Читаем без скачивания Черное зеркало - Юрий Волузнев

— Но я подниму их боевой дух! Я заставлю их вспомнить, что они дети Вотана и Валгаллы!.. Я пробужу их от спячки!.. Немцам должна принадлежать вся Европа! До Урала!..

— А что, Россия уже не в счет? — криво усмехнулся Игорь, искоса наблюдавший за мечущейся по комнате Хильдой и поневоле слушавший ее страстный монолог. — Или, скажем, Прибалтика?..

— Прибалтика?.. — Хильда скорчила презрительную гримасу. — Это вообще не государства, а историко-географическое недоразумение. Это всего лишь провинция Германии, которой нужна хорошая плетка и сильная рука.

— А мы? Нас-то куда?

— Вас-то? — пренебрежительно отмахнулась она. — Лучшие представители вашей расы могут преспокойно ассимилироваться с немцами… А вообще, что о вас говорить!.. Я имела возможность непосредственно наблюдать вас достаточно много времени… Вам, русским, постоянно надо напоминать о собственном достоинстве. И если с вами долго не воевать, не тормошить вас время от времени, так вы и вообще в своей лени погрязнете. Вам нужна струя свежей арийской крови… И притом у вас какой-то комплекс недоевропейцев. Постоянно оглядываетесь на Запад и ждете похвалы. А самих себя не уважаете. Потому и развалились в одно мгновение. Словно пирамида, сложенная из бильярдных шаров и сдерживаемая крепко сцепленными руками. Руки убрали, и пирамида тут же распалась на отдельные шарики, раскатившиеся в разные стороны… А впрочем, что говорить о России! — усмехнулась Хильда. Пренебрежительно махнула рукой. — Это богатый заповедник, который пора осваивать более цивилизованным народам. Россия как государственное образование уже выполнила свою историческую миссию. Показала миру, как не надо жить, — и достаточно. Периодически мир должен иметь подобные примеры перед своими глазами…

— У нас же великая культура…

— Была. Да и то крайне непродолжительное время. Всего каких-то сотню лет… А то, что успели накопить, разбазариваете направо и налево. Что, не так?..

Игорь помолчал некоторое время. Потом вдруг почему-то облегченно вздохнул. Залпом выпил содержимое фужера. Достал сигарету. Закурил. Пристально посмотрел Хильде прямо в глаза.

— Вы мне не кажетесь сумасшедшей, — наконец произнес он. — И вижу, что вы искренни в своих убеждениях… Но если это так на самом деле!.. То теперь мне все становится ясно. И я был прав, с самого начала подозревая вас.

Хильда удивленно вскинула брови.

— Я рада это слышать, — с каким-то восхищением произнесла она. — Я, признаться, думала, что вас все это шокирует… Вы растете в моих глазах… В таком случае подождите пару минут. Я отлучусь ненадолго.

Она вышла из комнаты.

И через некоторое время вернулась. Игорь взглянул на нее и невольно улыбнулся.

Женщина, вошедшая в комнату, никоим образом не напоминала прежнюю, давно известную ёму Галину Николаевну, строгую, сухую, словно колючка, при взгляде на которую сразу почему-то вспоминалась школа и все полученные в ней двойки.

Она была одета в черную, знакомую по военным фильмам, эсэсовскую форму, с зигзагообразными рунами в петлицах и орлом, держащим в когтистых лапах эмблему со свастикой. На плечах змеились перевитые серебряные галуны погон. Над козырьком черной фуражки, как на пиратском флаге, виднелся череп с перекрещенными костями.

— Вот я какая на самом деле, — усмехнулась Хильда. — Нравится?

— Вам идет… — оглядев ее сверху донизу, хмыкнул Игорь. — Это вы в каком-нибудь театре позаимствовали?

Хильда присела рядом. Закурила. Искоса посмотрела на него.

— Ценю ваш юмор, — сказала она. — Впрочем, вы почти правы. Естественно, это не та самая форма, в которой я сражалась против вашей страны. Но покрой тот же. И все соответствует. Особенно содержание. Уж можете мне поверить…

Она повертела в руке парабеллум.

— И этот пистолет… Как видите, он снова у меня. Этот пистолет заряжен моей ненавистью. Ненавистью Хильды фон Зигельберг! И когда палец, спускающий его курок, будет движим стремлением уничтожить врага, а не праздным щелканьем по консервным банкам, он будет стрелять всегда! Ему нужна кровь. И его не нужно перезаряжать…

Игорь вздрогнул.

— Так вот почему!.. — вспомнил он свое удивление, когда после перестрелки с черным «джипом» обнаружил совершенно не израсходованную обойму.

— Именно поэтому, друг мой…

Игорь в упор посмотрел на Хильду.

