же упоротым выглядит.
─ Как приятно видеть тебя таким, ─ ещё умудряется ляпнуть, мразь, пока меня тащат всё дальше. ─ Радует, что ты никогда её не найдёшь.
И я запоминаю эти слова.
Они отпечатываются в памяти, чтобы потом, когда мы снова встретимся, я заставил его за них ответить.
И заставлю…
* * *
Дома хочется всё разворотить. У меня совсем нет мыслей, куда идти и где её искать, но есть чёткая цель – найти любой ценой.
Я всегда был тем, кто отбирал. Неважно, что – игрушки в детском саду, победа, девчонки… И со временем стал воспринимать это, как должное, пока у меня не отобрали то, чем я всерьёз дорожу.
Отвратное чувство.
─ И что, по-твоему, ты творишь?
На шум приходит и отец, заставая меня у сейфа.
─ Ну, раз никто больше нихера не делает, значит, надо мне.
─ Я же сказал, я сделал всё, что мог, ─ слышится усталый вздох. ─ Твоему другу только срок скостить могут.
Славке, как выяснилось, ничем не помочь. Вообще. Абрамова быстро сцапали люди его папаши, и теперь он будет чилить в закрытой лечебнице в Швейцарии, а наш друг, который, по сути, всех и спас, за него будет срок мотать, и всем похер. Как прекрасна жизнь, а?
─ Ты знаешь, что я не об этом! ─ поворачиваюсь на пару секунду, и даже ему хочется вмазать, чтоб чушь нести перестал. ─ Хотя, с твоими связями ты мог бы и не такого добиться.
─ А, так ты считаешь, всё так просто? ─ злится.
─ А как? Нахрена вы тогда всем этим дерьмом занимаетесь, если ни черта не можете? Бандиты долбаные, а не в состоянии справиться с настоящими отморозками. Грош цена вам, понятно?
Пытаюсь открыть его сейф, но не выходит, и вскоре становится ясно, что пароль предусмотрительно поменяли.
─ Я не дам тебе испортить жизнь из-за какой-то девчонки.
Из-за какой-то? Ха, забавно… Я слышал, что маму он похитил со свадьбы, буквально свихнувшись на ней, и ничьи уговоры его не остановили.
─ А из-за чего дашь? ─ поднимаюсь на ноги. ─ Из-за разборок ради денег и власти? Непонятной делёжки чего-то эфемерного, чего до сих поделить не получается? Ты из-за этого маму не уберёг! Ты Мишку не уберёг, а теперь меня лечить будешь?
Он замахивается, привычным способом собираясь прекратить бессмысленный, как ему кажется, вечный спор, но вдруг опускает руку, будто поняв, что ничего не добьётся. Это для меня удивительно, только и в его глазах я вижу это самое удивление. Неужели дошло, как всё это тупо и бессмысленно?
─ Хорошо, ─ вдруг резко меняет тактику, и это не добрый знак – я знаю отца, и знаю, когда он так внезапно успокаивается, стоит ждать сюрприза. ─ Я позволю тебе её вытащить. И даже помогу найти, но у меня будет условие.
─ Конечно же… И чего изволите?
─ Когда мы её найдём, ты присоединишься ко мне. Я дам вам вместе день, но потом… ты сделаешь так, чтобы вас больше ничего не связывало. Никаких встреч, переписок, поисков. Ты должен будешь навсегда забыть о её существовании, если хочешь, чтобы с ней всё было в порядке.
─ И ты думаешь, я на это соглашусь? ─ хмыкаю, и больно становится от одной только мысли, что я должен вычеркнуть Мишаню из своей жизни.
Она же, блять, мой феникс. Мой огонь, который даёт мне силы, и сейчас я дышу только потому, что знаю – она ещё жива…
─ У тебя другого выбора нет. Парни не выпустят тебя из дома.
Выглядываю в окно, убеждаясь, что он собрал всех, кого мог, только чтобы оградить меня от глупостей.
Вот же старый хрен…
─ Считаешь, всё продумал?
─ Тебе решать. Но помни – чем дольше раздумываешь, тем дольше она находится в его лапах.
И это охренеть, какой аргумент.
* * *
Уже через пару часов перерываем город.
Филатов наверняка делает то же, да и шансов у него больше, раз он знаком с похитителем лично, поэтому садимся ему на хвост. Всем этим дерьмом, которое рассказала Миша, приходится поделиться с отцом, и он охренеть, как удивлён поступками соседа.
─ Что-то это как-то совсем не в его стиле. Вроде адекватным казался… Высокомерным, конечно, до жопы, но на кой чёрт ему устраивать всё это?
─ Может, он просто хорошо скрывался? ─ предполагает крёстный. ─ Хотя, тут может быть только два варианта – либо первый, либо это месть кому-то. Ты упоминал, она без отца росла?
─ Думаете, с ним связано?
─ То, что он обыкновенный психопат, тоже со счетов списывать не стоит. Но один хер – ситуация воняет. Вы хоть его проверяли?
─ Да вроде всё чисто, но ты и сам знаешь – чем чище чья-то биография, тем больше вопросов. Жаль, нет времени выяснить больше, ─ морщится отец. ─ Этот доктор тоже тёмный. Понаоткрывал клиник по всей стране, а у самого жёны мрут, как мухи. И всех молодыми брал, паскуда – самого лечить надо. Встретились же, два одиночества…
При мысли о том, что этот выродок нацелился забрать себе Мими после всего, а потом сотворить с ней что-то, сводит внутренности. Кровь вскипает, и крёстный замечает, каким становится мой взгляд.
─ Мы найдём её, понял? Не смей раньше времени сдаваться, пацан – ты ей так не поможешь.
Но и спустя пару часов ничего не получается.
А потом счёт идёт уже на дни.
Филатов сам, походу, не знает, куда мог деться этот выродок, а у меня сдают нервы.
Я почти не сплю.
Кофе и энергетик – мои лучшие друзья, и я не щажу сердце, хотя оно явно просит остановиться.
Мне пишут парни из группы, спрашивая, когда начнём работу, народ интересуется планами, а я не могу ничего.
Перечитываю нашу с Мишей переписку, как придурок, натыкаясь на один из последних бессмысленных ночных разговоров, и зависаю.
Мы там обсуждали любимые мультфильмы, и я в шутку спросил, если бы она устраивала свадьбу, в каком стиле она бы её сделала. Когда Мишаня написала «Труп невесты», я уже знал ответ, поэтому сразу начал цитировать клятву Виктора.
«Этой рукой я развею горести, и чаша не опустеет, ибо я буду вином. Этой свечой я освещу путь во тьме…»
Интересно, хоть кто-нибудь осветит ей эту тьму, в которую она снова угодила? Её мать в заложниках, меня она считает последней сволочью,
