И они «поднажали»! Наблюдая эти дикие «салочки» по вертикальным поверхностям, я невольно залюбовался точностью движений «разбойников». Обязательно узнаю, где раздобыть это умение, настолько оно мне понравилось.
— Бой!
Казалось, что весь пол вспыхнул огнём вперемешку со льдом, на миг ослепив. Все, кто могли атаковать дистанционно, атаковали одновременно, причём, видимо, каждый знал квадрат своей атаки. Плотность и ширина одновременной атаки была такой, что у Логиара просто не было возможности увернуться.
Завоняло палёным, а тварь радостно захохотала, забившись в истерике и значительно ускорившись, отчего её перемещения стало труднее отслеживать.
— «Град», по команде!
Потребовалось еще двадцать восемь оборотов этой грёбанной комнаты, чтобы мартышко-гиена наконец издохла, а мы в изнеможении упали, там, где стояли, переводя дух и приходя в себя.
— Знаете, — просипела Чакра. — Я просто расцарапаю морду тому парню, который когда-нибудь назначит мне свидание в Парке Аттракционов. Вот лучше молчи, — валькирия подняла палец, выразительно посмотрев на Утрамбовщика, собирающегося что-то ляпнуть, судя по хитрой роже. — Просто заткнись.
— «Присты», работаем!
Пока «жрецы» ставили в строй тех, кто погиб от атак Логиара, мы подлечивали себя зельями, восстанавливая «хитпоинты».
Нам повезло.
Ловкая тварь «агрилась» только на середину всей массы игроков, где кучковались маги «Дафийцев». Сомневаюсь, что из моего отряда кого-то воскресили бы, так что хорошо, что мы не подставились. Странным было то, что послушники братства никак не проявили себя в этом бою, полностью укрывшись защитными «энергощитами». Будто берегли силы для более серьёзной драки, что только подтверждало мои нехорошие подозрения.
— Первый раз слышу о таких вот гравитационных ловушках, — невесело пробормотал Яхиль, потирая плечо. — Это полное говно, скажу я вам.
— Как много, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам, — глубокомысленно изрёк Димон, заставив меня поперхнуться зельем восстановления.
— Ты что, о томик Шекспира ударился? — с подозрением спросил я у лучника. — Или тебя укачало в полёте?
— А что? — обиделся Димон. — Думаешь я не читал Гимлера в школе?
— Кого-о-о не читал? Дима, ты серьёзно? — мои брови поползли наверх.
— А что? — тот, судя по лицу и правда не понял, что только что сказал.
— Дойчен зольдатен, унтер офицюрен! Шнеля ауфштейн! Идём звездюллен монстриш? — выкрикнул Утрамбовщик, приложив себе под нос два пальца и сделал три строевых шага. — Ферштейн? Яйки, млеко есть?
— Да идите вы нахер, — Дима только рукой махнул. — Ну ошибся, с кем не бывает. Умники.
— Ага. Эпохой ты ошибся, — не осталась в долгу Чакра. — Гимлера он читал, — она расхохоталась.
— Так, всё! Прекращайте. На нас уже и так злобно косятся.
— Настроение хорошее?
Гнусная рожа Де Бафа меня уже порядком стала раздражать, поэтому я не остался в долгу:
— Ты на окладе, наверное?
— На каком ещё окладе? — предчувствуя подвох, напрягся казначей.
— Как на каком? Тебе конкуренты «стопудово» доплачивают за то, чтобы ты своим кислым лицом ронял моральный дух рейда. Потрошитель знает, что ты засланный?
— Остряк, да?
— Ну в самом деле? Что ты к нам докопался? Я тебе что, в суп плюнул?
— А ты мне не нравишься. Мутный ты. Скрытный и нахальный, вдобавок. Таких нужно осаживать. Охреневший ты в корень!
— Ну вот закончится рейд — осадишь. Договорились?
— Только не сбегай, как ты умеешь! — осклабился Де Баф.
— Давай уже иди, садовод-засаживатель!
Спустя некоторое время «рейд» двинулся дальше. Предыдущая схватка будто напомнила им о осторожности, поскольку Медоед распорядился выслать вперёд несколько «асассинов», чтобы проверяли путь на предмет неожиданностей.
Когда «асассины» не вернулись, лидеры рейда заволновались. Спустя пять минут был выслан ещё один отряд, который постигла судьба первого.
