6 августа. К вопросу о…
Запретили ввоз продуктов. Заморозили пенсии. Готовят масштабную войну.
Подумал: нет ли здесь русофобии?
Большей русофобии я и не встречал.
7 августа. Из Пиндемонти
Идите в жопу вы, журнальные витии,Пекущиеся столь о будущем России,Что и война для вас нисколько не страшна,Хоть нет причин у ней, нет смысла и рожна.Вам жизнями рабов рискнуть в тиши диваннойпочетным кажется. То долг ваш постоянный —подзуживать людей и звать их умирать.Когда бы всех таких ораторов собрать,И всей гурьбой в один мешок упаковать…Большой для этого мешок нам нужен, знаю.Но краю своему найти его желаю.
7 августа. Дурь
Хулио Хуренито и его ученику Илье Эренбургу зачитали приговор в ЧК — приговорили их к высшей мере.
— Учитель, что это? — ахнул Эренбург.
— Поскольку приговорить нас к бессмертию не в их силах, вероятно это банальный приговор к расстрелу.
Вечером, как говорят, президент Путин обратится к народу. Это скорее всего, будет обоснование того, почему стране надо воевать и убивать людей и умирать самим.
Поскольку улучшить образование, жилищные условие и срок продолжительности жизни — не в их силах, то стало быть население будут убивать.
Это, пожалуй, самая бездарная власть из всех, какие когда-либо бывали в России.
7 августа. Проект хунты
В Донбассе сражаются франкистские войска — за империю. Там генералы и полковники ГБ возглавляют правительство; это обычная хунта, классическая, хрестомантийная хунта.
По поводу киевского правительства слово «хунта» говорится в качестве метафоры; но в отношении донбасского руководства это буквальная констатация.
Если вы думаете, что народ (определенная часть) не поддерживал хунту Франко, вы заблуждаетесь. Крестьяне поддерживали идею традиционной власти, а республику и демократию не полюбили. Надо сказать, что сегодня Испания не знает, кто был тогда прав: Франко сумел завоевать симпатии населения. Правда, Пикассо, Хемингуэй и Эренбург его считали негодяем — но не Пикассо же определяет народный выбор.
Хунта понравилась людям. некоторые ограничения и эмбарго не смущали население. Резня однажды закончилась, устают ведь и от резни.
Например, премьер-министр ДНР Бородай тоже устал; он сложил с себя полномочия борца, вернулся в Москву; сегодня закусывал в дорогом ресторане.
Между прочим, борец за евразийскую империю сказал журналисту, что он уехал из Донецка потому что он выполнил свою работу. Он запустил проект, он «стартапер» — это буквальная цитата.
«Стартапер» — это сказано про проект массовых убийств и аннексии чужой земли.
Он, гражданин другой страны, запустил проект, где людей калечат и убивают, но, разумеется, он ни минуты не колебался — уезжать ему оттуда или нет. Это не его страна — он был стартапер.
Это не его страна — он выполнял работу. он это сказал.
Он сам это сказал.
Он передал запущенный проект «опытному полевому командиру» и уехал в Москву. Это трудно назвать цинизмом, поскольку это вообще вне оценочных категорий. Впрочем, он человек рассудительный, не безумец, как Гиркин.
Стрелков-Гиркин — безумец; однако это безумец, алакающий осмысленного существования — убийство есть необходимый компонент осмысленного существования. Не умея жить без убийств, он кочует с войны на войну, служит не идее (какой? белогвардейской, имперской? игровой?), но процессу насилия. Он такой страшный кадет Биглер — если кто помнит книгу Гашека. Представьте кадета Биглера, обладающего властью реальной, а не воображаемой. Полагаю, что герой Первой мировой Геринг — примерно такой же психологический тип; не мог жить без войны был одержим условной невнятной имперской идеей, убивал без удовольствия, но испытывал потребность в справедливых убийствах. То есть, это безумец не вполне — прежде всего негодяй. А «безумство» — это свойство организма, изюминка на торт. Примерно таким же был барон Унгерн.
За этот «запущенный проект», во всей видимости, России и предстоит воевать — и смертей будет еще больше.
8 августа. Берегите головы
80 лет назад самый умный в мире народ, немцы, сошел с ума.
Коллективное безумие немцев длилось десять лет. А немцы крайне рациональные люди.
Нет ни единой нации, застрахованной от внезапного безумия.
