высказывания в этом роде отвечал, что я просто засиделся у себя в Цитадели, и меня тянет поразмяться, а в лесу точно так же, как и обычно, просто я отвык. Что греха таить, я бы и правда не отказался от хорошей драки…
Заночевать мы в тот вечер решили на симпатичной полянке, под большим развесистым деревом. Была очередь Хопри стряпать, так что я развалился на травке, разглядывая звездное небо сквозь ветви дерева. Созвездия были сплошь незнакомые – небо на Темной стороне тоже меняется совершенно непредсказуемо. Звезды жили какой-то собственной замысловатой жизнью, двигались, явственно шевелились, иногда ярко вспыхивала, пролетая надо мной, комета. А может, не комета, может, феникс. Врать не буду, я их никогда не видел, только байки слышал. А хорошо бы отловить такую птичку и приспособить в разведчики – с такой высоты, поди, Старый Город вмиг отыщешь… За такими мыслями я и не заметил, как уснул.
Проснулся я оттого, что солнце било мне прямо в глаза. Судя по всему, время было обеденное. Это ж надо было так уснуть! А Хопря тоже хорош – мог бы и разбудить, мы все-таки не на пикник выехали, а по делу… Или он и сам дрыхнет?
Я сел на траве, помотал головой – отчего-то она была словно чугунная, – огляделся по сторонам. Хопри нигде не было видно. Костра тоже не было, а место, на котором он вчера весело полыхал, было занято раскидистым кустом. Не услышал я и хрюканья хоприного крысохряка, да и запаха… гм… не обонял. Что за чертовщина?
Сзади послышался какой-то звук – я резко развернулся. Нет, никто ко мне не подкрадывался, это мой Дайлинген поднимался на ноги, зевая во всю пасть. Это что еще за новости? Мой конь отродясь лежа не спал, я вообще не уверен, что он когда-нибудь спит. Во всяком случае, я его всегда оставляю на ночь дежурить, будучи уверен, что он-то точно ничего не проспит!
Я встал, подошел к коню, похлопал его по шее. Взгляд у него был озадаченный. Подозреваю, у меня тоже. Было отчего впасть в задумчивость. Видно, не зря мне с самого начала не нравилась эта прогулочка…
Но где же Хопря? Я поорал немного, огляделся – ни единого следа. Как испарился. Положим, Хопря и правда мог испариться, но крысохряк-то куда делся? По воздуху улетел? Не слыхал я что-то о таких «птичках»!
Ситуация нравилась мне все меньше и меньше, в результате я плюнул, взобрался на коня и велел ему возвращаться. Сперва надо разобраться в этой чертовщине, а потом уж продолжать поиски Старого города…
Дайлинген отчего-то понял меня весьма своеобразно, спросонья, должно быть, и вместо того, чтобы вернуться к фэренай, вынес меня на окраину человеческого города. На Светлой стороне, разумеется. Я хотел было обругать заспавшегося коня, но передумал. Раз уж я тут, загляну в город. Может, кто из человеческих волшебников сможет рассказать что-нибудь интересное.
Понятное дело, я не понесся вскачь по городу, завывая «а ну, подать мне сюда всех магов!», а чинно проехался по улице. Доехал до знакомого домика и постучал в ворота.
В домике этом жил мой старый знакомец Янис, ныне начальник городской стражи, с женой. Жену звали Эльзой, и приходилась она родной сестрой моей Вете. Еще тут жил их сын, мой фактически племянничек. Вот так, сам Страж Врат родней обзавелся!
На стук ворота отворил высокий крепкий паренек лет шестнадцати на вид, рыжий, веснушчатый, словом, вылитый Янис в юности. Должно быть, младший брат, или еще какой родственник.
– Что угодно господину? – спросил он подозрительно.
– Господину угодно повидать Яниса Жоля, – ответил я. – Он ведь здесь живет?
– Да, господин, – кивнул паренек и, повернувшись в сторону дома, крикнул: – Батя, тут к тебе господин какой-то!
«Батя?» – опешил я. Ничего себе! Да Янис у нас, я смотрю, резвун! Когда это он успел сыночка сострогать, да так, что никто и не знал?
Тут на пороге появился хозяин, Янис Жоль собственной персоной. Признаться, я сперва решил, что ошибся домом. Потому что некогда огненно-рыжий Янис теперь был седым, как лунь…
Увидев меня, Янис переменился в лице, а проще говоря, вылупил глаза, открыл рот и стал похож на идиота. Это с ним всегда происходило, когда он сильно удивлялся.
– Ашер?! – выдохнул он наконец. – Ты?!
– Не пойму, чему ты удивляешься, – отозвался я, спрыгнув наземь. – Что я, не могу заехать в гости? Можно подумать, ты меня лет пять не видел.
– П-почти… – прыгающими губами выговорил Янис, а я почувствовал, что дело неладно. Что он пялится на меня, как на привидение? – Не п-пять… Д-десять…
– Что-о?.. – Я, должно быть, принял такой же идиотический вид, как давеча сам Янис. – Ты в своем уме? Я ж заезжал к вам недели две назад!
– Ашер… – Янис перестал заикаться. – Ашер, это было не две недели назад. Десять лет прошло! Не веришь? Смотри, я седой стал, а Янек вон какой вымахал!..
Сына Яниса звали тоже Янисом, а чтобы не путать с папашей, дома его называли Янеком. Так этот рыжий пацан – и есть Янек?! Я запомнил его шестилетним карапузом, который все норовил подобраться к Дайлингену и подергать его за хвост…
– Погоди, погоди… – Я потряс головой. – Я ничего не понимаю! Какие десять лет? Мы же неделю как выехали…
– Десять лет прошло. Мы решили, что тебя убили, – сообщил Янис, глядя на меня с изрядным испугом. – Вета пыталась тебя искать, когда ты не вернулся, да так и не нашла. Ты где был-то?..
Тут у меня в голове что-то перемкнуло, и я вихрем взвился в седло. Дайлинген обиженно заржал, приподнявшись на дыбы, развернулся на задних ногах и скакнул через забор, не дожидаясь, пока откроют ворота.
– Ашер, ты куда? – расслышал я вопль Яниса, но отвечать не стал.
Вета!..
Да что ж такое приключилось? Здесь прошло десять лет, а для меня минула неделя? Не бывало такого никогда, я бы знал, я много баек слышал! Но… куст на месте кострища… Ох, не нравится мне все это!
Дороги до моей Цитадели я почти не заметил, будто Дайлинген перемахнул это расстояние одним прыжком. Может, так оно и было, этот конь умеет срезать путь…
Цитадель выглядела, как обычно: мрачно и неприступно. Во дворе было тихо и пусто.
Оставив Дайлингена снаружи, я