Когда мы вышли из-за поворота, мне стало понятно, почему не вернулись «сины».
Вход в главный зал перегораживала сверкающая плёнка портала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Данж в данже? — удивлённо присвистнул гном. — Все интересней и интересней.
— Куда ведёт этот портал? — раздался надменный голос Тулиона, заставивший добрую половину поморщиться, настолько мерзкий голос у него был.
За все время главный настоятель Братства успел порядком всех достать, пытаясь во время боя командовать не только послушниками, но и оказавшимися поблизости игроками. Я замечал, что Борзун пытался несколько раз его одёрнуть, но без толку. Тулион либо был беспросветно туп, либо настолько надменен. Я вообще удивляюсь, как человека такого склада ума и мерзостного характера поставили во главе Наказующих.
— Мне кто-нибудь ответит на мой вопрос? — продолжал надрываться тот. — Я не собираюсь вести своих воинов неизвестно куда.
— Как же ты мне надоел! — вздохнул Потрошитель и внезапно скомандовал. — Слэм!
— Како…. — в следующее мгновение произошло несколько событий, повергших нас в ступор.
Раз.
Сквозь приоткрытый рот настоятеля вылезло лезвие кинжала, а спустя секунду в полнейшей тишине его голова покатилась по каменному полу.
Два.
Возле обезглавленного трупа, теперь уже бывшего главного настоятеля, на миг появился из «скрыта» «асассин» сто двадцатого уровня. Тот самый Слэм, принимающий активное участие в убийстве мартышки-Логиара, корректируя перемещения «асассинов». Снова провалившись в «инвиз», он возник посреди послушников и с ходу устроил кровавую баню, не давая им опомниться.
Находясь в шоке от увиденного, успел заметить дерущегося Борзуна, на которого насело четыре игрока.
Изящно уклонившись от выпада орка с палашом, Эмиссар атаковал, сняв серией ударов больше половины «хитпоинтов» противника. Похожий на рапиру клинок порхал, успевая отбивать все удары, направленные в него. Помогая себе дагой, крепко зажатой в левой руке, Борзун отступал в нашу сторону.
— Нас предали, братья! — успел истошно прокричать молодой послушник, перед тем как вспыхнуть факелом от пущенного кем-то фаербола.
Три.
Повсюду начали возникать порталы, из которых выпрыгивали свежие бойцы, с ходу врубаясь в дерущийся строй. «Каторжане»! Твою же мать!
Четыре.
Спустя несколько минут всё было кончено. Всё отделение Братства Наказующей Длани города Балога осталось навечно лежать в Обители. Спастись не удалось никому. Да и что могли противопоставить послушники, самый высокий уровень коих равнялся семьдесят второму. Против «хайлевелов» сто тридцать плюс? Не смешите мои тапочки.
Ну и где твой гнев, Миардель? Давай, обрушивай божественную ярость? Где ты, когда так нужна им? Да ты даже своему Эмиссару не в силах помочь!
Борзун яростно продолжал отбиваться, но было видно, что он не сможет дать отпор двум объединившимся кланам. Будь ты хоть трижды Эмиссар, осенённый божественной благодатью. Врагов слишком много.
— Ну что, засранец. Поговорим? — с этими словами Де Баф точным ударом в челюсть отправил меня в полёт. — Я же говорил, что ты пожалеешь. Говорил?
Если бы не подхватившие мою тушку друзья, растянулся бы я на полу, перед мерзко ухмыляющимся казначеем «Дафийцев».
— Какого хрена вы творите?
— А что ты хотел? — участливо подошедший Потрошитель смерил меня насмешливым взглядом. — Ты думал, что какому-то «нубу» удастся нас обвести вокруг пальца? Или ты думал, что мы не знаем, как тебя найти в реале, Вова?
Я похолодел. Всё-таки Альберт, он же Комаро меня тогда узнал. Это песец!
— А что ж ты так побледнел, Белевский? Страшно стало? — ухмыльнулся Потрошитель. — Неужели ты решил, что один из старейших торговых кланов заплатит огромные деньги, даже по нашим меркам, левому типу, который считает себя дохрена умным? Да я тебя, падла, из-под земли достану! — взяв меня за грудки, он без видимых усилий притянул меня к себе, встряхнув несколько раз. — Ты мне дрянь черномазая вернёшь всё с процентами, понял меня? На блюдечке всё выложишь. И свои «статы» с достижениями тоже.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
