Читаем без скачивания Сражения, изменившие ход истории 1945-2004 - Баранов Владимирович

Танки против танков. 25 октября 1961 г. с западной стороны к берлинской стене подошли десять американских танков и несколько военных автомашин. Одновременно в столицу ГДР в сопровождении джипов въехала легковая машина. Советский комендант полковник И. Соловьев предупредил американцев о возможных ответных мерах советской стороны, но 27 октября к КПП подошли уже 14 американских танков, а в 17.30 в американском гарнизоне была объявлена военная тревога.

О развитии ситуации Хрущеву докладывали регулярно. 27 октября он распорядился двинуть советские танки к линии конфликта. В ответ американцы подошли вплотную к КПП. По распоряжению Хрущева советские танки также продвинулись к границе и встали в 2 тысячах метров от американцев. Всю ночь боевые машины со включенными двигателями стояли друг против друга. Один нервный импульс, одно судорожное движение руки, одна невнятная команда и последствия могли быть непредсказуемыми. «Так они простояли напротив друг друга всю ночь с 27 на 28 октября 1961 г., держа пальцы па спусковом крючке», — меланхолично сообщала одна из немецких газет.

«Диалог» с позиции силы. Советский лидер был абсолютно уверен, что первыми не выдержат напряжения и уступят американцы. И не ошибся. Утром 28 октября американские танки отошли от зоны конфликта, вслед за ними покинули позиции и советские танки. Вашингтон дал отбой. Американские танки возвратились в казармы, а Л. Клей был лишен полномочий и отозван из Германии. Д. Кеннеди уведомил К. Аденауэра, что впредь все вопросы, касающиеся статуса Берлина, будут решаться только путем переговоров. Москва торжествовала. Хрущев воспринял разрешение кризиса как личную победу. Инцидент с сооружением берлинской стены убедил его в возможности и, главное, перспективности «диалога» с западом с позиции силы. Это убежденность советского лидера и стала одной из предпосылок опаснейшего за всю послевоенную историю кризиса, грянувшего ровного через год после берлинского.

1959 г., революция на Кубе. Отсчет времени Карибского кризиса следует, пожалуй, начать с января 1959 г., когда на Кубе победила народно-освободительная революция. Реакция американского правительства на свержение диктатора Батисты оказалась крайне враждебной, хотя тогда, в 1959 г., ни Фидель Кастро, ни его сподвижники не имели пи малейшего представления о марксизме, мало интересовались великим и могучим Советским Союзом и делом социализма.

По существу, на Кубе произошел очередной переворот, из тех, которыми пестрит история Латинской Америки. При трезвой взвешенной политике США без труда установили бы контакты с новым правительством, обеспечив собственные интересы. Однако нервозность и амбиции правящих кругов США, нетерпение и неумение уважать малые народы провоцировали раздувание конфликта. Маленькое государство решили задавить, установив экономическую блокаду. Кубе пытались указать то место, которое с точки зрения американских геополитических интересов она должна была бы занимать.

Выступая на Генеральной Ассамблее ООН осенью 1960 г., Фидель прямо заявил, что американцы вынудили Кубу к поиску новых союзников и рынков сбыта. И «только после этого мы заинтересовались социализмом как таковым, стали его изучать. И пришли к выводу, что без социализма нам не переделать Кубу. Это вы, американцы, научили нас, как действовать», — обращался к представителям США лидер кубинской революции.

Поражение США. Куба стала крупнейшим стратегическим поражением США. Американцы не ожидали, что прямое давление на Кубу вызовет в мире эффект, прямо противоположный их ожиданиям. Не принималась во внимание та эйфория борьбы за свободу и независимость, которая правила миром в 1960-е гг. Куба стала идеализированным примером мужества и свободолюбия для миллионов и миллионов людей, и отнюдь не только в странах третьего мира. Во всяком случае, в СССР среди кумиров Западного полушария популярнее кубинских бородачей был, может быть, только Эрнест Хемингуэй.

Помощь СССР. Советское руководство принялось интенсивно разыгрывать кубинскую карту. «Первому в мире социалистическому государству» Западного полушария оказывали всестороннюю помощь: культурную, экономическую, идеологическую, военную. В обмен на твердое обещание идти курсом социализма Фидель беспрепятственно получал практически все желаемое.

