class="p1">— Ах, — вздрогнула девушка, ловя эту прекрасную улыбку. — Что же так занимает твои думы?
— Например, — Тейн проникновенно заглянул в ее глаза, — где бы найти очаровательного проводника по верхнему миру?
— Насколько верхнему? — проворковала богиня. — По Монсальваату я вас с удовольствием проведу.
— А выше?
— У меня тут свои заботы, детка, — улыбнулась она. — Да и выше вам зачем? Темный в Монсальваате — уже нонсенс. Ты мировой порядок пошатнуть собрался?
— А я инкогнито, — улыбнулся Тейн, вдавив очки в переносицу и пытаясь скрыть свое разочарование: он так старательно пытался маскировать свою сущность, а богиня раскрыла его, совершенно не заметив его усилий.
Морта посмотрела на него снисходительно-печально, как будто на ребенка, болтающего глупости.
— Да от тебя Навью несет за версту, неужели не знал? Уж мы не настолько беспечны, чтобы не рассмотреть повелителя теней.
Тейн стал серьезен.
— Знаю. Тогда начнем с пира? — вздохнув, добавил он.
— Всему свое время, — усмехнулась богиня, став на носочки и чмокнув Тейна в щеку.
— Тогда почему нас вообще пропустили? — задал вопрос наблюдающий за заигрываниями Морты Кэйн. — Если сразу поняли, кто мы такие.
Морта отошла от Тейна, окидывая обоих оценивающим взглядом.
— Есть в вас что-то… диковинное. — Она повела пальцем от Тейна к Кэйну и наоборот.
Она вновь приблизилась к повелителю теней, проведя рукой по струящейся по плечу прядке темно-фиолетовых волос. Потом заигрывающе посмотрела в глаза.
— Тогда чему же время сейчас? — невинно спросил Тейн, глядя ей в глаза через очки.
Глаза Морты азартно блеснули. Можно сказать, в предвкушении пиршества до пира.
— Что это здесь происходит?
Грозный голос принадлежал женщине, появившейся в конце коридора. Она быстро подошла и остановилась перед ними. Ее светлые волосы были собраны в тугой хвост, лишь на лоб падало несколько закрученных прядей. Бедра плотно облегала строгая юбка, а грудь скрывала светлая блузка с пышным жабо. Если бы добавить очки — ни дать ни взять, строгая учительница из сексуальных фантазий старшеклассников.
— Опоздала, сестрица! — смеясь, воскликнула Морта. — Этот, — она указала пальцем на Кэйна, — любовь нашей Верданди (хотя пока ее нет, можешь развлечься, я ничего не скажу). А повелитель теней — мой! — она обвила Тейна руками.
Женщина со светлыми волосами зло блеснула глазами, бровь над левым глазом нервно задергалась.
— Морта!! — зло воскликнула она. — Ты совсем стыд потеряла?!
Та ей лишь подмигнула.
Тейн стоял с самым невинным видом, лишь слегка улыбаясь уголками губ. «Я здесь совершенно ни при чем», — говорил его вид.
— Добрый день, меня зовут Фира Кэйн, — обратился тот к подошедшей богине.
— Жених пришел, — ткнув в него большим пальцем, рассмеялась Морта.
— Я — Клото, — величественно произнесла та. — И людям в Монсальваате делать нечего.
— Но мы здесь не на увеселительной прогулке, — возразил Фира.
— Вот как? А мне сказал, что туристы! — возмутилась Морта.
— Чего же вам искать в замке Монсальваат? — поинтересовалась Клото, сложив руки на груди.
Фира подошел к ней и, вынув из кармана френча, протянул сложенный надвое листок. «От соннасарветус к соннасарнове». Клото озадаченно уставилась на него.
— Это дала нам ваша сестра.
— Верданди? — удивилась Клото.
— Нет, другая.
— Другая?! — вот теперь мойры действительно были поражены. Морта даже перестала липнуть к Тейну. — Айса?!
— Не знаю, я вообще раньше думал, что вас трое, судя по мифам. С ализариново-красными волосами такая. Мойр вообще сколько?
— Первоначально нас было четверо… — протянула Клото, беря листик из рук Кэйна. — Но Айса покинула нас. И случилось это настолько давно, что в человеческих мифах всегда лишь три мойры.
— Вы слышали о ее предсказании?
— Айса сделала предсказание? — встрепенулись мойры. — У нее всегда были способности к этому.
— Оно не предвещает ничего хорошего.
— Что ж, впереди пир! Только пир! — запела Морта. — Надо собрать всех, там нам и расскажете!
— Об этом обязательно должен услышать Пифо, — задумчиво произнесла Клото. — Странно, что наш оракул пребывает в молчании. Поговорите с ним, пока будут накрывать на стол.
Ее тон не подразумевал возражений, и Тейну с Кэйном пришлось проследовать за ней в апартаменты местного оракула. К разочарованию Фиры, когда они проходили по замку, им не встретилась ни одна живая душа. Создавалось впечатление, что Монсальваат в основном пустует.
Клото толкнула золотую дверь и повела рукой, приглашая их переступить порог. Сама же сразу закрыла за ними дверь, как только они оказались в помещении. Жест повеял какой-то зловещинкой, будто их привели на пожирание минотавру.
Помещение представляло собой просторную круглую комнату. Окна в ней, высокие и узкие, были распахнуты настежь, закрываемые тонкой золотистой тканью, колышущейся на слабом ветру. В центре — полукруглый диван, золотой столик со стоящим на нем блюдом фруктов, богато расшитые подушки на полу, на шкуре пушистого зверя серого окраса.
На первый взгляд комната казалась пустой. Но стоило двери затвориться за спинами Кэйна и Тейна, как к ним приблизился человек. Откуда он взялся, в какой момент возник и как долго оставался незамеченным не смог бы ответить даже повелитель теней.
Оракул Пифо принял облик молодого человека с радужными волосами, топорщащимися, как хохолок заморской птицы. Он был одет в свободные красные шаровары, из-под которых выглядывали золотые носки тапочек. Сверху — не плотно запахнутый, расшитый золотыми нитями красный халат. По центру груди, на коже, то ли выжжен, то ли впаян золотом странный круглый рисунок, в самом центре которого символично изображен глаз.
— И кто же вы такие, наши новые гости? — насмешливо произнес парень, останавливаясь перед ними. Из его тона не было понятно: оракул действительно интересуется, или вопрос риторический, и, так как он оракул, он все уже знает.
Тейн, который искренне считал, что ему лучше не привлекать к себе излишнего внимания, ибо хватит одного того, что он порождение Нави, чтобы его попросили на выход, скромно пристроился за спиной Фиры.
— Привееет, — протянул Фира.
— Привееет, — внимательно наблюдая за ним, в тон ему отозвался оракул. — Я Пифо, оракул Монсальваата и Слави, — с достоинством добавил он.
— Ну а я… — Кэйн развел руками. — Доктор нейробиологии… Мастер игры на нервах и прекрасный… стихотворец.
— Неужели? — улыбнулся Пифо, жестом приглашая их присесть на диван. — Может, продемонстрируешь?
— Вы про стихи? — содрогнулся Фира, вместе с Тейном проходя к диванчику. — Пожалуй, не стоит. Я уж лучше на нервах…
Пифо рассмеялся, усаживаясь рядом с ним на диване. Его взгляд недвусмысленно выражал: «Я все знаю». Это немного смущало, было крайне интересно узнать, что именно он знает, потому что под этим взглядом Кэйн уже готов был начать рассказывать, как играл со спичками в детстве.
— Айса сделала пророчество, — вместо этого произнес Фира.
Он достал из кармана листок и
