Читаем без скачивания Современный Американский детектив - Рекс Стаут

Дежурный, которому никогда не приходилось иметь дело с убийством, ответил, что ясно. Едва положив трубку, Гиллспи распрямился во все свои шесть футов четыре дюйма и принялся натягивать одежду, торопливо обдумывая, что ему делать, когда он прибудет на место происшествия. Прошло всего девять недель, как он стал начальником полиции и жителем Уэллса, и вот ему представился случай показать себя. Нагнувшись и возясь со шнурками, он подумал, что сделает все, как надо, но лучше бы ничего этого не случалось.

Хотя Биллу Гиллспи исполнилось всего тридцать два года, он обладал непоколебимой уверенностью в том, что способен справиться с любым брошенным ему вызовом. Рост позволял Биллу буквально смотреть сверху вниз почти на каждого встречного. А напористость, отпугнувшая девушку, на которой он собирался жениться, сметала большинство обычных препятствий, словно их никогда и не возникало. Раз ему в руки попало дело об убийстве, Гиллспи доведет его до конца, и никто не посмеет усомниться в этом.

Тут Гиллспи вспомнил, что ему не сообщили, где именно произошло убийство. Он сердито сорвал трубку и второпях ошибся номером. Раньше чем кто-нибудь подошел к телефону, он бросил трубку на рычаг и, заставляя себя быть спокойным, вновь набрал номер.

Ждавший его звонка дежурный отозвался немедленно.

— Где все это? — требовательно спросил Гиллспи.

— На шоссе, шеф, чуть-чуть за Пайни. "Скорая" уже на месте, и врач подтвердил факт смерти. Личность пока что окончательно не установлена.

— Понятно, — коротко сказал шеф и бросил трубку. Перезванивать и выяснять, куда ехать, Гиллспи было не по душе. Должны сразу сообщать, где что случилось.

Машина Гиллспи была оборудована сиреной, красной полицейской мигалкой и радиоустановкой. Он прыгнул в нее, резко нажал на стартер, рывком отъехал от тротуара и включил полный газ, не обращая внимания на то, что мотор еще не прогрелся. Не прошло и пяти минут, как он увидел стоящий полицейский автомобиль, "скорую помощь" и небольшую группу людей посреди шоссе. Стремительно подкатив, Гиллспи нажал на тормоз и выскочил из машины, прежде чем она успела полностью остановиться.

Пока ни к кому не обращаясь, размашистыми шагами он подошел к распростертому телу, опустился на корточки и стал быстро обыскивать пострадавшего.

— А бумажника нет? — спросил он. Для ответа вперед выступил Сэм Вуд.

— Нет. По крайней мере, на теле я его не обнаружил.

— Личность установлена? — выпалил Гиллспи.

Ответил молодой врач "скорой помощи":

— Это Энрико Мантоли, дирижер. Он был главной пружиной в музыкальном фестивале, который тут намечался.

— Знаю, — отрывисто произнес Гиллспи и вновь переключил внимание на тело. Он испытывал сильное желание приказать лежащему человеку сесть, стереть грязь с лица и сообщить ему, что случилось и кто во всем виноват. Но это был единственный из присутствующих, который ему не подчинялся. Ну что же, тогда придется идти другим путем. Гиллспи поднял глаза.

— Сэм, возьми свою машину, поезжай на вокзал, а потом проверь северный выезд из города — может, какой-нибудь сумасшедший попробует выбраться на попутных с той стороны. Подожди-ка минутку. — Он быстро повернул голову к врачу:

— Давно он мертв?

— Меньше часа, я бы даже сказал, меньше сорока пяти минут. Кто бы это ни сделал, ему не удалось уйти слишком далеко.

Нескрываемое раздражение появилось на лице Гиллспи.

— Все, о чем я вас спрашиваю, — давно ли этот человек мертв, а дальше я уж как-нибудь обойдусь без ваших советов. Итак, сделать фотографии тела со всех точек, разными планами, чтобы в кадр попадал тротуар и дома на восточной стороне улицы. Дальше: очертить положение тела мелом и выставить указатели для объезда. После этого тело можно убрать. — Он выпрямился и увидел Сэма, безмятежно стоявшего рядом. — Я что тебе приказал?

— Подождать минуту, — спокойно ответил Сэм.

— Ну ладно, можешь отправляться. Действуй.

Сэм быстро зашагал к патрульному автомобилю и отъехал со скоростью, достаточной, чтобы избежать возможных замечаний. По дороге на железнодорожную станцию он позволил себе слегка помечтать, чтобы Гиллспи как-нибудь выставил себя дураком и завалил дело. Но тут же к нему пришло понимание, что подобные мысли вовсе не к лицу блюстителю порядка, присягавшему на служение обществу, и он решил: что бы там ни было, его часть работы будет выполнена четко и быстро.

