Через сто ярдов холл расширялся и образовывал комнату, пол становился ровным. В стенах были сделаны ниши, в которых находились какие-то предметы.
Афра подошла к ближайшей нише слева.
— Как вы думаете, здесь можно трогать экспонаты руками? — заколебалась она.
— Глупенькая, разве где-то висят таблички «Руками не трогать»?
— Гарольд, после таких милых мгновений я буду нашептывать гадости о вас на ушко вашей верной жене.
— Ей уже все известно четырнадцать лёт, — Гротон обнял Беатрикс и довольно улыбнулся.
Афра протянула руку и взяла один из «экспонатов». Это была сфера, четыре дюйма в диаметре, прочная и легкая, из какого-то пластика. Сфера была прозрачной, и, когда Афра подняла ее, все увидели, что внутри ничего нет.
— Контейнер? — предположил Гротон.
— Игрушка? — последовала догадка Беатрикс.
Гротон посмотрел на нее:
— И вправду, образовательная игрушка. Модель разрушителя.
— Только не хватает отверстий для причалов, — заметила Афра.
Она поставила сферу на место и перешла к следующей нише. Там был конус высотой шесть дюймов с основанием в четыре дюйма. Он был изготовлен из того же прозрачного материала, что и сфера, и так же пуст.
— Шапка феи, — сострил Иво.
Афра не ответила и двинулась дальше.
Третья фигура представляла из себя цилиндрический сегмент, по размеру сравнимый с конусом и закрытый с торцов плоскими дисками. Он был тверд и легок, серебристая поверхность матово отсвечивала. Афра повертела экспонат в руках.
— Металл, но очень легкий, — заключила она. — Вероятно…
Внезапно она швырнула цилиндр назад в нишу и начала лихорадочно вытирать руки о шорты, словно они горели.
Остальные недоуменно уставились на нее.
— Что случилось? — спросил Гротон.
— Это литий!
Гротон посмотрел сам.
— Похоже, вы правы. Но на нем есть покрытие, похожее на воск. Его можно трогать без опаски.
Интересно, а чем им литий не нравится, подумал Иво, но решил не спрашивать. Может, он обжигал кожу, как кислота, или был ядовит.
Афра смутилась:
— Я, должно быть, более нервная, чем полагала. Я просто не ожидала… — она остановилась и посмотрела в глубь зала. — Мне кое-что в голову пришло. Следующий экспонат — блестящая пирамида?
Гротон повернул голову:
— Похоже. На самом деле, этот тетраэдр смахивает на тот, что мы выстроили в свое время на Тритоне. Ведь у вашей пирамиды пять граней, если считать основание.
— Бериллий.
— Откуда вы знаете?
— Это ряд элементов. Посмотрите на…
— Элементарный ряд. — поправил ее Гротон.
— Нет, ряд элементов. Вы знаете, что такое элемент? Посмотрите на эти объекты. Первый — сфера, у нее только наружная сторона. Второй — конус — две стороны, одна плоская, другая изогнутая. У третьего — цилиндра, три стороны, одна изогнутая, а две плоские. То что вы держите — четыре, и так далее. Первые два «экспоната» не пустые — б них газы! Водород и гелий — два первых элемента периодической таблицы!
— Может быть, — Гротон был впечатлен открытием.
— Так и должно быть, это логика любых технически развитых цивилизаций. Литий — металл в два раза легче воды, третий. Бериллий — четвертый, бор —…
Она замолчала, наклонилась над шестой нишей и замерла.
Все подошли к ней. Там лежал четырехдюймовый кубик — шесть сторон, сделанный из какого-то прозрачного материала.
Гротон поднял его.
— Что там у нас в таблице под номером шесть? Шесть протонов, шесть электронов… это должен быть углерод.
Он тоже замер, уставившись на экспонат.
Иво решил высказать свое мнение:
— Углерод в кристаллической форме — алмаз!
Теперь все восхищенно смотрели на кубик — четырехдюймовый бриллиант, вырезанный, по-видимому, из еще большего кристалла. Один экспонат из многих…
Афра пошла дальше, перечисляя образцы.
— Азот, кислород, фтор…
Гротон встряхнул головой:
— Это же целое состояние! И всего лишь образцы, которым придана условная форма. Они…
Ему не хватало слов, он с благоговейным трепетом поставил алмаз на место.
— Скандий, титан, ванадий, хром, — нараспев произносила Афра, двигаясь дальше. — Здесь все! Абсолютно все!
Беатрикс спросила недоуменно:
— А почему бы им не нарисовать все это на дисплее, если так уж хочется выставить?
