Руки Кларинды медленно обвились вокруг талии Макса. Она уткнулась лицом в его широкую грудь, и ее плечи вздрогнули от неслышного рыдания. И Эш не мог винить ее за то, что она расплакалась после всего, что ей довелось пережить.
Всего, что он заставил ее пережить.
Когда Кларинда откинула голову назад, чтобы сквозь слезы улыбнуться Максу, худшие опасения Эша оправдались. Конечно, он не знал, чего ожидать от их встречи, но выражение искренней радости, засиявшее в ее глазах, потрясло его до глубины души, словно внезапный удар.
Без сомнения, Макс не преувеличивал своих чувств к Кларинде. Несмотря на то что его брат буквально пожирал ее голодным взглядом, Эш был уверен: Макс не ищет каких-то признаков того, что ею обладал другой мужчина. Нет, его брат просто пытался убедиться, что все это не сон. Что она жива, с ней все в порядке и она находится в безопасности, в его объятиях.
Макс нежно пригладил ее волосы одной рукой, шепча что-то ласковое, предназначенное ей одной. Эш опасался, что брат поцелует ее прямо перед всеми, и тогда ему придет конец: его расстреляют за хладнокровное убийство собственного брата на глазах дюжин свидетелей. К счастью для всех них, Макс благоговейно поцеловал Кларинду в лоб. Уважая благопристойность, Макс, похоже, просто решил дождаться венчания, после которого с полным правом смог бы поцеловать ее в губы.
Хотя брат чертовски раздражал Эша, зато обладал теми качествами, каких у самого Эша не имелось никогда: Максимилиан был честным, надежным, заслуживающим доверия. Возможно, Кларинда и хотела Эша, но нуждалась в Максе. Сквозь прищуренные веки Эш наблюдал за тем, как Макс снял с себя безупречно сшитый сюртук и закутал в него Кларинду, чтобы скрыть ее плечи от любопытных взоров солдат, как будто на ней не было одежды, закрывавшей ее с головы до пят.
Бережно обнимая Кларинду за плечи, Макс повернулся к брату, и на его суровом лице появилось почти счастливое выражение.
Не успел он заговорить, как Эш выдвинул вперед Ясмин.
— Макс, это Ясмин, — представил он наложницу. — Она ищет себе мужа. Ясмин, это мой брат Макс. Знаешь, — он еще не женат. Сейчас он граф, но когда-нибудь станет герцогом. В стране, из которой мы приехали, это то же самое, что быть султаном.
— Герцог, говорите? — Ясмин шагнула к Максу, оглядывая своими сверкающими черными глазами его внушительную фигуру. — Если вы ищете себе жену, которая согреет вашу постель, милорд, то можете прекратить поиски. Знаете, я могу такое делать языком, что…
Громко откашлявшись, Макс сердито посмотрел на Эша.
— Ничуть не сомневаюсь, что в один прекрасный день вы станете отличной женой какому-нибудь мужчине, мисс. Но мой брат забыл сказать вам, что я уже обручен с мисс Кардью, — промолвил он.
Ясмин скривила недовольную гримасу.
— Как, еще жених?! — воскликнула она недоверчиво. — Есть ли хоть один мужчина между Марокко и Англией, который не был бы обручен с этой маленькой и жадной ледяной принцессой?
Макс недоуменно посмотрел на Кларинду.
— Вы можете объяснить мне, что она имела в виду? — спросил он.
— Нет, — глядя перед собой, ответила Кларинда.
Воздев руки к небу, Ясмин пошла вокруг бассейна, а из ее прекрасных уст хлынул целый поток грязных арабских ругательств. Споткнувшись и едва не упав в воду, Ясмин чуть не спровоцировала нешуточную потасовку, поскольку солдаты принялись толкаться и суетиться — каждый старался первым спрыгнуть с коня, чтобы броситься ей на помощь.
Люк наблюдал за всем этим с кривой усмешкой.
— Ну разве она не прелесть? — вымолвил он. — Она станет отличной матерью моим детям.
— Итак, что ты здесь делаешь? — спросил Эш, сложив на груди руки и посмотрев на брата. — Ты боялся, что я убегу с твоими деньгами? Или с твоей невестой? — спросил он, старательно отводя глаза от Кларинды.
— От тебя так много времени не приходило ни весточки, и я уже начал опасаться, что все пошло не так, как надо, — ответил Макс.
В ответ Эш при всем желании не мог успокоить брата. Поскольку он сам не был уверен в том, что после произошедшего его сердце — и его тело — когда-либо оправится.
— Мне понадобилось больше времени, чем я предполагал, на то, чтобы убедить султана освободить мисс Кардью, — промолвил Эш.
Макс крепче обнял Кларинду, его лицо помрачнело.
— Когда я начинаю думать о том, что ей довелось пережить…
— Султан ко мне и пальцем не притронулся, — просто сказала Кларинда. — Капитан Берк приехал как раз вовремя.
Макс быстро взглянул на брата, и в воздухе между ними повис непроизнесенный вопрос. После минутного раздумья, Макс сунул руку в карман жилета и вытащил оттуда чек — точно такой же, какой Эш уже получил от него, когда по собственной глупости согласился выполнить эту работу.
Макс протянул чек Эшу.
— Я в таком большом долгу перед тобой, что это не может даже частично покрыть его, — произнес он.
По непонятой причине сердечная благодарность Макса оказалась для Эша более унизительной, чем его презрение или подозрения. Больше всего ему захотелось изорвать этот чек на мельчайшие кусочки и бросить их в честное лицо брата.
Вместо этого он принял чек из рук Макса, глядя своими янтарными глазами на число с внушительным количеством нулей.
— Не стану докучать тебе пустыми протестами, ибо могу тебя заверить, что честно отработал все до последнего полупенсовика из этой суммы, — бросил он.
— Куда ты теперь? — спросил Макс, хотя Эш был абсолютно уверен, что брат задал этот вопрос из вежливости, а не из интереса.
— Я еще не знаю. — Эш задумчиво нахмурился. Теперь, когда у него появилась отличная возможность навсегда уйти из жизни Кларинды, он не мог заставить себя сделать это. — Мы с Люком ездили из одного конца мира в другой, участвуя в сражениях, к которым, собственно, не имели никакого отношения. Вот мне и пришло в голову: не нанести ли визит в добрую старую Англию?
— В Англию? — переспросил Люк, роняя сапог.
— В Англию? — эхом отозвался Макс. Почему-то вдруг стало казаться, что он немного раздражен. — С чего это ты внезапно решил вернуться в Англию?
Довольный тем, что ему наконец-то удалось лишить брата хотя бы части его легендарной сдержанности, Эш посмотрел на него тем самым невинным взором, каким когда-то в детстве смотрел на мать, когда та обнаруживала, что из сахарницы пропал весь сахар.
— А ты разве не слышал последнюю новость? — спросил он. — Мой единственный брат собирается жениться. Не думаешь же ты, что я пропущу столь значительное событие?
Знакомое выражение досады мелькнуло на лице Макса.
