воскрешения есть свои последствия.
– Какие?
– Я старею, – кисло улыбается она, протягивая мне ещё один кусочек пирога.
– Как это? – удивляюсь я, проглатывая протянутую еду уже без возражений, вкус и в самом деле потрясающий.
– Обычно мы живём дольше и стареем медленнее. Но воскрешение – это как второй шанс, а он уже не столь приятен, как первый. Я всё ещё Мара, вижу нити, но продолжительность моей жизни теперь как у обычного человека. Поэтому за нечистью я хожу с Тенями Морока, он всегда оставляет во дворце как минимум двадцать человек, чтобы они меня сопровождали. Буду ли я стареть так же быстро, как все люди, Александр не знает, но то, что не проживу так же долго, как могла бы, – в этом он уверен. Однако я не расстраиваюсь, – жизнерадостно улыбается Анна, облизывая вилку. – Это лучше, чем ничего, и умру я вместе с человеком, которого люблю. Ведь Северин обычный смертный.
Не сдержавшись, я перегибаюсь через стол и глажу сестру по шелковистым волосам, как делала раньше, демонстрируя одобрение её хорошего поведения.
– Ты у меня совсем взрослая.
Она смеётся и с напускным возмущением сбрасывает мою руку.
– Я теперь старшая, не забывай, сестрёнка! С этого дня я буду следить, чтобы всякие принцы не крали твоё сердце.
– Только сердце? Что они меня кинжалом ранят, ты не боишься?
Анна фыркает, взмахивая столовым прибором.
– Если ты в одной сорочке сломала кровать, напугала Северина и разбила лоб Александру, то у остальных нет ни единого шанса.
Я счастливо смеюсь в ответ, чувствуя, насколько ближе мне такая Анна.
Мы проводим остаток дня вместе. Сестра показывает мне дворец, пока я слушаю её истории о жизни в Ашоре, о том, как складываются её отношения с Северином и скольких упырей ей удалось убить. Она рассказывает, что именно благодаря Александру, ей и Теням Морока в Серате почти не осталось нечисти, поэтому даже пограничный лес с северной стороны настолько спокойный. Я сразу ей верю, вспоминая, что не увидела и не почувствовала ни одной твари, после того как мы с Аароном пересекли границу.
– Я слышала, что в последние месяцы Серат нападал на отряды Аракена. Король Дмитрий постоянно жаловался, что враг вдруг начал пересекать границу. Что произошло? – Я вспоминаю, как король Аракена рассказывал мне новости на празднике.
– Это был не Серат, – со смущением поправляет сестра, виновато закусывая губу, – это была я.
– Ты? Одна?!
– Точнее, я и Тени Морока. – Хитро улыбаясь, Анна сворачивает в сторону моей комнаты. – И мы выходили несколько раз на их территорию. Вообще, Теням это запрещено, но в том, чтобы быть королевой, есть плюсы, хотя Марк точно с этим не согласится.
Я копирую её улыбку, соглашаясь.
– В первый раз мы разбирались с упырями в пограничном лесу и встретили одного из наших разведчиков, – продолжает Анна, когда мы заходим ко мне и удобно устраиваемся в мягких креслах. – Он рассказал, что ты и Морок на границе, собираете какие-то травы. Хоть все и отговаривали, но мне так хотелось убедиться, что ты жива. Поэтому я поскакала через границу, а Теням пришлось последовать за мной. Однако мы опоздали, вы к тому моменту ушли. А потом нас заметил отряд аракенцев, и пришлось убираться.
– Наверное, и к лучшему это. Марк наверняка был зол.
– Точно! Он остаётся за главного, если Александра с нами нет. В другой же раз мы случайно пересекли границу, пытаясь разобраться с оборотнем. Я глазам своим не поверила, когда увидела его, Агата! Но хуже то, что он был мёртвым, как самый настоящий упырь, только огромный, как медведь, и покрытый шерстью, но морда волчья. – Сестра активно машет руками, её глаза горят при рассказе об этом, а я внимательно слушаю, потому что подобные твари были настоящей редкостью при нашей жизни.
– Вы его убили? – нетерпеливо спрашиваю я.
– Да! Но этот мертвец успел загубить двух лошадей и ранить пятерых Теней. Ты знаешь, что таких тварей отпускать нельзя, поэтому мы пересекли границу, чтобы с ним разобраться, а там наткнулись на отряд аракенцев. Кстати, именно оборотень убил половину из них, а остальные подняли на нас оружие, поэтому мы с ними разобрались.
Мы продолжаем болтать так долго после заката, что Анна остаётся на ночь в моей новой комнате. Я не замечаю, как проваливаюсь в сон под её весёлый голос, пока она беззастенчиво рассказывает мне всё, что знает о детстве Северина.
Наутро сестра никуда не исчезает. Анна в очередной раз смеётся, наблюдая, как я испуганно подскакиваю на кровати, когда не нахожу её там, где видела в последний раз. Но с облегчением выдыхаю, заметив её за туалетным столиком, уже собранную и одетую в свежее платье нефритового оттенка.
– Ты больше принципиально не носишь алые цвета?
– Я скрываю, что я Мара. К тому же красные оттенки мне никогда не шли, – улыбается сестра, убирая тёмные волосы в высокую причёску.
Она такая красивая. Ей не хватает разве что короны – и передо мной будет настоящая королева.
Сестра знает меня лучше других, поэтому служанок она предупреждает заранее. Те будут приходить ко мне, только чтобы наполнить ванну, прибраться или если я сама позову. Я, предпочитая всё делать самостоятельно, благодарно киваю.
– Тогда собирайся и, как будешь готова, приходи в столовую. Или если не хочешь, то можешь погулять. – Анна мнётся у выхода, то ли не зная, что мне предложить, то ли просто не хочет уходить. – Можешь делать всё что захочешь, это теперь и твой дом.
– Спасибо.
Она ободряюще улыбается и всё-таки уходит. Я какое-то время растерянно оглядываю помещение, будто оказалась здесь в первый раз, будто без сестры здесь стало слишком пусто. Но затем беру себя в руки и направляюсь в соседнюю комнату, где стоит уже наполненная ванна. Я моюсь быстро, радуясь, что мне вместо мыла с лавандой принесли с ароматом розы.
В шкафу я нахожу исключительно платья, но решаю, что теперь нет ничего в этом мире, на что я имею право жаловаться. Сейчас всё слишком хорошо, поэтому я сама выбираю наряд приглушённого красного цвета. Юбка лёгкая и спокойная в противовес плотному и богато украшенному верху с длинными рукавами. Платье настолько красивое, что даже слишком откровенное для меня декольте не смущает. Я расчёсываю волосы и вновь использую макияж. Мои губы всё ещё слишком бледные для полноценно живого человека. Впервые за эти месяцы я получаю удовольствие даже от того, что раньше не любила.
Покинув комнату, я иду по коридорам, встречая редких слуг и стражу, но никто
