплескался дикий страх, - чтобы вы готовились к смерти. Он вас всех убьет.
– Какой, к черту, Саксон? - нетерпеливо спросил Глен. - Тот самый гвардеец? Что случилось с тобой и где твои люди?
– Они мертвы, - внезапно завопил Хорс. - Их убил Дворец… А потом Саксон убил Бишопа и приказал мне сообщить вам, чтоб вы готовились…
Бейли своей огромной ручищей залепил ему оплеуху, и Хорс умолк.
– Зачем он отрезал голову Бишопу? - холодно спросила Тодд.
Хорс медленно поднял на нее глаза.
– Он не отрезал. Он просто оторвал ее руками.
Глен невольно отступил назад, Бейли угрюмо нахмурился. Элеонора, справившись с волнением, подозвала двух наемников.
– Уберите его отсюда. Найдите пустую комнату и допросите Хорса как следует. Делайте что угодно, но через полчаса сообщите мне все, что я хочу знать. Потом найдите Жреца и отдайте ему голову Бишопа. Может быть, он сумеет добиться от нее ответа. Скажите о случившемся Мэдигану и не забудьте про двадцать семь трупов. Я знаю, Даниель велел не беспокоить его, но тут случай особый. Я отвечаю за последствия. Теперь идите.
Наемники кивнули и, подхватив Хорса под руки, поволокли его из зала. По толпе заложников пробежал легкий шепоток. Хорс не выпускал из рук оторванной головы, и из нее на ковер капала кровь, оставляя багровый след. Некоторые из заложников были близки к истерике. Элеонора повелительно прикрикнула на своих подчиненных:
– Успокойте это стадо баранов. Можете не стесняться, если кто-то вас не поймет с первого раза. Я буду поблизости.
Она жестом приказала Бейли и Глену следовать за ней и вышла в коридор. Захлопнув за собой дверь, Тодд, словно обессилев, тяжело привалилась к стене.
– Проклятье! Как же получилось, что дела пошли так плохо… и за такое короткое время! Мы все делали по плану, а сейчас… Во всяком случае, теперь мы знаем, кто убил наших людей: Вульф, чертов Саксон, кем или чем бы он ни был.
– Он похож на одного Городского Советника, которого я встречал много лет назад, - проронил Бейли. - Я-то думал, что он давным-давно умер.
– Так какого черта он здесь делал, переодевшись в мундир гвардейца? - спросила Тодд. - И откуда ты его знаешь?
– Водил с ним знакомство в свое время. Но это не может быть тот самый Советник. Мы с ним родились с разницей в два года, и ему сейчас должно быть около пятидесяти, а гвардейцу не дашь и тридцати. - Бейли задумался. - Как раз в таком возрасте был тот Советник, когда исчез.
Тодд молча смотрела на гиганта.
– Он не изменился… Невероятно силен… Его считали мертвым, - медленно произнесла Элеонора. - Кажется, мы имеем дело с демоном.
– Великолепно! Теперь мы действительно оказались в дурацком положении, - усмехнулся Глен. - Не сходить ли мне за чародеем?
– Пока еще рано дрожать от страха! - отрезал Бейли. - Мы же не знаем точно, кто такой этот Саксон. Вдруг он просто выдумал себе такое имя, чтобы поморочить нас. Саксон, которого я знал, не был убийцей.
– Многое может измениться с человеком, умершим двадцать лет назад, - резко ответила Элеонора. - Ты, как обычно, упускаешь главное, Бейли. Планы, задуманные Даниелем, не терпят ни малейшего вмешательства. Любой пустяк опасен для действия заклинаний, а тем более пустяк магический. Наконец, нам нельзя было потерять ни одного солдата, иначе не хватит сил охранять Дворец. Провалиться бы твоему Саксону! Он расстроит все наши планы!
– Насколько я его помню, - вздохнул Бейли, - он именно так и сделает.
Внизу, в мрачном подвале, Жрец беспокойно расхаживал взад-вперед, поминутно озираясь по сторонам. Единственная лампа тускло освещала сырые каменные стены. В огромном подземелье шаги Жреца отдавались гулким эхом. Подвал, действительно, был настоящей помойкой, пока Мэдиган не приказал своим людям прибраться здесь и очистить место для ритуала. Жрец оглянулся еще раз и зябко поежился. Громадное помещение показалось ему хищным зверем, изготовившимся к прыжку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