— Но если вы всех нас ненавидите, с какой стати я должен помогать вам?

— Чтобы стать человеком. Истинным человеком. Чтобы в одной связке со мной бороться за торжество великой идеи.

— Но разве я не человек? — тихо спросил Игорь, не в силах оторвать взгляд от ее широко раскрытых, светящихся каким-то внутренним огнем бездонно-голубых глаз.

Уголки ее губ приподнялись. Рот приоткрылся, обнажив ровный ряд сияющих белизной зубов. По лицу пробежала тень торжествующей улыбки.

— Пока еще нет, — прошептала она. — Но уже начинаете становиться им…

Что-то неведомое поднималось в Игоре изнутри. Голова закружилась. Во всем теле чувствовалась удивительная легкость, какая-то наркотическая эйфория… Картины видеофильма затуманивались, теряли свои краски и очертания. Чувство ужаса и отвращения от увиденного притуплялось, и все это действо постепенно начинало казаться самой обыкновенной, заурядной эротической фантазией.

Хильда словно читала его мысли и отвечала на его слова, невзирая на то что губы его не шевелились и только все более и более учащенное дыхание вздымало его грудь. И с каждым глотком воздуха, напоенного тонким ядовитым ароматом, идущим от ее лица, ее волос, ее тела он с ужасом убеждался, что хочет повиноваться ей.

Хильда тихо засмеялась. Придвинулась ближе, положила руку на колени Игоря.

— И все это не так уж и страшно… Не правда ли?.. — шепотом произнесла она. — Вот видишь, дружок, один из барьеров ты уже преодолел…

Игорь удивленно огляделся вокруг. И снова, словно притянутый невидимым магнитом, взгляд его утонул в бездонной глубине сияющей голубизны.

Словно какая-то волна прокатилась по всей поверхности его тела, мягко ударилась в грудь, рассыпалась мелкой водяной пылью и, превратившись в прозрачный, искрящийся туман, заволокла все окружающее. Взгляд Хильды завораживающим светом загадочно сияющих синих звезд насквозь пронизывал глаза Игоря, и какие-то невидимые лучи тянулись к самым отдаленным уголкам его мозга и наполняли его душу одурманивающей, расслабляющей истомой.

Он замотал головой, пытаясь прогнать это наваждение.

Хильда приблизила к нему лицо. Взмахнула ресницами.

— Ничего не получится, милый, — зашептала она. — Ты уже мой. И Лариса моя. И девочки… И еще многие и многие в скором времени будут моими… Я создам целое поколение прекрасных, сильных людей. Они расплодятся и рассеются по всему свету. От их детей опять пойдут дети… И в конце концов миром будет владеть новая раса полноценных, здоровых и объединенных великой идеей людей… Наше великое дело не погибло. И никогда не погибнет. Это дело бессмертно… А поскольку истинный человек всегда стремится к бессмертию, то именно эта идея будет путеводной звездой к достижению его цели… Ты удивляешься, почему я так молода… Потому что я тоже бессмертна. Запомни это, мой дорогой друг. И ты будешь бессмертен, если останешься со мной… Сильные люди никогда не стареют. Они всегда молоды…

Игорь почувствовал на своем лице страстное дыхание Хильды. Ее мягкие, влажные губы прерывисто продолжали шептать что-то. Они легко, словно крылья бабочки, касались его губ. Синие глаза, подернутые искрящимся туманом, жадно пили его полный ответного желания взгляд. Длинные черные ресницы были опущены и призывно подрагивали. Пальцы скользили по лицу, плечам, по груди, судорожно расстегивали ворот рубашки…

Игорь крепко сжал хрупкую, почти девичью фигурку, опрокинул ее навзничь. Впился в эти сладкие, зовущие губы. Лихорадочными движениями начал срывать черный эсэсовский китель, рвать галстук со свастикой посередине… Коснулся ладонью упругих бедер и заскользил вверх, к прохладным, наполненным любовным трепетом источникам высшего наслаждения…

Внезапно Хильда громко расхохоталась.

Словно змея, выскользнула из его объятий. Вскочила, вся растрепанная и раскрасневшаяся. И, размахивая парабеллумом, отбежала в сторону.

— Все! Все! — весело закричала она. — На сегодня достаточно!.. Не все сразу, милый!.. Отложим что-нибудь и на потом… В конце концов, я тебе обещала валькирий, но не обещала себя!.. Предупреждаю, я опасная любовница…

Ее громкий хохот заполнил пространство комнаты. Хильда раскрыла дверь и мгновенно исчезла. Защелкнулся дверной замок.

Игорь в изнеможении упал на диван.

Она торжествующей походкой, с победно сияющим взором прошла по коридору и поднялась по винтовой лестнице.