- Это тогда он был мерзкий, а сейчас божественный. Правда, содержимое от старости немного окаменело, но на вкус это никак не повлияло. Тебе сейчас кофеин не помешает, – Рустам снял со спины рюкзак и вынул из него красочную упаковку с кофе.
- Это верно, не помешает.
Рустам ушел, чтобы согреть чайник. Его голос раздался за стенкой.
- Эй, заряжающий, будь добр, покрути педали активнее, мне надо чайник подогреть командиру.
- Командир, у меня ноги после марш-броска ватные, – ответил недовольным тоном «велосипедист».
- Кофе хочешь?
- Не откажусь.
- Крути педали, я и тебе заварю.
Жужжание генератора ускорилось. Максим потер уши, лицо, покрутил руками, чтобы разогнать кровь. Тьма высасывала из человека все силы за мгновения. Даже после непродолжительного контакта с ней появлялось ощущение, будто вспахал вручную целый огород, а уж после того, что произошло только что, казалось, что разгрузил лопатой железнодорожный вагон угля. Руки тряслись, в голове шумело. Однако на душе было спокойно и даже радостно от того, что не погиб сам и не погиб Рустам. Мысли о его гибели упорно лезли в голову в последние часы до появления злополучной машины.
- Установку демонтируйте! – раздался с улицы бодрый голос. – Леониду покумекать мозгами.
Бодрые парни из отряда Рустама хозяйничали на блокпосту вместо тех, кому положено. Невинные жертвы, послужившие наживкой, лежали без сил нести службу. Даже обжигающе горячий кофе с ностальгически отвратительным вкусом не взбодрил Максима. Он уснул задолго до наступления ночи. Проснулся рано утром от озноба и нестерпимого желания сходить по маленькой нужде. Чувствовал он себя намного лучше.
- Не спать, – разбудил он не своего «заряжающего», уснувшего на сиденье генератора в неестественной позе с широко открытым ртом.
Тот захрюкал пересохшим ртом, прежде чем окончательно придти в себя.
- Черт, не заметил сам…
Генератор зажужжал, набирая заряд в аккумулятор. Максим сходил в туалет и вернулся назад. Очень хотелось поговорить с Рустамом насчет вчерашних событий, но тот спал где-то снаружи. Да и не стоило его будить. Из разговоров бойцов отряда Рустама он понял, что вчера они тоже напряглись будь здоров. Пока «цыгане» гоняли по трассе на машине, они пытались догнать их бегом. Надежды поймать были так себе, но расчет на то, что блокпост покажется им лакомой добычей, оправдался. В засаде отряд провел полдня, и перед самым решением покинуть засаду появилась та самая машина. В ней были двое, хотя Петруха говорил как минимум о четырех цыганах. Из-за установки они бы не поместились в салоне. Вполне возможно, что где-то в окрестностях у них находилась «лежка», которую было бы здорово накрыть.
В тишине отдохнувший мозг Максима работал на полную. Ему было интересно узнать, как этим недалеким товарищам досталось такое устройство. Создатели устройства никогда бы не продали его подобной публике. Это как вооружить обезьян атомным оружием. Скорее всего, излучатель достался этим налетчикам случайно, и теперь он закономерно оказался в тех руках, в которых должен. Следовало иметь в виду, что в округе появилась сила, способная создать такое устройство, и собирающаяся его применять. Это был бы ультимативный козырь, который Миролюбовской общине нечем было бы крыть.
Чудеса: настроенное на войну по любому поводу человечество приручило оружие, чуть не убившее его самого, чтобы снова убивать само себя. Сложная и абсурдная головоломка. Вместо объединения с целью выживания, оно добивало себя. Происходящее после катастрофы убедило Максима в том, насколько разнородными были люди до нее. Общая система ценностей никак не хотела придти в равновесие. С таким разнообразием не стоило даже думать о том, чтобы действовать сообща. Некоторые до сих пор с упорством первобытного человека цепляли на себя побрякушки, которые должны были как ширмой скрыть их духовное уродство и придать воображаемый статус. Максим смотрел на таких людей, как на обезьян, стараясь никогда не иметь с ними дел. Покойные налетчики, лежавшие на обочине, выглядели именно так. Пальцы в огромных перстнях, на шее золотые цепи в палец толщиной. У Максима даже их трупы вызывали стойкое отвращение.
Из блокпоста один за другим повылезали бойцы из его отряда, которых гнала нужда.
- Да уж, денек вчера выдался, – произнес один из бойцов, заправляя майку в брюки. – Я чуть не провалился. Если бы мужики секунду помедлили, где бы мы сейчас были?
- Да, с них теперь причитается, – ответил второй. – Устроили из нас приманку.
- Если бы они не устроили, то мы бы с тобой сейчас тут не разговаривали, а наши на водохранилище понятия бы не имели о том, что появилось новое оружие, – привел свои доводы Максим. – Всё случилось так, как должно было случиться. И мы живы, и приблуду добыли.
- Когда же их закопают? – боец сморщил нос. – Пованивать уже начали.
Изрешеченную пулями машину столкнули с дороги, чтобы она своим видом не пугала случайных проезжающих. С нее слили топливо – жутко вонючий бензин, будто бы смешанный с какими-то растворителями. Проверили его на двигателе своего пикапа – он переварил едкую смесь без признаков неудовольствия. Мотор на машине налетчиков оказался пробит пулями в двух местах. Его следовало вынуть вместе с остальными запчастями и отправить на водохранилище, на рембазу для разборки. Но это было делом отдаленного будущего.