Гротон оторвал взгляд от алмаза:
— Не имеет смысла, дорогая. Это просто роскошная выставка для гостей. Наверное, они хотели так показать, что богатство для них ничего не значит.
Беатрикс кивнула, удовлетворившись объяснением.
— Редкоземельные тоже есть! — крикнула Афра. Она была уже на другой стороне комнаты и двигалась обратно.
— Несколько фунтов прометия! А ведь он даже не встречается в природе!
— Неужели она знает наизусть все элементы? — пробормотал Иво.
— Осмий! Этот маленький кубик весит, должно быть, фунтов двадцать. Чистый иридий — он стоит на Земле тысячу долларов за унцию!
— Держитесь подальше от радиоактивных элементов! — предостерег ее Гротон.
— Они в стеклянной посуде. Свинцовое стекло, или что-то в этом роде, надеюсь, не пропускает радиацию. И они тут фунтами!
Уран — нептуний — плутоний.
— Сатурниум, юпитериум, марсуниум, — передразнил ее Иво, продолжая ряд элементов образованием названий из имен планет. Ему показалось, что вокруг этой выставки подняли слишком много шуму. — Венериум, меркуриум…
— Ртуть[38], — поправил его Гротон, услышавший его слова. — Есть такой элемент.
Афра вернулась к ним, вид у нее был подавленный.
— Таблица доходит до сто двадцатого элемента, последние формы довольно сложны…
— Но вы же прекрасно знаете, Афра, — сказал Гротон. — Некоторые из этих элементов имеют период полураспада около часа, а то и меньше, они никак не могут быть представлены на выставке.
— У некоторых период полураспада составляет секунды, но они там есть, можете сами посмотреть.
— Может, просто макеты…
— Спорим?
— Нет, — ответил Гротон и пошел посмотреть сам. — Наверное, какое-то стабилизирующее поле, — недоуменно прокомментировал он. — Если они такое вытворяют с гравитацией…
— Я внезапно ощутила себя такой маленькой, — призналась Афра.
Иво отметил про себя, что все эти фокусы ерунда по сравнению с сжатием планеты и находящихся в ней людей до гравитационного радиуса с сохранением жизнеспособности организмов. Выставка, конечно, впечатляла, но, если разобраться, ничего особенного в ней не было. Очевидно, главное было впереди.
За экспозицией элементов коридор опять шел под уклон. Иво принялся размышлять о проблемах температурной стабильности. Ведь резкие температурные изменения могут повлиять на некоторые экспонаты, так, твердое тело может превратиться в жидкое, а жидкость — в газ. Температура, как многое другое, была приспособлена для человеческих существ. Даже в обстановке были учтены человеческие пропорции, пример тому — ниши, удобные для хранения скафандров.
Если бы эта станция была ближайшей к Земле базой разрушителя, то можно было бы заподозрить во всем этом тщательное разработанное шоу для людей. Но станция находилась на расстоянии сорок тысяч световых лет от Земли, и не могла быть создана для людей — если только люди не живут где-нибудь еще в галактике. Ну, если не люди, то очень похожие на них существа.
Эта мысль тревожила его, этот странный музей наводил и на другие тревожные мысли. Традиционно считалось, что инопланетные существа должны быть похожи на человека, чтобы построить цивилизацию и развить технологии высокого уровня. Для доказательства этого «тезиса» использовалась длинная цепь рассуждений — но ведь мнение человека по этому поводу просто не может быть непредвзятым, Иво решил не принимать его во внимание. И все же, если это так, то означает ли это, что инопланетянам присущи человеческие черты? Жадность, глупость, жестокость?
Это опять смеется Шен?
Коридор вывел их в соседнюю комнату. Она была больше, чем первая, и ниши начинались с уровня пола.
— Машины! — воскликнул Гротон с таким же экстазом, какой посетил Афру при осмотре выставки элементов.
Он подошел к первому экспонату — огромный кусок металла, по форме напоминающий клиновидный ломоть сыра. Когда Гротон приблизился, сверху упал шар и скатился по клину — вот и все.
— Машина? — спросил Иво.
— Да, наклонная плоскость, — элементарная машина.
Ну, если Гротон так считает…
Следующим экспонатом был простой рычаг. Рычаг опирался на подпорку, один из его концов был подведен под большой брус. Как только они подошли, рычаг качнулся и брус сдвинулся.
Гротон удовлетворенно кивнул, и Иво последовал дальше за ним. Женщины двигались впереди, им достаточно было беглого осмотра выставки.
