Краткая, но весьма яркая и точная характеристика событий, доложенная руководству страны внешней разведкой.
Однако американцам не удалось разыграть свой тщательно составленный сценарий до конца. 24 декабря 1942 года антивишистски настроенный двадцатилетний студент Фернан Бонье де ля Шапель застрелил Дарлана в Алжире. На следующий же день, после скоропалительного заседания военного трибунала, он был расстрелян по приказу Жиро.
Внешней разведке не удалось тогда получить достоверную информацию, по чьему приказу он действовал, чью волю он выполнял. Может быть, свою собственную? Историки до сих пор не имеют на этот счет твердого мнения. 21 декабря 1945 года апелляционный суд Алжира аннулировал приговор, вынесенный Бонье де ля Шапелю, мотивируя свое решение тем, что акт, повлекший за собой смертный приговор, «был в действительности совершен в интересах освобождения Франции».
Устранение Дарлана открывало для Жиро путь в большую политику. Теперь все внимание американцев было приковано к нему. В Жиро они видели удобную политическую фигуру для внедрения США в освобождаемые французские территории, с его помощью рассчитывали окончательно устранить де Голля. Уже 26 декабря Эйзенхауэр обеспечил избрание Жиро главой французской администрации в Северной Африке при сохранении им поста главнокомандующего французскими войсками.
Англичан явно не устраивал такой ход событий. В переходе всей власти в руки американского ставленника, каким им представлялся Жиро, они видели угрозу своим интересам. Внешняя разведка получила данные о том, что по дипломатическим каналам англичане поставили перед Рузвельтом вопрос о необходимости совместных поисков путей «сближения между генералами Жиро и де Голлем».
В качестве возможного варианта решения вопроса они выдвинули идею создания единого органа под совместным руководством Жиро и де Голля по типу временного правительства, с которым можно было бы решать все вопросы, связанные с освобождением и управлением французскими территориями. При этом в своих демаршах перед американцами англичане ссылались в том числе и на позицию Советского Союза, подчеркивая его заинтересованность в поддержке де Голля.
Для обсуждения «французского вопроса» в Вашингтон для переговоров с Хэллом и Рузвельтом отправился Иден. В конечном счете американцы согласились на создание объединенного органа, но при ведущем положении в нем Жиро. В разведдонесении из Вашингтона, полученном в Москве, подчеркивалось, что, идя навстречу англичанам в создании объединенного органа, возглавляемого Жиро и де Голлем, американцы рассчитывали, что с помощью их поддержки Жиро сумеет сохранить свои позиции, а де Голля им удастся окончательно оттеснить.
Американцы и англичане договорились организовать встречу двух французских генералов в январе 1943 года в марокканском городе Касабланка, где намечалось провести переговоры Рузвельта и Черчилля для обсуждения планов дальнейшего ведения войны. Внешняя разведка получила исчерпывающую информацию о ходе обсуждения вопросов, позициях сторон и принятых решениях.
Наиболее острым был французский вопрос. Жиро прибыл на конференцию и готов был подписать решение о создании на базе своей администрации и организации «Свободная Франция» де Голля объединенного Французского комитета национального освобождения. Де Голль понял маневры англо-американской дипломатии, оставлявшей его на втором плане. Он отказался ехать в Касабланку, ответив на приглашение Черчилля, что готов встретиться с «французским генералом, но на французской территории и среди французов».
Черчиллю пришлось затратить большие усилия, чтобы заставить де Голля приехать в Касабланку.
Встреча двух генералов в Касабланке не принесла англо-американским союзникам желаемых результатов. «Свадьба», как окрестили эту операцию по примирению Жиро и де Голля американские и английские дипломаты, не состоялась. Де Голль отказался принять разработанные англо-американскими союзниками условия его объединения с Жиро. Он настаивал на том, чтобы созданная Жиро в Алжире администрация присоединилась к комитету «Свободная Франция», которая, как подчеркивал он, существует уже два года и фактически играет роль правительства Франции.
