Защищенные от холодов отрогами гор, лежали внизу селения, среди дубовых и буковых лесов — зеленые лоскуты полей. Крошечными, будто игрушечными, казались домики с высоты, такие же крошечные, почти игрушечные крепости. Над крышами поутру поднимались сиреневые дымки, по дорогам двигались телеги, всадники.
Тишина, мирная жизнь. Хрупкая мирная жизнь. Дохнет Белонна — и ее не станет.
* * *
Несколько дней все двигались вместе во главе с Валенсом — пока вечером на совещании у костра не было решено, что пора отправляться на поиски обходной дороги.
Центурион устроил что-то вроде штаба — на поляне посреди зеленого ковра стояла пастушеская хижина, сложенная из тонких бревнышек и кое-как прикрытая прутьями. Ни овец, ни пастухов видно не было — в этот год отары сюда не пригнали. Здесь разбили лагерь. Поутру Валенс велел разведчикам отправляться по двое в разные стороны — приказано было поглядеть, что и как, — и при этом не попасться аборигенам в лапы. Кука, как всегда, шел с Приском, Крисп с Молчуном, Малыш с Тиресием, Валенс со Скироном остались их ждать на поляне.
* * *
Приск с Кукой спускались по склону, такому крутому, что приходилось постоянно держаться за стволы и ветки. Внезапно, как всегда в горах, пошел дождь, следом налетел ветер, подул с яростью, будто хотел выдуть из каждого римлянина душу. Приск поскользнулся и покатился по склону. Напрасно он хватался руками за что ни попадя — попадались лишь скользкие камни, и вместе с осыпью Приск ехал вниз. Скатываясь, левой рукой он успел вытащить кинжал из ножен, с третьей попытки всадил его в грунт и закрепился. Тут только понял, что висит на скальном обрыве над пропастью, и ноги его болтаются в воздухе. Скосил глаза, глянул — вниз лететь было никак не меньше сотни футов. А внизу сплошь камни. Ноги точно переломает. Может и вообще насмерть разбиться. Он попытался уцепиться правой рукой, но пальцы соскальзывали с мокрых от дождя камней.
— Кука! — свистящим шепотом позвал Гай товарища.
Товарищ уже спешил к нему, но спешил с осторожностью. То и дело останавливаясь и всаживая меж камней бронзовые клинья с петлями, которые заготовил по приказу Декстра. За эти петли удобно будет цепляться, когда разведчики двинутся назад. Вот только надо было, чтобы это «назад» наступило.
Приску казалось, что Кука спускается к нему целую вечность. Он все же сумел ухватиться правой рукой за камень покрепче.
— Не дергайся! — прикрикнул Кука.
Наконец товарищ очутился рядом. Цепляясь одной рукой за ременную петлю, второй ухватил Приска за правую руку. Медленно стал вытягивать. Когда Приск сумел навалиться животом на каменный выступ, ему показалось — слаще этого момента еще не было в жизни. Кука ухватил его за пояс и помог заползти наверх. Передохнув, стали подниматься дальше. Взяли чуть восточнее, но опять нашли лишь крутой спуск и некое подобие козьей тропы. Возможно, здесь часто проходили пастухи и их четвероногие подопечные, но легионы и повозки с баллистами точно не пройдут, если только не разобрать машины на мелкие кусочки и не нагрузить на множество козочек. Отыскалось небольшое углубление, обложенное камнями, в каменную чашу стекал тонкий, стеклянно звенящий ручей. Вода в каменной чаше была чистейшая, медово-сладкая. Друзья напились и наполнили фляги.
— Чуть не разбились, — подвел итог Кука. — А вообще, здешние земли мне нравятся. Дичи полно. Вода обалденная. Вино у даков неплохое. Может, поселимся здесь после войны?
— Сначала надо выиграть войну! — заметил Приск.
* * *
Они вновь стали карабкаться наверх. Подъем давался тяжело, сердце бухало в ушах.
Далеко вдали вставала гигантская горная стена с зубчатыми, похожими на пилу гребнями. Даже сейчас, в разгаре лета, снега еще не сошли с вершин. У подножия пиков синели осколками стекла круглые озера. Обрывистые скалы, темные провалы ущелий, бесчисленные бурные речки, сбегавшие с вершин к Алуте, — дикий, ни с чем не сравнимый пейзаж.
— Слишком высокие горы — как здесь пройти, ума не приложу. Тут надо карабкаться по вертикали. Легионеру в доспехах не пролезть, — сокрушался Кука.
— Значит, придется снять доспехи, — предположил Приск.
Но он и сам понимал — они могут блуждать здесь все лето, но так и не найти дороги для армии или хотя бы сильного отряда.
— Мы что, будем туда забираться? — спросил Кука, кивая на покрытые снегами вершины. — Кто знает, может, столица даков Сармизегетуза стоит именно среди этих пиков?
Приск отрицательно покачал головой:
— Декстр говорил, те горы покрыты лесами, а эти, впереди, лысые. Похоже, нам надо дальше пройти на север.
Они остановились передохнуть.
Где-то рядом кукушка куковала, прочила долгую жизнь. Они миновали склон, стали вновь подниматься, тут же другая птица сменила первую, принялась куковать.
На дорогу выскочил огромный заяц, заметался в ужасе и вновь кинулся в заросли можжевельника.
— Зайчатинка на вертеле… ммм… замечательно, — причмокнул Кука.
Но подстрелить зайца им было в данный момент нечем.
Кука предложил разделиться. Наверное, его обманула эта пустынность — в прежние дни они так и не встретили ни одного дака. К тому же надоело рыскать, потому что ни одна дорога не подходила. Кука пошел по одной тропинке, Приск по другой.
Поначалу Приск шел по выпавшей ему тропинке медленно, прикидывая, можно ли прорубить здесь дорогу, решил, что пологий подъем должен вывести его непременно к удобному перевалу, и посему решил подняться наверх и оглядеться как следует.
Тогда-то он и заметил дака. В длинной рубахе, перепоясанный кожаным ремнем, в грязных, измазанных в земле шароварах, варвар тоже что-то высматривал. У дака на поясе висели с одной стороны кинжал, с другой — фалькс. Парень был отнюдь не пастух. Неужели кто-то все же заметил отряд Валенса?
Приск рухнул возле ближайшей ели и перестал дышать. Дак поднимался по тропинке неспешно, внимательно рассматривая почву.
«Смотрит, не прошел ли здесь кто», — догадался Приск.
Когда варвар уже почти скрылся из виду, легионер поднялся и стал карабкаться по тропинке следом. Возможно, варвар выведет его на дорогу, которую они ищут.
* * *
Звериная тропа, по которой шел дак, за большим камнем раздваивалась, и варвар на мгновение остановился перед развилкой. Он решил двинуться влево, но прошел не далеко, натолкнувшись на семейство диких кабанов, что радостно рылись в прошлогодней листве. Здесь на склоне лес был смешанный, и дикие свиньи разыскивали желуди. Раз кабанчики так беззаботно роют листья, значит, тут никто не проходил. Дак еще раз внимательно осмотрел ущелье с высоты. Нет, судя по всему, римские собаки еще не успели сюда добраться. Однако накануне у старой пастушеской хижины пастухи заметили небольшой, довольно странный отряд. Похоже, римляне решили заслать лазутчиков, завернулись в шкуры, вообразили, дакам не отличить римскую собаку от настоящего «волка»!