Сохранять рассудок становится все трудней, но старайтесь, граждане.
Одно из проявлений сумасшествия состоит в том, что за любовь к Родине выдают агрессивный инстинкт. Это подлог. Тот, кто действительно любит Родину, должен заботиться о ее чести.
11 августа. Суть дела
Когда разрушали Советский Союз, очень торопились.
Капиталистическому (демократическому, свободному, западному) миру было важно разрушить социалистическое хозяйство стремительно. Все боялись, что если разрушать постепенно, то социализм воскреснет.
Пришлось пойти на жертвы, таковые казались оправданными.
Вместо социалистической экономики согласились иметь класс — внешне похожий на западных миллиардеров, но абсолютно иной по сути. Это беззаконный класс бандитов — феодалов. Таких чекистов-миллиардеров прежде в природе не бывало.
С новыми персонажами истории смирились: казалось, что бандиты-феодалы все-таки лучше, нежели Советский Союз и плановая экономика.
Тем более, что бандиты-феодалы старались походить на западных миллиардеров: завели коллекции предметов роскоши и возвели дворцы, похожие на Версаль.
Сами про себя бандиты говорили так: мы такие же, как западные воротилы, просто у них прадедушка был бутлегер, а пращур — пират, а нам, в целях скорейшего воплощения прогресса, — приходится совмещать разбой и светскую жизнь в одной биографии.
Разница однако состояла в том, что три поколения между бутлегером и конгрессменом и двадцать поколений между пиратом и сенатором — были заполнены общественным договором, законодательством.
Законы нужны? Так мы настрогаем за ночь законов — дурацкое дело нехитрое. И стали строгать законы.
Однако все законы, которые производили бандиты-феодалы оставались «понятиями».
Внедренная в 90-е годы бандитская мораль: «жить по понятиям» — стала основанием жизни всей страны — и больше того, основанием международной политики.
Очень похоже на законы, но это не законы — а понятия, то есть, бандитские представления о справедливости.
Упрек западному партнеру всегда прост: «А он чего себе открысячил? Я тогда тоже возьму» — и это вполне здравая логика внутри мира понятий. Если им можно — почему нам нельзя? И никакой аргумент закона не действует против понятий — как не действует милицейская логика против логики братвы.
На этом, понятийном, основании был сделан вывод будто отныне существует уже не однополярный мир, но многополярный, и уж точно би-полярный. О чем с гордостью и сообщили планете. Мы ведь можем и бомбой — это по понятиям.
Теперь на одном полюсе — правят законы, а на другом — понятия.
Понятия копируют законы фразеологией; но это понятия. И обслуживают эти понятия новый, неведомый прежде класс. Этот класс свое право знает, и намерен за него бороться. Этот класс уверяет, что строит большое пространство, евразийское пространство, в котором будут властвовать понятия. Понятия — духовнее законов, законы — материалистичны.
В этом столкновении понятий и законов и заключается драма современной истории.
12 августа. Принцип гуманности
Еще раз про гуманитарную помощь и приоритеты.
Мне говорят, что под видом гуманитарной помощи в Донецк идут танки и ракеты. Может такое быть? Теоретически, да, хотя степень истерики с обеих сторон высока. Но да, может быть и такое. Можно ли допустить, что эта (возьмем в кавычки) «гуманитарная помощь» вообще не доставит лекарств и врачей, а только солдат с автоматами? Нет, нельзя. Даже для «прикрытия» приедут врачи и лекарства — и, надеюсь, только они и приедут.
В противном случае, Россия обозначит себя как всемирный злодей, обманувший в самом святом: во врачебной помощи.
Я не хочу и не могу допустить такого предположения — нет такой страны, которую я бы заподозрил в таком преступлении.
Более вероятна другая опасность: присутствие «гуманитарной помощи» де — факто прекратит военные действия и медленно легализует мятежную республику, даст ей шанс отстоять себя юридически — что будет, разумеется против международного права и вопреки не только украинской воле, но даже вопреки собственно российским законам о референдумах. Это будет обман, трюк. Но это, тем не менее, будет после медицинской помощи.
Мне говорят, что медицинская помощь будет в основном доставлена сепаратистам, а не страдающим мирным жителям. Даже в том случае, если большая часть лекарств и продуктов достанется сепаратистам, я не вижу в этом беды, поскольку считаю всех участников этой грязной истории — людьми.
