Льюис отправился к Елизавете именно тогда, когда она особенно нуждалась в дружеской поддержке: на тот день была назначена коронация ее сына, но вряд ли кто-то предупредил ее, что короновать принца Эдуарда никто не собирается. По словам доктора, когда он шел по улицам города, все двери были заперты, а окна закрыты ставнями, никаких скоплений людей на перекрестках не было, да и сами улицы были почти пустынны. На всякий случай он надел маску, призванную защищать от чумы и прочей заразы; эта маска, довольно высокая, со страшным вытянутым «клювом», набитым целебными травами и смазанным душистыми маслами, превращала человека в некое неземное существо с жутким профилем, в призрак, словно прилетевший из ада. Ко мне Льюис тоже явился в этой маске, но сразу же снял ее, едва войдя в комнату и закрыв за собой дверь. Затем, низко поклонившись, он без всякой преамбулы произнес:
— Королева страшно нуждается в помощи. Она в отчаянии; более того, по-моему, даже наполовину обезумела от отчаяния. — Он немного помолчал и прибавил: — А еще я видел юную принцессу Йоркскую…
— И что?
— Она была невероятно взволнована. Она пророчествовала… — Льюис слегка передернул плечами, будто от озноба. — Пожалуй, она напугала меня, а ведь я врач с огромным жизненным опытом.
Я не обратила внимания на его хвастовство.
— И чем же она вас так напугала?
— Она возникла откуда-то из тьмы и двинулась прямо на меня; ее платье промокло насквозь и тянулось за ней, точно рыбий хвост. Казалось, она и сама превращается в рыбу… А потом она заявила, что река уже поведала ей все те новости, которые я принес ее матери: что герцог Ричард объявил единственным законным наследником трона себя, а юных принцев назвал бастардами.
— Так она уже все знала? То есть у нее есть свои шпионы? Я и не подозревала, что она так хорошо осведомлена…
— Я не о королеве, — прервал меня доктор Льюис. — Королева как раз ничего не знала. Я имею в виду молодую девушку, ее дочь. Это она якобы все выяснила благодаря реке. Также река сказала ей об очередной смерти, постигшей их семью. Королева сразу догадалась, что речь идет о ее брате Энтони и ее сыне от первого брака Джоне Грее. Потом они обе распахнули окна, высунулись наружу и, повиснув над водой, стали слушать реку. Да, именно так они выразились. Более всего в эти минуты они напоминали двух водяных ведьм. Любой человек на моем месте испугался бы!
— Значит, принцесса утверждает, что Энтони Риверс мертв?
— Кажется, они обе ничуть в этом не сомневаются.
Я перекрестилась. Елизавету Вудвилл и раньше обвиняли в том, что она связана с темными силами, но позволять собственной дочери пророчествовать вот так, находясь в святом убежище… Нет, это, безусловно, происки дьявола!
— У королевы наверняка имеется своя сеть шпионов, поставляющих ей сведения, — задумчиво вымолвила я. — И вообще, она, видимо, гораздо лучше подготовлена к жестоким поворотам судьбы и гораздо лучше вооружена, чем мы себе представляли. Но как все-таки ей удалось получить известия из Уэльса раньше, чем мне?
— Она еще кое-что сказала.
— Королева?
— Нет, принцесса. Сказала, что проклята, поскольку ей предстоит стать следующей королевой Англии и взойти на трон, который должен принадлежать ее брату.
В полном изумлении я уставилась на доктора Льюиса и некоторое время ошеломленно молчала. Потом нерешительно спросила:
— Вы ничего не путаете? Она именно так и сказала?
— Да, и она была поистине ужасна! Она обвинила мать в том, что та имеет невероятные амбиции, которые навлекли проклятье на всю их семью, и вот теперь ей, Елизавете Йоркской, придется отнять трон у собственного брата… потом она жестоко прибавила, что уж этим-то мать должна быть довольна, хотя ее братья и лишаются в таком случае законного наследства.
— Что же она имела в виду, как по-вашему?
— Она ничего не пояснила, — пожал плечами доктор. — Ох, миледи, принцесса выросла очень красивой девушкой, но в эти минуты выглядела просто пугающе. И я полностью ей верил! Да, вынужден в этом признаться. Она вещала совершенно убежденно, точно настоящая Кассандра. И у меня нет сомнений: так или иначе, но она действительно будет королевой Англии.
Я легко вздохнула. Это настолько совпадало с моими собственными тайными планами и молитвами, что не могло не быть словом Божьим, хоть Он и вложил его в уста истинного сосуда греха. Она действительно станет королевой Англии, если моему Генри и впрямь предстоит сесть на трон, а ей — выйти за него замуж. Такова ее единственная возможность занять престол, другой и быть не может.
— Но и это еще не все, — осторожно сообщил Льюис. — Когда я спросил королеву, не попытается ли она как-нибудь вызволить из Тауэра принцев Эдуарда и Ричарда, она вдруг обронила как бы невзначай: «Это не Ричард».
— Как-как она сказала?
— Она сказала: «Это не Ричард».
— Но какой в этом смысл?
— В этот момент появилась принцесса в насквозь промокшем платье и заявила, что ей обо всем известно: и о том, что Совет поддержал герцога Ричарда, и о том, что их семья лишилась наследства… Ну а потом она предрекла, что ей суждено стать королевой Англии.
— Но вы успели уточнить у королевы, что значит: «Это не Ричард»?
Доктор сокрушенно помотал головой. Я пришла в бешенство: у этого человека «с огромным жизненным опытом» не хватило ума выяснить самое главное!
— Неужели вы даже не догадались, что это-то и есть важнее всего? — рявкнула я, теряя терпение.
— Мне очень жаль… но появление принцессы было столь… Господи, да она казалась совершенно неземным существом!.. А потом ее мать заметила, что сейчас «страна находится под воздействием сухого заклятия», но вскоре они опять вызовут наводнение. Нет, они обе были просто ужасны! Вам же известно, они всегда считали прародительницей своего семейства водную богиню. Ах, миледи, если бы вы видели их, вам бы тоже показалось, что эта водная богиня сама сейчас восстанет из темных вод Темзы!
— Да-да, — отозвалась я, не испытывая к доктору ни малейшего сочувствия, — догадываюсь, что они действительно выглядели пугающе. Но может, королева еще что-то говорила? Допустим, о тех своих братьях, которым удалось покинуть Англию? О том, где они сейчас и чем занимаются? Эти двое в силах поднять полкоролевства.
Льюис покачал головой.
— Нет, она не упоминала о них. Но дала понять, что прекрасно меня расслышала, когда я тихонько намекнул, что вы, миледи, могли бы помочь принцам сбежать. Уверен, она и сама затевает что-то подобное. Она явно планировала вытащить своих детей из Тауэра, но теперь поняла, что Ричард всерьез намерен захватить трон, и, по-моему, королева в отчаянии.
