Читаем без скачивания Круг - Матс Страндберг

Он останавливается. Смотрит на Ванессу изучающе.

— Вы что, вдруг заделались друзьями?

— Типа да, — коротко отвечает Ванесса.

Лицо Юнте становится серьезным.

— Она сделала большую глупость. Мне реально нужно ее найти. Если знаешь, где она, то…

— Что она сделала? — перебивает Ванесса.

Юнте игнорирует вопрос.

— Если увидишь ее, позвони мне, — говорит он. — Я поехал в город ее искать.

Он идет к входной двери, но Ванесса протискивается вперед и встает у него на пути. Юнте смотрит на нее угрожающе, но ему не испугать Ванессу. Ей и так уже слишком страшно.

— Отойди, — говорит он.

— Скажи, что она сделала!

Она видит, что Юнте колеблется, и добавляет:

— Если не скажешь, не стану тебе помогать.

Юнте вздыхает.

— Пообещай, что ничего не скажешь Вилле.

— Обещаю.

Кивнув, Юнте продолжает:

— Она пришла ко мне домой вся на взводе. Побыла у меня, но недолго. А несколько часов спустя я обнаружил, что она сделала.

— Да скажи ты уже, в чем дело!

Ванесса почти кричит.

— У меня в подвале был пистолет, — медленно произносит Юнте. — Она забрала его.

Мину не может сидеть на месте.

Она ходит взад-вперед по гостиной Николауса с телефоном в руке. Анна-Карин и Ида сидят на стульях. Их лица напряжены, серьезны. За последние десять минут никто не сказал ни слова.

Когда телефон звонит, все вздрагивают.

— Это Ванесса, — говорит Мину остальным, прежде чем ответить.

Она слушает, пытаясь осознать, что ей говорит Ванесса.

Значит, болтовня Линнеи о мести была не просто болтовней. Линнея не собиралась сопровождать их сегодня вечером. Она задумала завершить дело по-своему, в одиночку.

Она хочет застрелить Макса.

— Я иду сейчас к Максу, — говорит Ванесса.

— Нет! — кричит Мину. — Это слишком опасно!

Она чувствует на себе взгляды остальных. Из кухни в комнату входит Николаус, за ним по пятам следует кот.

— Я должна остановить ее, — говорит Ванесса.

Слышно, что приняла твердое решение и не даст себя уговорить. Мозг Мину начинает лихорадочно работать, она ищет аргументы, способные остановить Ванессу — иначе Макс возьмет ее голыми руками. Сейчас Мину даже не может злиться на Линнею — ситуация слишком критичная. На карту поставлено все.

— Пожалуйста, Ванесса, подожди. Ты не поможешь ей тем, что побежишь туда одна. Мы даже не знаем, там ли Линнея.

— Если с ней что-то случится…

Взгляд Мину падает на карту города, висящую рядом с серебряным распятием.

— Дай нам десять минут, — говорит Мину. — Мы попытаемся сначала найти Линнею.

— Мы не можем ждать! — кричит Ванесса.

— Ну пять минут! Дай нам всего пять минут. У меня есть идея. Пожалуйста.

Ванесса молчит секунду.

— Хорошо, — говорит она.

Мину сбрасывает звонок.

— Что случилось? — спрашивает Николаус.

Мину рассказывает так быстро, как только может, продолжая говорить даже тогда, когда Николаус и Ида перебивают ее вопросами.

— Мы должны найти Линнею, — говорит она наконец.

— Дорогое дитя, — начинает Николаус. — Я никогда не думал, что она действительно… Я думал, ее разговоры об отмщении были просто слова…

— Я тоже так думала, — отвечает Мину, снимая с крючка карту города. — Ида, ты должна найти Линнею при помощи маятника.

Мину кладет карту на стол, в то время как Ида снимает с шеи цепочку и придвигается ближе.

— Это очень большая территория, — говорит Ида, глядя на карту. — Я не знаю, получится ли у меня.

Анна-Карин поднимается с места и подходит к Иде.

— Возьми меня за руку, — говорит она.

Ида на мгновение колеблется. Потом берет Анну-Карин за правую руку. Левую руку Анна-Карин протягивает Мину.

Ида начинает раскачивать маятник над домом Макса. Тикают секунды. Все взгляды неотрывно смотрят на маленькое серебряное сердечко.

— Ее там нет, — говорит Ида, и Мину чувствует явственное облегчение.

Ида продолжает раскачивать маятник над Энгельсфорсом, от района, где живет Макс, и дальше к центру.

— Попытайся проверить школу, — вдруг говорит Анна-Карин.

Ида переносит маятник туда, где расположена школа. Украшение тут же начинает крутиться по часовой стрелке широкими кругами.

— Она там.

— А Макс с ней? — спрашивает Николаус.

— Я не уверена, что смогу распознать его энергию.

