до "Синего пескаря"... продремал! Хелен трогать его не стала, как и расспрашивать о вчерашней попытке отравления. Во-первых, здесь расследования, как и любые дела, не быстро эйрами делаются. Во-вторых, скорее всего, ей всё равно не расскажут.
Жених проснулся сам неподалеку от конечной точки их пути. И, выпрямившись на сидении, сразу же о делах заговорил:
– Кешреонская княжна приедет ближе к обеду. Примерно в то же время подъедет Беллатрикс с сыновьями. Проведешь краткую экскурсию для них по ярмарке, затем еще можно пройти по вашему деловому центру и обед в новом ресторане Ларков, они предупреждены. Ясно?
И голос у него до того противно бодрый был, будто мужчина не проспал всю дорогу.
– Э-эм, – опешила Хелен.
Лернавай ничего не попутал? Она не его подчиненный.
– Я буду очень признателен, если ты обойдешься без самостоятельности, которая может помешать работе охраны, как нашей, так и кешреонской, – продолжал вещать жених, внимательно на нее глядя в неярком свете магической лампы кареты. – Сложности с Кешреоном нам не нужны. Поэтому если у тебя есть какие-то идеи, то выскажи их сейчас. Чтобы мы их заранее согласовали.
– Кхм, – всё никак не могла прийти в себя девушка. – Княжна интересовалась шитерами-компаньонками, и Норби согласились допустить ее к своим даринам в школе...
– Да, знаю, – кивнул Раймонд. – Это мы тоже уже согласовали, перед обедом сходите. Что-то еще?
– М-м, нет, – неуверенно произнесла Хелен. – О, нет! Ателье мое еще нужно посетить.
– Ладно. Чем сама думала заняться сейчас?
– Хм, да так, разным... – Но на нее продолжали давить взглядом. – Проверю наши палатки от магазина, куда поступили товары от голинов, сама еще не видела, что там привезли, отчеты полистаю. От "Тупичка Гоблина" впервые будет палатка, Йир предложил кое-какие идеи, надо с ним поговорить. К Болту нужно зайти, с Граддолин увидеться, но первым делом, конечно, к Шелли зайду...
Хелен стала дотошно перечислять, надеясь, что дознаватель быстро потеряет интерес к ее торговым вопросам. Но он внимательно слушал и даже кивал в такт.
– Так что не буду вас задерживать, Раймонд, мы с Агуэлой сами...
Зря она так сказала! Возможно, раньше он и не собирался ходить с ней по пятам, то сейчас словно в охотничью стойку встал, если судить по его мигом потяжелевшему взгляду.
И ведь действительно, когда они прибыли к краю ярмарки, увязался за ней, будто у него здесь своих дел нет! Или хотел вычислить, с кем у нее "делишки", подловить на чем-то? Ну что ж, пусть пытается.
Несмотря на раннее утро на перегороженной столичной улице, занявшей в итоге целый квартал, ярмарка уже работала. Открытые лотки с товаром и палатки из плотной ткани, куда можно было даже толпой зайти. Небольшие тележки с горячей выпечкой или пахучие колбаски на гриле и целые тушки животных, запекаемые на вертелах и распространяющие очень аппетитные запахи. Дверги, шитеры, люди и даже голины, купцы и зеваки, дотошно перебирающие товары на прилавках, зазывалы и позевывающие прохожие – здесь жизнь уже бурлила вовсю. И Хелен с радостью влилась в эту круговерть, стараясь не замечать темную фигуру за плечом.
Встретилась с нервничающей Шелли, рядом с которой крутился Кога, поддержала подругу. Успокоила тем, что самые "страшные" на сегодня гости – герцогиня с княжной – вовсе не страшные, а "вполне нормальные". За ее спиной хмыкнул дознаватель от такой характеристики именитым особам.
Заскочила к Тайлиме буквально на минутку, убедиться, что ее зашифрованное послание вчера швея правильно поняла и приготовила в том числе белье для частного показа. Но дознавателю не понравилось, что они с двергиней слишком "подозрительно" шушукаются, подошел, бесцеремонно потянулся к подготовленным коробкам, что стояли на столе перед девушками.
– Эйр Лернавай! – возмутилась Хелен, ухватив мужчину за рукав.
Но куда там! Стряхнув ее руку, мужчина уже сунулся под глухую картонную крышку. Замер недоуменно, будто всерьез ожидал там секретную переписку увидеть, а не тряпочки. Затем подцепив пальцем за тонкую бретельку содержимое, поднял до уровня своих глаз. И еще больше удивился, что вещичка оказалась короткой. Очень короткой, да еще полупрозрачной от обилия кружева.
– Эйр Лернавай! – неодобрительно повторила Хелен, непроизвольно краснея и отводя взгляд, когда темно-серые глаза напротив вопросительно уставились на нее.
– Помнете же, эйр, – без тени смущения подключилась коренастая Тайлима, полудвергиня. Хотя порой по вредности характера могла чистокровных двергов переплюнуть. – Это чигиданский шелк и дарнаское кружево, знаете, сколько стоит? Или хотя б после гостьи нашей руками бы лезли. А ежели замараете?
– А такое же, только из материала попроще есть? – сразу поинтересовался маг-охранник, что за ними с самого утра ходил. – Я б купил. Прям сегодня бы купил!
И что он там разглядел от двери? Йеанетт рядом с ним хмыкнул, но тоже не отводил взгляда от того, что держал дознаватель над столом.
– Кхм, – до Лернавая дошло, что он до сих пор держит нечто непонятное, но очень ажурное и такое... интимно женское на виду, опустил руку. Кружевной топ шелковой струйкой цвета «бледного нежного персика» скользнул вниз. – Это тоже ваше... изобретение, эйра Бальмануг? Или на этот раз мода из Большого леса? Которую именно вы нам занесли?
– Почему сразу я? – огрызнулась смущенная Хелен, у которой до сих пор припекали щеки. Но судя по ироничному темно-серому взгляду мужчины увильнуть не получится. – Но если даже и так, вы ведь не ревнуете, эйр... Раймонд?
– А мне стоит ревновать? – Глаза напротив стали еще более темными, а тон холодным.
– Нет!
– Значит, не ревную, – процедил жених, продолжая сверлить взглядом насупившуюся девушку.
– А ежели теперь не продам такое мятое, то кто ж теперь купит-то! – ворчала сбоку Тайлима, с кряхтением подгребая остальные коробки к себе ближе, чтобы и туда не влез дознаватель. – Кто ж такое ручищами то хватает! С этим надо аккуратнее...
– Тогда я куплю, – прервал ее причитания Лернавай, кинув последний взгляд внутрь картонной коробки и отступая к выходу.
– Не ваш размерчик, – едва слышно буркнула себе под нос Хелен, видя, что мужчина уже достаточно отошел.
Только стоящий у двери Бхур непроизвольно выдал ее, мигом подавившись смехом. Но под недоумевающими взглядами других мужчин сразу же смолк, лишь скалился до самых ушей. То есть до скул, поскольку уши у шитеров располагались выше, чем у людей. Лернавай, конечно же, сразу