Приближаясь к безмолвному вокзалу, он сбавил скорость, чтобы не спугнуть убийцу, возможно притаившегося внутри. Сэм подъехал вплотную к деревянной платформе и без колебаний вылез из машины. Маленький вокзал, выстроенный по крайней мере полвека назад, был тускло освещен несколькими запыленными лампами, которые казались такими же древними, как истертые жесткие скамьи и твердые плитки кафельного пола. Стремительно шагнув за порог зала для белых, Сэм почувствовал внезапное желание ослабить ремешок форменной фуражки. Но тут же подавил это чувство и вошел в здание вокзала с ног до головы полицейским — с правой рукой на кобуре пистолета. В зале ожидания было пусто.

Сэм быстро втянул воздух и не ощутил ничего, что позволяло бы предположить, будто здесь кто-то недавно находился. Ни намека на свежий дым сигареты — лишь запах, типичный для таких вокзалов, обычная улика, оставленная тысячами безымянных людей, прошедших сквозь эти двери и уехавших дальше.

Окошечко билетной кассы было закрыто. С внутренней стороны стекла висела квадратная картонка с расписанием ночных поездов, неуклюже выведенным цветным карандашом. Сэм еще раз внимательно осмотрел помещение. Если убийца и здесь, у него, наверное, нет пистолета. Того он убил, ударив по затылку каким-то тупым предметом, а такого оружия Сэм не боялся. Он нагнулся и осмотрел узкий промежуток между скамьями. Кроме грязи и клочков газетной бумаги, там ничего не было.

Сэм пересек зал ожидания и, толкнув дверь на платформу, выглянул направо, потом налево. Платформа тоже была пуста. Твердыми, решительными шагами Сэм миновал запертую камеру хранения — он толкнулся в нее на ходу и убедился в этом — и приостановился перед грязной дверью с белой деревянной табличкой наверху: "Для цветных". Вновь положив правую руку на пистолет, Сэм ворвался в тускло освещенную комнату, и у него перехватило дыхание. Там кто-то был.

Сэм смерил неизвестного быстрым взглядом и сразу понял, что тот нездешний. Он был довольно строен и одет по-городскому, даже в белой рубашке и при галстуке. Сэму показалось, что ему около тридцати, но о возрасте черных никогда нельзя сказать с уверенностью. Вместо того чтобы растянуться на скамье и спать, он сидел прямо, словно чего-то ожидая. Аккуратно сложенный пиджак лежал рядом с ним. Он читал книжку в дешевой бумажной обложке и при появлении Сэма поднял голову; Сэм не увидел на его лице расплюснутого носа и толстых, мясистых губ, типичных для большинства здешних южных работяг. Нос у него был почти как у белого, и линия рта смотрелась прямо и строго. Будь он немного посветлее, Сэм мог бы принять его за белого.

Забыв про свою книжку, незнакомец уронил ее на колени и взглянул в широкое лицо Сэма.

Сэм не дал ему опомниться.

— А ну встать, черномазый! — приказал он и несколькими стремительными шагами пересек разделявшее их пространство.

Негр потянулся к своему пиджаку.

— Не сметь! — Сэм ударил его по руке и рывком развернул противника. В следующее мгновение подбородок негра был прижат к локтю Сэма, и теперь неизвестный был в полной его власти. Свободной рукой Сэм быстро обыскал своего пленника; тот казался слишком напуганным, чтобы сопротивляться. Завершив операцию, Сэм ослабил руку на горле неизвестного.

— Повернись. Подними лапы и обопрись о стену. Руки не опускать и не двигаться без приказаний.

Негр молча повиновался. Сэм поднял со скамьи пиджак и похлопал по внутреннему карману. Там был бумажник, к тому же необычно пухлый на ощупь.

С каким-то странным покалыванием в груди Сэм вынул его и заглянул внутрь. Бумажник был набит деньгами. Сэм провел большим пальцем по краешкам банкнот — в основном, это были десятки и двадцатки. Сэм остановился на длинной узкой бумажке в пятьдесят долларов, он был полностью удовлетворен. Он захлопнул бумажник и опустил его в свой карман. Задержанный не шевелился — ступни ног в стороне от стены, туловище наклонено вперед, весь упор на вытянутые руки. Сэм вновь внимательно оглядел его, теперь уже сзади. Что-то около ста пятидесяти фунтов, может, чуть тяжелее, но ненамного. Пять футов и девять дюймов — достаточно высок, чтобы справиться с тем делом. Брюки еще держали складку, значит, костюм не так давно гладили. Когда Сэм охлопывал негра в поисках оружия, его ладонь ощутила крепкое, налитое тело.

Сэм перекинул пиджак через руку.