Здесь следует отдать должное Брендону. Он проявил себя искусным дипломатом и добился заключения мира на условиях, выгодных для Света, но и не унизительных для Израиля. Как раз в это самое время в Солнечном Граде праздновали бескровную победу в так и не начавшейся войне, а Иерусалим приветствовал своего нового царя Арама вместе с царицей Каролиной. И драконы были довольны, и блеск звезды Давида не померк.
А Джону судили. Он был приговорен к смертной казни, однако, учитывая его добровольную явку с повинной, эта мера наказания была тут же заменена на пожизненное изгнание без права пересмотра дела. Разгневанная толпа собиралась учинить над ним расправу прямо в зале суда, но Джона разнес вдребезги чары, блокирующие доступ к Тоннелю, и исчез без следа. С тех самых пор о нем ничего не было слышно. Больше всего меня волновало, чтo произойдет, когда он в полной мере п р о ч у в с т в у е т последствия своего контакта с Пенелопой. Картины, представавшие в моем воображении, были настолько пугающими, что я гнал прочь мысли об этом, хотя прекрасно понимал, что еще никому не удавалось решить проблему, попросту игнорируя ее…
С большой неохотой я встал с постели и принялся одеваться.
— Дэйра назначила мне встречу, — объяснил я Дане. — Хочет сообщить о своем новом открытии. Пойдешь со мной?
— Нет, лучше я немного посплю. К тому же… — Дана зевнула, как котенок, и перевернулась на бок. — Эта маленькая шовинистка не приглашала меня.
Направляясь к нише, я думал о том, что Дэйре стоило родиться мальчиком. Женщин она делила на две неравные группы: к первой относила себя и Бренду, а ко второй — всех остальных, которые, по ее мнению, способны лишь рожать и воспитывать детей и которым противопоказаны чрезмерные умственные усилия. Я искренне надеялся, что это у нее возрастное…
…Ну вот, я уже в Безвременье. Дэйра ждала меня — и не просто ждала, как некогда Бронвен на вершине холма, а уверенно шла ко мне, точно зная, когда и где я появлюсь. Вслед за ней шли Колин и Бренда. Команда исследователей глубин Источника была в полном сборе.
Глядя на дочь, я гадал, сколько же времени прошло с момента нашей последней встречи. Для нее, разумеется, — так как расстались мы лишь вчера вечером. Когда мы жили н а с а м о м в е р х у, я не разрешал Дэйре путешествовать по мирам, и она слушалась меня, поскольку знала, зачем мы забрались т а к в ы с о к о. Зато теперь, в области Основного Потока, она наверстывала упущенное, причем весьма интенсивно, и взрослела не по дням, а по часам. Сейчас ей было никак не меньше четырнадцати лет.
Подойдя ко мне вплотную, Дэйра встала на цыпочки и поцеловала меня в губы. С некоторых пор она не признавала с о п л и в ы х, по ее выражению, поцелуев в щечку.
— Здравствуй, папа. Я давно не видела тебя.
— Здравствуй, солнышко, — сказал я, кивком поприветствовав Колина и Бренду. — Как делишки?
— Продвигаются. Совсем недавно я едва не рассталась с девственностью, но потом передумала и решила немного обождать.
— Правильно сделала. Ты еще молоденькая и тебе некуда спешить. — Я укоризненно покачал головой. — И в кого ты только пошла такая беспутница!
— Наверное, в мою тетю и тезку, — серьезно ответила Дэйра. — Зря вы назвали меня в ее честь. Сами кашу заварили, теперь расхлебывайте. — Она рассмеялась, затем мигом урвала свой смех. — Ладно, перейдем к делу. Давай присядем.
Рядом с нами возник круглый стол, уставленный разнообразнейшими яствами и напитками, а также четыре мягких стула. Мы устроились за столом и некоторое время молчали. Вид у Бренды и Колина был встревоженный, что не предвещало ничего хорошего. Впрочем, это не повлияло на мой аппетит. Я съел несколько бутербродов с моей любимой ветчиной, слопал пару банановидных плодов, запил все апельсиновым соком, после чего наполнил свою чашку горячим кофе и закурил сигарету.
— Рассказывай, Дэйра, — наконец отозвалась Бренда. — Чего мы ждем?
— Так вот, папа, — начала моя дочь. — Я научилась разговаривать с Источником. Непосредственно.
В груди у меня похолодело. Я закашлялся, подавившись сигаретным дымом, и чуть не опрокинул чашку с кофе.
— Ты хочешь сказать, что Источник обладает индивидуальным разумом?
— Не совсем так. Я не общаюсь с ним как с личностью. Но я задаю ему вопросы и получаю на них прямые ответы. Правда, он отвечает только «да» или «нет». Так, я спросила у него, являюсь ли я Хозяйкой Источника, и он ответил, что да…
— Одну минуточку, — вмешалась Бренда. — Маленькое уточнение. Чтобы немного успокоить Артура, я выскажу свое мнение. На самом деле Дэйра не разговаривает с Источником, а получает от него информацию. Не окольными путями, как мы, а н е п о с р е д с т в е н н о. По сути, ее вопросы являются утверждениями, и если они сформулированы корректно, Источник либо принимает их, либо отвергает. В данном случае, Дэйра высказала предположение: "Я — Хозяйка Источника", подразумевая под Хозяйкой адепта, который теснее, чем другие адепты, связан с Источником. И Источник подтвердил это.
— Ну, это не новость, — заметил я.
— Новости еще будут, — сказала Дэйра. — Сюрпризы начались, когда я спросила у Источника, являюсь ли я н а с т о я щ е й Хозяйкой.
— И что он ответил?
— Н и ч е г о.
— Как это?
— Он промолчал, ответа не было. Как потом выяснилось, я не совсем четко представляла, что значит выражение "настоящая Хозяйка", и Источник попросту не понял меня. Тетя Бренда помогла мне определить н а с т о я щ у ю Хозяйку, как адепта, который д о л ж е н б ы т ь теснее, чем другие адепты, связанным с Источником и который с п о с о б е н использовать все предоставленные ему этим исключительным положением возможности. Теперь вопрос был поставлен корректно, и Источник ответил на него. — Дэйра сделала глубокую паузу.
— Так что он ответил? — нетерпеливо спросил я.
— Он ответил — нет! Я н е н а с т о я щ а я Хозяйка Источника.
На это раз я все же исхитрился опрокинуть чашку. К счастью, кофе в ней оставалось на самом дне, и на стол пролилось лишь несколько капель.
— Дэйра, доченька… Бренда, сестричка… Вы ничего не напутали?
— Нет, папа, это так. Место Хозяйки, н а с т о я щ е й Хозяйки, остается вакантным. Я лишь временно замещаю эту должность — как прежде тетя Бронвен.
Я внимательно посмотрел на дочь:
— Похоже, ты не очень огорчена.
— За себя — нет, нисколько, — честно призналась она. — Быть Хозяйкой, хоть и почетно, совсем нелегко. Это огромная ответственность, а я… — Дэйра улыбнулась. — По натуре своей я распутная девчонка. Шалапутка и вертихвостка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