Для американцев это было неприемлемое решение. Оно лишало их возможности внедряться на освобождаемые французские территории. Все усилия Рузвельта повлиять на де Голля, используя свое личное обаяние и положение главы ведущей державы мира, оказались тщетными. Де Голль прекрасно понял намерения американцев. Позже в своих мемуарах военных лет он напишет о своих впечатлениях о встречах с Рузвельтом в Касабланке: «С тех пор, как Америка вступила в войну, Рузвельт решил, что мир будет миром американским, что именно ему принадлежит право диктовать условия организации этого мира, — он хотел, чтобы страны, раздавленные испытаниями войны, признали за ним право судить, и считан, что, в частности, он станет спасителем Франции и вершителем ее судеб».
Таким образом, конференция в Касабланке закончилась по французскому вопросу фактически безрезультатно. Единственное, чего удалось достичь после длительных переговоров, — это договоренность об обмене между «Свободной Францией» де Голля и администрацией Жиро постоянными миссиями связи, что давало больше преимуществ де Голлю, чем Жиро. Он получил прекрасную возможность развернуть в Алжире политическую и пропагандистскую работу в пользу «Свободной Франции», тогда как для Жиро пребывание его миссии в Лондоне мало что давало.
Тем не менее американцы по-своему истолковали результаты Касабланки. В апреле внешняя разведка доложила Сталину и Молотову, что по указанию Рузвельта Хэлл направил американским послам указание, в котором говорилось: «В результате конференции в Касабланке президент вынес решение, что французский главнокомандующий генерал Жиро со штаб-квартирой в Алжире является доверенным лицом по военным, экономическим и финансовым интересам Франции, которые связаны с освободительным движением в Африке, и предложил оказывать ему помощь. Это решение было одобрено Черчиллем».
Будучи хорошо осведомленным относительно англо-американских планов в отношении де Голля, советское правительство также решило занять позицию в этом вопросе. В июне 1943 года Молотов направил послу СССР при союзных правительствах в Лондоне следующее указание: «Сообщаем Вам для ориентировки и руководства, что в вопросе об отношении к де Голлю и Жиро Вам следует держаться следующей установки.
Первое. Мы даем предпочтение де Голлю, так как он является непримиримым к правительству Виши и гитлеровской Германии, тогда как у генерала Жиро отсутствует такая непримиримость.
Второе. Мы предпочитаем поддерживать де Голля, так как он твердо отстаивает политику восстановления республиканской Франции с ее демократическими традициями, тогда как генерал Жиро проявляет враждебность в отношении республиканско-демократических традиций Франции и боится иметь тесный контакт с народными массами Франции».
Однако продолжать игнорировать де Голля и его организацию американцам становилось все труднее. Его авторитет среди сражающихся французов возрастал. Этому способствовала и позиция Советского Союза. В действиях США и Англии по отношению к де Голлю стали происходить позитивные изменения.
Де Голлю и его организации «Свободная Франция» было разрешено перебраться в Алжир. Его сторонники, арестованные ранее на территориях Северной и Экваториальной Африки, были выпущены из тюрем. Чиновников вишистской администрации стали снимать с постов, а наиболее одиозные коллаборационисты были преданы суду. Отстранение вишистов было твердым требованием де Голля. Только после его выполнения он согласился на переговоры с Жиро об объединении. 3 июля 1943 года объединение было провозглашено. В подписанном де Голлем и Жиро документе официально объявлялось о создании Французского комитета национального освобождения (ФКНО). Комитет объявлял себя центральной французской властью, осуществляемой на всех территориях, не занятых врагом, защитником суверенитета и интересов Франции во всем мире. Возглавлялся Комитет на равных правах двумя сопредседателями — де Голлем и Жиро. В этом была суть компромисса. Американцы вынуждены были отказаться от единовластия Жиро в Комитете. Пост главнокомандующего французскими вооруженными силами сохранялся за Жиро, и американцы, видимо, рассчитывали, что, опираясь на армию, ему удастся в скором времени оттеснить де Голля и занять доминирующее положение в Комитете.
Начался период сложной политической борьбы и интриг внутри ФКНО. Жиро пользовался полной поддержкой американцев, его действиями практически руководил американский разведчик Мэрфи. Де Голлю было сложнее. Английский представитель в Алжире Макмиллан не действовал в пользу де Голля столь же решительно, как Мэрфи в пользу Жиро. Советская внешняя разведка добыла послание Идена Макмиллану, в котором британский министр иностранных дел сообщал ему о том, что сторонники де Голля Катру и Массильи считают его активность недостаточной и просят оказывать большую помощь де Голлю в решении щекотливых вопросов.