— Попытайся, — просит Мину.

— Попробуй думать про него. Ты же знаешь его лучше всех, — едко говорит Ида.

— Я тоже буду думать про него, — добавляет Анна-Карин.

Мину крепко зажмуривается и думает про Макса. Пытается представить его перед собой. Видит его лицо, которое всего пару дней назад значило для нее так много. Тогда он был светом ее жизни. Теперь он — тьма.

«Ты же знаешь его лучше всех».

Нет, думает Мину. Наоборот. Я оказалась самой обманутой.

— Я нашла его, — говорит Ида, и Мину открывает глаза.

Лицо Иды блестит от пота. Она опускает цепочку.

— Он тоже в школе.

Николаус останавливает машину на парковке за школой и выключает двигатель. Обогреватель, жужжавший у ног Мину, медленно затихает, замирают дворники.

Снова пошел снег. Пушистые снежинки медленно кружатся, заметая улицы.

Мину смотрит на возвышающийся перед ними силуэт Энгельсфорской гимназии. Желтый свет нескольких фонарей выстилает школьный двор. Черные, слепые квадраты окон. Но тому, кто внутри, прекрасно видно все.

Они были вынуждены заехать сюда. Выбор невелик: эта парковка или так же хорошо освещенный двор с лицевой стороны школы. Спрятаться здесь невозможно.

Кто-то стучит по стеклу машины, и Мину вздрагивает.

Это Ванесса.

Она распахивает дверь, в салон врывается холодный воздух.

— Линнея в столовой, — говорит она. — Я уловила ее энергию. Она жива.

Ванесса все время нервно оглядывается на здание школы.

Николаус вытаскивает большую связку ключей и протягивает ее Ванессе.

— Этот ключ от служебного входа со стороны кухни. Там есть коридор, ведущий в столовую.

— А Макс с ней? — спрашивает Мину.

— Не знаю. Я не смогла почувствовать его.

— Извините, конечно, но кто-нибудь из вас вообще подумал о том, что это может быть ловушка? — спрашивает Ида.

Мину смотрит в зеркало на Иду. И злится на себя, что даже не подумала про ловушку. Все ее мысли были о том, как спасти Линнею.

— Вспомните про случай с дедушкой Анны-Карин в коровнике, — продолжает Ида.

— Может, и так, — говорит Анна-Карин. — Но у нас нет выбора. Мы должны пойти на риск.

Вид у Иды не слишком радостный, однако она не протестует.

— План прежний? — спрашивает Ванесса.

— Да, — отвечает Мину.

Она оборачивается, чтобы посмотреть на Анну-Карин, — та кивает.

Есть столько всего, что Анна-Карин могла бы сказать Николаусу, за что хотела бы поблагодарить его. Но времени нет.

Мину выходит из машины и складывает переднее сиденье. Ида карабкается наружу, но Анна-Карин медлит и встречается с Николаусом взглядом.

— Я бы хотел сопровождать вас, — говорит он.

— Кто-то должен оставаться снаружи, — отвечает Анна-Карин.

— Я буду молиться за вас.

Они бегут через парковку. Школа упирается в ночное небо, как будто вырастая у Анны-Карин на глазах. Она пытается не думать о том, как беззащитны они сейчас на открытой местности.

Девочки взбираются на пандус. Вот служебный вход в школу. Ванесса достает связку ключей.

— Подождите, — говорит Ида.

Она стоит, засунув руки в карманы, и смотрит на свои сапоги.

— Если я погибну, а вы выживете… В конюшне есть конь по кличке Троя. Может кто-то из вас за ним присмотреть?

— Я могу, — отвечает Анна-Карин.

Ида кивает, не глядя на нее.

— О'кей, — говорит Ванесса, исчезая у них на глазах. — Пошли внутрь.

Ванесса толкает дверь, которая открывается неожиданно легко и бесшумно. Настил под ногами ведет прямо в темноту.

Анна-Карин достает свой телефон и включает фонарик.

— Выключи, — шепчет Мину. — Мы не знаем, что там, внутри.

Ванесса берет Анну-Карин за руку, и они образуют цепочку. Первой идет Ванесса, последней — Ида.

Ида закрывает за собой дверь. И их окутывает такая плотная темнота, какой Ванесса не видела за всю свою жизнь.

Все четверо стоят, не шелохнувшись, и слушают.

Слышно только их дыхание и слабое жужжание вентиляции.

Ванесса осторожно начинает двигаться вперед, держа Анну-Карин за руку и скользя на ощупь другой рукой по шершавой стене.

Она не осмеливается снова проверять, жива ли Линнея. Все силы уходят на то, чтобы оставаться невидимой. И на то, чтобы не поддаваться панике.

Ванесса чувствует себя слепой, хотя идет с открытыми глазами. Невозможно определить, насколько далеко они зашли и где сейчас находятся.