чтобы пережить чудо весны, пробуждение природы от долгого сна, возрождение к жизни всего безжизненного и мертвого. Но ему нужно было ехать. Полет синего морфо только начался.
Университет Лос-Анджелеса. UCLA.
Он собирался посещать лекции, послушать мысли студентов гринго. Он будет анонимным наблюдателем в толпе, он почувствует вибрации произошедшего. Возможно, он сможет понять, достижимы ли цели группировки «Марипоса».
Без особых сложностей Мино снял небольшой домик недалеко от кампуса. Он нашел факультет и аудиторию, где преподавали экологию. Он впитывал царившую там атмосферу всеми органами чувств. Было неприятно. У него появилось ощущение, что он находится в толпе постоянно ссорящихся и орущих по малейшему поводу детей, они хихикали, смеялись и совершенно точно больше волновались о своей прическе или о шансах на победу местной баскетбольной команды, чем о катастрофическом положении дождевых лесов на планете. То, что он слышал о группировке «Марипоса», его очень расстраивало. Поговаривали, что они сумасшедшая банда коммунистических террористов или оплаченные агенты, направленные злейшим врагом США Муаммаром Каддафи.
Он спрашивал всех о том, знают ли они знаменитого профессора Константино Кастилло дель Круза. Все качали головой. В то же время они очень хорошо знали Милтона Фридмана[38] и его знаменитых Чикагских мальчиков.
Мино не понимал, как это заведение может называться университетом! Где же их пыл, рвение, сопереживание? Неужели у них нет критической оппозиции? Конечно, она существовала, но за свой короткий визит Мино не успел ее обнаружить. Он не был гринго. Он не умел думать, как гринго. Его мечты и мысли выросли из совершенно другой реальности. Он чувствовал себя стариком среди тинейджеров. А был при этом самым младшим.
Мино сел на скамейку в тихом парке за зданием факультета биологии. В руке у него был камень. Он был красным с поблескивающими внутри кристаллами. Он пересчитал их – больше шестидесяти. Невероятно мощная сила слепила их вместе навсегда. Никто не мог изменить камень. Мино зажмурился и вытянул открытую ладонь с камнем вперед. Он был легким, он был ничем. Когда Мино открыл глаза, камня на ладони не было. Все просто.
В этом университете никаких ответов он не нашел. Мино понял, что ему потребуется год, чтобы достичь более глубокого понимания поверхностных культурных и экономических идеалов. Мино Ахиллес Португеза всегда будет здесь чужаком, в лучшем случае прибьется к одной из групп меньшинств, которых лучше было бы поместить в отдельную резервацию. Или в сумасшедший дом. Как они сделали с Безумным Волком.
Оставалось всего несколько недель. Через несколько недель он встретится со своими любимыми друзьями Орландо, Ховиной и Ильдебрандой. Он так по ним соскучился. Они наверняка расскажут ему о том мире, который видели они. А вот он почти ничего не расскажет. Ему нечего рассказывать.
Мино встал со скамейки и огляделся. Камня с шестьюдесятью кристаллами нигде не было. Совершенно обычного камня. Мино улыбнулся и, насвистывая самбу, навсегда покинул университет.
Мино ходил кругами по огромному транзитному терминалу аэропорта имени Кеннеди. Через час самолет унесет его в Лиссабон. В Европу. На другой континент. У него сводило живот по двум причинам: он знал, что скоро встретится с остальными членами группы, и он наконец-то уезжал из этой страны.
Паспорт, которым он пользовался до сих пор, Мино сжег. Он уезжал из США под новым именем, новой личностью, он больше не был испанским студентом Фернандо Икемом. Теперь он был британским подданным, выходцем с Ямайки, по имени Гектор Квиабама. В качестве рода занятий было указано пространное «исследователь». Он мог исследовать все что угодно.
В последние недели Мино тихо и спокойно провел две акции: в Бостоне он поразил ядовитой стрелой влиятельного промышленного магната Макса Максимиллиана МакКевина и его сына Мелвилла. Эти двое имели безграничную власть над концерном Xeton, владевшим самыми крупными в мире фабриками по производству сырого каучука. Фабрики размещались по всему миру, огромные участки леса вырубались и заменялись деревьями, производящими чикл. В одном районе подсчитали, что ради каучука было уничтожено около шести тысяч видов деревьев и растений. Когда земля истощалась, а деревья с чиклом умирали, концерн вгрызался в следующий кусок леса. В Бостоне фабрики Xeton производили автомобильные шины. После визита синего морфо акции Xeton рухнули.
В Вашингтоне Мино вонзил стрелу в шею председателя компании, занимавшейся развитием промышленности Латинской Америки во благо США, господина Теодора В. Ханссона. Кроме того, этот человек сидел в правлении «Мирового банка» и считался ведущим экспертом-экономистом.
Конечно, эти две тихие акции снова вызвали серьезные волнения в обществе. Газеты километровыми колонками жестких обвинений обрушились на политиков и полицию за то, что они не могут поймать террористов. А некоторые газеты даже решились написать правду о том, чем на самом деле занимаются американцы по всему свету и что могло спровоцировать подобные акции возмездия. Действительно ли у жертв группировки «Марипоса» рыльце в пушку?
Официальные представители власти сразу же назвали подобные статьи «леворадикальными» и «наносящими вред обществу», но Мино смотрел на них с улыбкой и гордостью.
Возможно, думал он.
Прямо перед тем как подняться на борт самолета, Мино купил стопку газет и журналов. На первой странице «Washington Post» он увидел большую фотографию, которая мгновенно приковала к себе его взгляд, по телу пробежала волна тошноты. Он наклонился над мусорной корзиной, а пожилая дама спросила его, не нужна ли ему помощь.
Мино покачал головой, сильно сжал губы и, шатаясь, побрел на посадку в самолет до Лиссабона.
Глава 8. Тетраподы
Мино вжимался в стены домов, пропуская проезжающие автомобили. На узких улочках не было тротуаров, так что он с большим трудом передвигал свои тяжелые, набитые книгами чемоданы прямо вдоль машин. Выйдя на небольшую площадь возле собора Святого Петра, Мино присел передохнуть.
Фуншал. Мадейра. Крайняя точка Европы в Атлантическом океане. «Мадейра» значит «лес». Очень зеленый и плодородный остров, Мино заметил это, когда самолет кружил над ним перед посадкой. На крутых склонах были устроены террасы, ломящиеся от фруктовых деревьев, овощей и цветов. Он читал, что на этом острове – удивительная по разнообразию флора. Они выбрали этот естественный природный сад в качестве места встречи не просто так.
Здесь им предстояло выдохнуть, подытожить свою работу и спланировать новые акции.
Мино поднимался по высокому холму к отелю «Резиденция Санта Клара». Он знал, куда ему идти, но пожалел, что не вызвал такси до самого верха. Он вспотел, тащить багаж было тяжело. Он не смог оторвать от сердца ни одну из книг, которые купил в США, – это были
