тобой? Подмога, на случай порки?
— Друг, — коротко ответил Алонсо.
— Имя-то у друга твоего есть? А то уж больно физиономия характерная, рыжая.
— Аверин Дутвайн-младший, — по форме представился я.
— Феникс, значит… — отец семейства задумчиво затеребил бороду. — Слыхал, у вас там народу не хватает жутко. Хочешь моего мальца к себе в богадельню сманить?
— Есть такие мысли, — не стал я отрицать очевидное. — Мне нужны верные люди, чтобы навести там порядок.
— А получится ли? У тебя даже оружия толкового нет. Для мужчины клинок — первое дело, будь он хоть трижды одарённым.
— Как на счёт этого?
Я шагнул навстречу, сняв с пояса пустую рукоять Паяльника. Густые брови отца тут же взметнулись вверх. Вот что значит опытный оценщик — с первого взгляда всё просёк.
— Не будет ли наглостью попросить вас, юный господин…
О как заговорил! С кривой усмешкой я ненадолго выпустил огненный клинок, стараясь ничего тут не повредить. Повсюду стеллажи да стойки с товаром — только махни, чтобы полжизни ущерб выплачивать. Мужчины ещё несколько секунд заворожено смотрели на гарду с потухшим лезвием, после чего глава семейства снова хлопнул старшего по плечу.
— Так, мы на сегодня закрываемся! У нас дорогие гости, Касло! Ох, думал и не доживу…
В кратчайшие сроки решился вопрос не только с ужином, претендовавшим на звания пира горой, но и с ночлегом. Родители положили меня в гостевых покоях, несколько раз извинившись за скудность убранства. Так и захотелось свозить их в академию на экскурсию, взглянуть на наши хоромы. Конечно, мебели у нас прибавилось, но её периодически грызла чёртова многоножка, когда мы забывали подкинуть ей древесины на ночь. Нахалка так отожралась на ядах и прочей отраве, что спала теперь в ногах у Тори, и недовольно стрекотала на всех, кто проходил мимо. Целитель поначалу страшно пугался и голосил с утра пораньше, но понемногу привык к жутковатому питомцу. А куда деваться, если она даже каменные стены прогрызает…
В общем, нас приняли как родных, и больше не заикались о возврате рапиры, с которой ещё прадед отца семейства кого-то там гонял. С утра пораньше антиквар организовал нам извоз прямо с порога и отправил Алонсо вместе со мной. Я пообещал, что верну сына как только разрешу все вопросы в родовом замке, и до конца каникул он ещё успеет им надоесть.
Доехали до места с ветерком, не в какой-нибудь телеге, а в современной самоходной повозке. И лишь когда показались высокие стены родового гнезда, я внезапно понял, что не имею при себе никаких документов. Вот будет хохма, если меня не узнают на воротах.
Обычно все вопросы улаживали сопровождающие, однако охрана у ворот пропустила транспорт без проблем. Да ещё и поклоны отвесила. На душе немного полегчало, но мне срочно требовались подручные, чтобы банально тут не заблудиться. Даже с магическим фуникулёром до замка возникли проблемы. Я понятия не имел, как им пользоваться, а спросить кого-то постеснялся. К счастью, вместе с платформой вниз вкоре прибыла Хивея, в фирменном облачении горничной.
Раньше девушка казалась мне чуть выше и стройнее. Увидев меня, она не сдержала восхищённого возгласа:
— Господин, вы так возмужали! Прямо вылитый брат…
— Спасибо, Хива, — поблагодарил я служанку. — Тебя отправили ко мне?
— Не совсем, просто прошлый ваш помощник проявил особую нерасторопность. Боюсь, он ещё не скоро явится. Мне пришлось взять инициативу в свои руки, чтобы эта ситуация окончательно не вышла за рамки приличия.
— Мне уже не привыкать к такому отношению семьи. Но я рад тебя видеть.
— Вы мне льстите, господин! — зарделась она, приглашая нас на платформу. — Я простая работница и просто выполняю свой долг.
— Кстати о нём. Кому конкретно ты служишь?
Девушка от этих слов неожиданно бухнулась передо мной на колени, протянув в ладошках невесть откуда взявшийся кинжал. Хороший такой, сантиметров сорок в длину. И где только прятала…
— После смерти вашего отца с братом почту за честь служить вам верой и правдой! — торжественно изрекла она, не вставая. — Моя клятва нерушима и пусть сами боги покарают меня за отступничество!
Алонсо едва слышно присвистнул. Я же без особых раздумий принял оружие, после чего вложил его обратно в руки. Здесь не принято возлагать клинок на плечи, достаточно самого факта вручения. Пусть это даже кухонный нож, не важно. Спасибо занятиям по этикету, а то к Авери очереди с подобными просьбами не выстраивались, мягко говоря.
Личное служение накладывает кучу обязательств, и пока я жив, сменить покровителя Хивея уже не сможет. Хотя формально она осталась в семье, просто сменила приоритет приказов. Тут как всегда сплошные сложности, но настроение у меня чуть поднялось.
В самом замке, разумеется, меня никто не ждал. Но хоть предупредили через третьи руки, чтобы на сегодняшний вечер ничего не планировал, ибо состоится семейный ужин. Радость-то какая. В свою очередь я не стал ломиться к госпоже Айнуре, а вместо этого при помощи Хивы собрал небольшой консилиум из мастеров кузнечного дела и портных, чтобы решить назревший вопрос с одеждой. Последние, кстати, обещали подготовить до вечера свежий канареечный комплект, который я надевать не собирался.
Покончив с замерами, мы нашей маленькой, но дружной компанией отправились на прогулку по замку. Ведь нет ничего лучше, чем пройтись немного после длительной поездки. Алонсо явно чувствовал себя не в своей тарелке, но мужественно держался. Хива быстро его считала и общалась на равных, как с будущим соратником. В принципе, не так уж далеко от истины.
Если я хочу хоть немного прибраться в этом гадюшнике, нужно иметь крепкий тыл. А там, глядишь, руки дойдут до более глобальных вещей. После посещения храмов у меня пропало последнее желание плыть по течению куском не пойми чего. Уж лучше стать упавшим по воле ветра или бобров деревом, которое станет основанием для будущей плотины. Это роковое русло определённо стоит менять…
Здешние хоромы на скальной гряде могут запросто вместить в себя немаленькую деревушку в качестве укрытия, поэтому наткнуться просто так на кого-то из родни маловероятно. И всё же вскоре нам навстречу «случайно» попалась одна любопытная рыжеволосая особа, в которой я едва признал племянницу. Дочь Альбина за прошедшее время вымахала почище меня, превратившись в юную девицу. Фигура в нужных местах округлилась, хотя лицо ещё сохраняло неуловимые детские черты.
Увидев нашу процессию, Иона с визгом бросилась мне на шею. Вот уж
