Когда солнечные лучи коснулись воды, Керанс, глядя в зеленую непрозрачную глубину, вспомнил теплый доисторический студень, в котором он плавал в своих снах. Он вспомнил также, что несмотря на сверхобилие воды вокруг, он в реальной действительности не погружался в море уже около десяти лет, и в уме начал повторять движения медленного брасса, который нес его во сне.
В трех футах под поверхностью воды проплыл маленький питон-альбинос в поисках выхода. Глядя, как он стремительно увертывался от ударов гарпунов, Керанс почувствовал внезапное нежелание погружаться в воду. На противоположной стороне озера, у стальных решеток, огромный крокодил боролся с группой моряков, пытающихся отогнать его. Великий Цезарь, упираясь огромными ступнями в нижний брус плавучего заграждения, с силой бил крокодила, а тот огрызался, пытаясь ухватить багор. Крокодилу было не меньше девяноста лет, в длину он достигал тридцати футов, а объем его груди был не менее шести или семи футов. Его снежно-белый живот напомнил Керансу, что после прихода Стренгмена, как бы привлеченные его появлением, из джунглей выходило много животных-альбиносов: змей и ящериц. Встретилось даже несколько игуан-альбиносов, одна из таких игуан сидела предыдущим утром на причале отеля, глядя на Керанса, как альбатросовая ящерица, и он подсознательно решил, что это вестник Стренгмена.
Керанс взглянул вверх на Стренгмена, который стоял на носу своего самолета и с нетерпением глядел, как крокодил своими мощными ударами чуть не сбросил огромного негра в воду. Симпатии Стренгмена были полностью на стороне крокодила, но не просто из спортивного интереса, но также из садистского желания увидеть одного из своих помощников разорванным на части и убитым.
В конце концов среди грома ругани и проклятий Великому Цезарю протянули ружье, тот выпрямился и разрядил оба ствола в беспомощного крокодила у своих ног. С криком боли тот отплыл в сторону, взбивая хвостом воду.
Керанс и Беатрис глядели в сторону, ожидая, пока закончится схватка, а Стренгмен выбирал более удобное место для наблюдения.
— Когда они попадают в ловушку или погибают, они бьют воду хвостом, давая тревожный сигнал остальным. — Он протянул указательный палец к Беатрис, как бы призывая ее посмотреть спектакль. — Не смотрите так разочарованно. Керанс! Проявите побольше симпатии к бедному зверю. Они существовали уже много миллионов лет назад, это старейшие обитатели нашей планеты.
Когда с животным было покончено, Стренгмен продолжал стоять у перил, балансируя на кончиках пальцев, как бы надеясь, что крокодил оживет и вернется, чтобы продолжить схватку. Лишь когда отрубленная голова аллигатора повисла на багре, он с раздраженным видом вернулся к подготовке погружения.
Под наблюдением Адмирала два члена экипажа произвели разведывательное погружение в аквалангах. Они спустили в воду узкую металлическую лестницу и скользнули вниз, под нависающий купол. Они осмотрели вентиляционное окно, затем испытали прочность полукруглых ребер зданий, пытаясь через щели купола проникнуть вниз. После их возвращения опустился третий моряк, в водолазном костюме и с веревкой. Он медленно опустился на чуть различимую в облаке ила мостовую улицы, свет прожектора, установленного на шлеме, слабо освещал его плечи. Когда в воду опустили большую часть веревки, он приблизился в главному входу и исчез из видимости, связываясь с Адмиралом по телефону. Адмирал вслух повторял для всех его комментарии неожиданно глубоким мелодичным баритоном:
— В кассе… теперь в главном помещении… капитан Стренгмен, Джомо говорит, что это церковь, сидения на месте, но алтаря нет.
Все собрались у перил, с нетерпением ожидая сообщений Джомо, лишь один Стренгмен сидел развались в кресле, положив голову на руку.
— Церковь! — презрительно фыркнул он. — Боже! Пошли кого-нибудь другого вниз. Джомо кровавый дурак!
— Есть, капитан!
Еще несколько водолазов погрузились в воду, и стюард разнес первый бокал шампанского. Собираясь погружаться, Керанс лишь слегка пригубил пенящуюся жидкость.
Беатрис, с обеспокоенным лицом, тронула его за локоть.
— Вы хотите опуститься, Роберт?
Керанс улыбнулся.
— К самому основанию, Беа. Не волнуйтесь, я возьму большой водолазный костюм, это совершенно безопасно.
— Я думала не об этом. — Она посмотрела на эллипс восходящего солнца, уже видный над крышей ближайшего здания. Оливково-зеленый свет, пробивавшийся сквозь листья папоротников, заполнил озеро желтыми болотными испарениями, поднимавшимися с поверхности как пар из цистерн. Совсем недавно вода казалась холодной и манящей, теперь она превратилась в чуждый мир, а поверхность стала пленкой, разделяющей два измерения. Клетку для водолазов опустили в воду, ее красные ребра сверкали и постепенно, по мере погружения, искажались. Даже фигуры людей, плывших по поверхности воды, превратились в сверкающие химеры, похожие на чудовищ доисторического прошлого.
Далеко внизу под ними в желтом свете вздымался огромный купол планетария. Он напомнил Керансу космический корабль, забытый на Земле пришельцами миллионы лет назад и только теперь появившийся из моря. Керанс сказал Бодкину:
— Алан, Стренгмен ищет спрятанные вами сокровища.
Бодкин слегка улыбнулся.
— Надеюсь, он найдет их. Награда подсознательно ждет его, если он сумеет ее взять.
Стренгмен стоял на носу своего самолета и расспрашивал одного из водолазов, которому в это время помогали снять снаряжение. Вода, сбегавшая с медных боков костюма, образовала лужу на палубе. Задавая очередной вопрос, Стренгмен заметил, что Керанс и Бодкин о чем-то шепчутся. Сдвинув брови, он подозрительно посмотрел на них, потом скользнул на палубу с видом охранника, обнаружившего опасный заговор трех пленников.
Приветствуя его поднятым бокалом шампанского, Керанс шутливо сказал:
— Я всего лишь спросил доктора Бодкина, где он спрятал свои сокровища.
Стренгмен помолчал, холодно глядя вначале на него, затем на неуверенно засмеявшуюся Беатрис. Он положил руки на спинку кресла Керанса, лицо его напоминало белый кремень.
— Не беспокойтесь, Керанс, — фыркнул он, — я знаю, где они, и не нуждаюсь в вашей помощи. — Он повернулся к Бодкину: — Не правда ли, доктор?
Прикрывая уши от резкого голоса Стренгмена, Бодкин ответил:
— Вероятно, знаете, Стренгмен. — Он переставил кресло в отодвинувшуюся тень. — Когда начнется прием?
— Прием? — Стренгмен раздраженно оглянулся, очевидно, забыв, что сам же использовал это слово. — Здесь не купальный бассейн, доктор, однако подождите минутку, я не хочу быть невежливым, я не забыл о прекрасной мисс Дал. — Он наклонился над ней с елейной улыбкой. — Идемте, моя дорогая, я сделаю вас королевой моря, со свитой из пятидесяти крокодилов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
