Злость заполнила погибающую оболочку, а та — стерва, как известно не советчик. Но силой одарить может и плевать, что в последний раз. Ушедшее сознание признало злейшего врага — причину всего.
— Сволочь! — крикнуло тело, прыгая в атаку.
Бегун если и удивился, то виду не показал. Заурчав голодным зверем, кинулся навстречу.
Глава 46
Сухмет улепётывал всё утро и какую-то часть дня. Судя по местному светилу, не большую, оно прошло примерно пятую часть земного пути. Он предположил, что время ближе к полудню и рискнул сделать небольшую остановку. Усталости особо не ощущалось, но опыт подсказывал, передышка с перекусом не помешают.
Ибн, его это особо не касалось. Чёртов слуга жрал прямо на ходу. Пиковый изрядно потерял в весе и что Сухмету больше всего не нравилось, за ними оставались следы, в виде крови и остатков из кишок. Но была надежда, что их не преследуют, всё-таки убегали по лесу, местами труднопроходимому. А гонка началась ранним утром, возможно, заметили, но было уже поздно.
Размышляя над этим, а заодно о своих дальнейших планах, Сухмет открыл банку каши с мясом, умяв её за пару минут, решил покопаться в трофеях с монстров. Множество зелёных камушков, оставило его равнодушным, жёлтые тоже не особо радовали. А вот красная — жемчужина. Красивый камушек, не мог быть ничем другим.
У парня аж дух перехватило, не будь он верующим, решил бы что это волшебство. Настолько прекрасная вещь попалась ему впервые, и она просилась в рот. Как большинство иммунных, Сухмет не мог противостоять этой магии. Запив живчиком, он почувствовал, как по телу разбегается приятное тепло.
Расслабившись, мужчина улёгся на траву и незаметно для себя задремал.
Пробуждение вышло жёстким. Жгучая боль пронзила грудь и шею. Ничего не понимая, Сухмет крутнулся в сторону, уходя тем самым от навалившейся тяжести. Кувырок, и он уже стоит на ногах готовый к схватке. Толку с того было мало, перед глазами была тьма с редкими проблесками.
«Ночь,» — догадался парень. — Но ка…
Ему не дали долго размышлять, урчание и резкий удар в грудь. Кто-то тяжёлый и горячий повалил его на землю. Клацнули зубы. Сухмет просто не успел среагировать. Взвыв от боли в плече, он схватил нападавшего левой за горло и резко дёрнул в сторону, и получилось, но вместе с куском мяса с плеча. Взбесившись от злости и собственной беспомощности, парень запрыгнул на перекатившегося на спину противника и что есть силы всадил пятерню в район его горла. Давно не стриженные ногти, погрузились в горячую плоть с противным хлюпаньем. Урчание перешло в затихающий хрип.
Проверенный приём. Победа!
Не успел Сухмет осознать, что бой позади, как пришло понимание, а вместе с ним и дурнота.
— Ибн⁉ Зачем?
Жёсткий спазм в груди, скрутил и швырнул на землю.
— Как же больно! Что это? — отвечать было некому.
«Я всё-таки отвязал его,» — подумал Сухмет, погружаясь в липкую пустоту.
Глава 47
— Мы не знаем, природу его происхождения, — начал Ким, тут же себя поправив. — Точнее, нам известно, что он человек, однозначно! Но наши с ним реальности настолько разные… ведь объект, — он заглянул в планшет, — Кнут, по сути, не живой! Известно только время загрузки… Переселенцы, привязаны к телам, а наш объект, синхронизирован с игровым ИИ! Как такое возможно?
Кабинет ректора, был настоль велик, что его слова отражались от стен, тут же возвращаясь обратно. Хозяин кабинета, с виду молодой мужчина, внимательно слушал подчинённого помешивая чай в старомодной чашке.
Ложечка стучала, Ким нервничал. Слишком много потерь и замен произошло за последний месяц.
— Позвольте я продолжу, — ректор наконец поставил злосчастную чашку на стол. — Вы не можете решить проблему замещения? — Ким хотел возразить, но не решился. — Прекрасно вас понимаю! Прежние эксперименты удачными не назовёшь… но в этот раз, всё по-другому! Объект Кнут, гипотетически привязан к своему аналогу, верно?