В советских средствах массовой информации Куба прочно заняла первое место в аналитических материалах, прогнозировавших возможность распространения дела социализма на Западном континенте. Все это нервировало Америку, искавшую способы справиться с проблемой. Методы решения «кубинского вопроса» в постановке режиссеров из ЦРУ разнообразием не отличались.

Блокада Кубы. В апреле 1961 г. подготовленные в США кубинские контрас вторглись на Кубу, высадившись на Плая-Хирон, но в трехдневном сражении были разбиты. Американцы совершенно не понимали, что силовые акции только сплачивали все население острова вокруг своих лидеров, разжигали антиамериканские настроения не только на Кубе, и не только в Латинской Америке.

Однако до «часа икс» США твердолобо стремились разрешить кубинскую проблему силой. Для организации всесторонней блокады «острова свободы» предпринимались беспрецедентные меры. Сенатские слушания о деятельности ЦРУ свидетельствуют о бесчисленных попытках спецслужб физически устранить Фиделя Кастро, о колоссальных суммах, отпускаемых окопавшейся на территории США кубинской оппозиции, о планах прямого военного вторжения или бомбардировки Кубы и пр. и пр. В январе 1962 г. под нажимом США была установлена дипломатическая блокада Кубы государствами Латинской Америки, военное вторжение на остров казалось лишь делом времени…

«Ядерное предложение» Хрущева. Долгое время шли споры, откуда исходила инициатива установить на Кубе ядерные ракеты: из Гаваны или из Москвы? Сейчас можно вполне утвердительно ответить на этот вопрос: по свидетельству советника советского посольства на Кубе А. Алексеева, предложение о размещении на «острове свободы» ядерного оружия исходило от Н.С. Хрущева.

В начале 1960-х гг. СССР проигрывал в ядерной гонке вооружений. До паритета двух сверхдержав было еще очень далеко. По данным военного министра обороны США Роберта Макнамары, «против 5 тысяч американских ядерных боеголовок» СССР «имел тогда лишь 300 (соотношение приблизительно 17:1)». Американские ракеты были нацелены на СССР из Турции, Италии, вся советская страна по периметру была окружена американскими военными базами. Видимо, план устроить США сюрприз в виде ядерных установок в нескольких сотнях миль от побережья Северной Америки показался Хрущеву удачным военно-политическим ходом.

Фидель Кастро отвечает «да». В мае 1962 г. в Москве состоялось совещание высших чинов советского руководства, на котором присутствовал и Алексеев. По его воспоминаниям, после очередного дежурного вопроса о положении на Кубе, от Никиты Сергеевича последовал вопрос, повергший нашего советника на Кубе в оцепенение: «Как…прореагирует Фидель на предложение установить на Кубе наши ракеты?». Растерянный Алексеев выразил сомнение в готовности Кубы к такому варианту развития событий. Но Хрущев заявил, что не сомневается во вторжении американских войск на Кубу и необходимости «найти столь эффективное средство устрашения, которое удержало бы американцев от этого рискованного шага». Размещение на острове ядерного оружия глава СССР, вероятно, рискованным шагом не считал.

О том, что Хрущев рассматривал монтаж ядерных установок на Кубе делом решенным, говорит то, что он призывал всех окружающих к полной секретности. Рассуждая далее, первый секретарь выразил уверенность, что осторожные американцы не предпримут в ответ ничего серьезного, так же как СССР не смог ничего предпринять против размещения нацеленных на СССР ядерных ракет в Турции, Италии, ФРГ. В конце мая того же года советские предложения были сформулированы Фиделю. Его колебания были недолгими, и уже на следующий день он ответил: «да».

ЦРУ констатирует небывалый приток русских на Кубу. К 22 октября, когда президент США Д. Кеннеди выступил с сообщением, что американские разведслужбы обнаружили на Кубе ядерное оружие, на острове уже находились 42 ракеты и боеголовки к ним. Некоторые ракеты уже были установлены, а монтаж остальных был делом нескольких недель. Для завершения работ на Кубу уже следовали советские корабли с оборудованием.

Следует отметить, что данные о неожиданно большом потоке советских кораблей на Кубу американцы получили от германской разведки еще летом 1962 г. В ЦРУ стекались данные о странных ночных передвижениях советской техники, о небывалом притоке советских военных и гражданских специалистов, заполонивших остров. Однако до осени 1962 г. американцы почему-то не придавали большого значения всем этим фактам.