Ким кивнул, ему не нравился псевдонаучный подход нового ректора, он скорее бизнесмен, нежели учёный. Здесь нужны десятки лет исследований, а Абрамов, готов хоть завтра поставить конвейер по пересадке душ, денег это сулило немало.
— Значит шансов на успешный исход больше!
— Восемьдесят к двадцати! — напомнил Ким.
По его мнению, огромный риск.
— Да, с этими цифрами, я знаком, — ректор вновь взялся за ложку. — Давайте разберём последовательность наших будущих действий.
— Хочу напомнить вам Евгений Петрович, что мы имеем дело с инопланетянином! Он сумел взломать защиту ИИ и даже завязать на себе игровые процессы!
— С чего вы взяли, что он её взламывал? — Абрамов улыбнулся. — Помните, где мы взяли исходный код?
Ким, к своему неудовольствию, об этом не подумал, всё завязано на Стиксе.
— Тем более! Нужно насторожиться, быть может, нашёлся хозяин игрушки? Мы можем породить нечто такое… Уверены, что справимся с ним?
— Справимся, в конце концов, он наш пленник! Раз вы не хотите обсуждать, поступим по заранее обговоренному плану. Снижение температуры тела, ввод в медикаментозную кому и собственно процедура замещения!
Ким согласился, и покинул кабинет ректора.
«Чёртов барыга,» — подумал он. «А прежние неудачные попытки, которые кстати, происходили по той же схеме! Их ты учёл?»
* * *
Боль! С этим простым и в то же время многозначащим словом, знаком любой человек. Если физическая сигнализирует о возможной проблеме в организме, то с эмоциональной, всё намного сложнее. К счастью, сейчас я испытывал только физическую, зато какую!
Ныло, саднило, ковыряло, от пальцев ног, до кончиков волос, даже воздух заполняя лёгкие, приносил едва терпимую боль. Мне хотелось орать благим матом, но привычка терпеть никуда не делась.
— … нас получилось!!! Можно докладывать ректору!
— Не спешите, коллега!
— Что за херня? — не обращая внимания на посторонние голоса, я думал о своём.
Прозвучало глухо, а главное, собственный голос показался мне чужим. Пахло хлоркой и ещё чем-то давно забытым. Я открыл глаза, нестерпимо яркий свет резанул до самых мозгов, вызвав обильные слёзы. Попытался прикрыться руками, что вызвало новую вспышку боли, звякнуло железо.
Я скован по рукам и ногам, даже голову обхватывает холодный обруч.
— Не дёргайтесь! Иначе навредите сами себе! — прозвучало слева, через динамик.
— Да что ты его жалеешь? Вспомни, что этот утырок сделал с Агаповым… а охранников сколько покалечил⁉ — кто-то обиженный, справа.
— Это уже не он! — возразил первый.
— Не факт, аппаратура может ошибаться, нужно провести исследование!
До меня пока не доходил смысл сказанного, всё дело в боли, казалось, вопила каждая клетка многострадального организма.
— Где я? — задав первый пришедший в голову вопрос, я понимал, что ответ может не понравиться.
— Разве это важно? — ответил левый, тот другой, лишь обиженно хмыкнул. — Если назовёте своё имя, вколю обезболивающее.
А! Вот как значит!
— Оставь себе, чмошник!
— Вот, видишь? А ты говорил! — занудел обиженный.
— Не забывай кто он, стереотип может быть тем же, остальное зависит от среды обитания!
Мне надоело слушать уродов, которые не стесняясь говорили о чём-то непонятном. Решил вновь открыть глаза, но не так резко, как раньше.
Свет исходил от мощной лампы, что висела надо мной, примерно в районе груди. Напомнило что-то из прошлого… Операционная! Услужливая память, выдала нужное. Глаза постепенно привыкали, выдавая новые подробности. Силуэты людей в блестящей одежде, маячили по обе стороны, не лиц ни даже голов, вместо них затемнённые стёкла.
Внешники? Но они говорят на чистом русском! Неважно, похоже я в очередной жопе.
Что-то меня беспокоило. Нет, не железный операционный стол, лежал я, кстати, абсолютно голым. И даже не начинающийся зуд, постепенно вытесняющий боль. Другое! Начав догадываться, я принюхался.
