планы и если его понижают в иерархии, это ставит планы под угрозу.
Блин, двадцать штук-то он спокойно взял, «да-да» говорит… И что теперь? Вот же урка хренов. Нельзя им верить, сто раз зарекался. Поговорить он со мной хотел, «приезжай, пожалуйста». Охрененно поговорили! Лучше некуда! Он меня и с джинсой ещё так же подставит козлина.
Надо срочно с Мартой связываться. Проще будет из Польши гнать. Пока я в Москве можно и в Ригу мотануть по-быстрому. Всё равно надо по фурнитуре для джинсов договариваться, почему бы не сейчас… Ещё Айгюль не видел, вообще-то. Блин, от неё тоже подставы ждать нужно, в прошлый раз башку мне расшибла, до сих пор не прикоснуться. Семейка разбойничья.
Придётся наверное пересматривать подходы и плюнуть на блатных, больно ненадёжные они. Нужно свой боевой отряд усиливать и развивать, так вернее будет, сто процентов. И казино сами откроем, и всё остальное. Пошли вы все!
— Ступайте, — говорит Ферик. — На этом всё. Конец фильма. Прогон я самолично сделаю, оповещу всех, кому надо знать.
Цвет встаёт из-за стола. Злой, смурной, громовержец, мля. Без короны только. Бросает взгляд на Парашютиста и тот от одного этого взгляда трястись начинает. Да, ему не позавидуешь, Цвет эту предъяву не забудет, это уж точно, жилы из него вытянет из живого.
К нам подходит амбал и вежливо указывает на дверь. Первым идёт Цвет, вторым Парашютист, а я замыкаю. Уже выходя в дверь, слышу, как Кот тихонько спрашивает:
— А с этим, с бакланом-каратистом что делать?
— То же, что и с…
Дверь за мной закрывается и я не успеваю узнать, что именно сказал Ферик Ферганский. Но почему-то начало его фразы мне совсем не нравится. А чуйка моя бьёт в набат, трезвонит во все колокола, разрывает сердце, гонит адреналин. Твою ж дивизию!
Так, тихо! Успокойся, не паникуй, где наша не пропадала. Сейчас вырвемся, всё решим. Два раза не умирать…
Мы выходим в холл. Здесь толпится ещё несколько амбалов. Увидев нас, они подбираются, делаются собранными. Двое проходят вперёд, двое встают у двери, ведущей в коридор и на выход. Рядом со мной идёт тот громила, что присутствовал на сходе.
Цвет и Парашютист проходят за первыми двумя молодцами, за ними проходят два других и, когда подходит моя очередь, выходить в дверь, я резко останавливаюсь и с силой толкаю амбала, стоящего рядом со мной. Моя коронка.
От неожиданности он делает два гигантских шага назад, пытаясь сохранить равновесие. Воспользовавшись заминкой, я рву с места и, в три шага проскочив через холл, вылетаю в другую дверь.
Я оказываюсь в общем зале и со всей дури врубаюсь в официанта, несущего огромный поднос с блюдами. Классика жанра. Успеваю засечь лишь его дикий взгляд и мчу дальше, подгоняемый грохотом бьющихся тарелок. И шагами амбала Кинг-Конга, спешащего за мной.
Всё, как в кино. Шухер, вскрики, всеобщее недоумение, гомон и огонь в крови, гонящий вперёд. Скорее! Скорее!!!
Скорее, да, но этот здоровяк догоняет. Вылетаю из зала и, притормозив, со всей силушки отправляю тяжёлую дверь навстречу преследователю. Бинго! Это же надо додуматься бежать вперёд головой. Он успевает смягчить удар, подставив руку, но я его останавливаю, а сам лечу дальше, через кухню, расталкивая обалдевший персонал — поваров, официантов и не знаю, кого ещё.
Выскакиваю в коридор, на этот раз служебный и вон там впереди, похоже, выход. Подлетаю, толкаю дверь и да! Она открывается! Свобода! Я вылетаю наружу и… втыкаюсь в двоих амбалов, успевших пробежать вокруг ресторана.
Ни слова не говоря, они хватают меня под руки и закидывают в грузовую «Буханку». Окон нет и когда за мной захлопываются дверки салон погружается во мрак. Правда за короткий миг, предшествующий этому, я успеваю заметить сидящих на полу Цвета и Парашютиста.
— Какого хрена, Цвет?! — спрашиваю я.
— Вон у этой сучки спроси, — зло отвечает он.
— Я не при делах, Паша, — канючит Парашютист. — Меня Кот заставил. Я не собирался ничего предъявлять, клянусь, бля буду. Это его мутки, ты видишь, он меня тоже кинул.
— А сначала ты меня, да?
— Ну он заставил! Я не хотел!
— А как честного вора заставить можно?!
— Цвет, ну ты чё в натуре, я же и сам пострадал! Мы же в одной лодке щас! Друзья по несчастью.
— Петух опущенный тебе друг, — рычит Цвет. — Ты понял?
Машина трогается, и я резко заваливаюсь, ударившись плечом. Попадос так попадос. Как-то всё вдруг херово стало, да и пазл у меня в голове не складывается никак. Что-то здесь не стыкуется. То есть, меня выманили, чтобы прихлопнуть одним ударом вместе с Цветом и этим уродом?
Зачем? Почему? Кому я помешал? Вроде наоборот, перспективы и всё такое… И зачем так сложно? Правилка, развенчание законников… Можно было просто убрать по-тихому и никто бы даже не спросил, куда это делись Цвет и Парашютист… Хотя, нет, там их люди, можно было зарубиться, засветиться и всё, а тут просто всё… Блин…
Едем мы около часа, может чуть больше. Парашютист всю дорогу ноет. А какой орёл был, когда меня к себе вызывал. Король Олень, мля. Цвет молчит, ничего не говорит. Я тоже помалкиваю, что толку причитать.
— Да засохни ты, — не выдерживает Цвет и он затыкается, как провинившийся пёс.
Наконец, машина останавливается. Раздаются голоса, и двери нашей консервной банки открываются. Я вижу всё тех же амбалов, но теперь они вооружены. Чьи они, Котовские или Абрамовские? Скорее всего, люди Кота, он неплохо, говорят, укомплектован и дела делает большие, с размахом. К тому же, Абрам в Москве, наверное, людей не имеет…
— Выходим! По одному давайте. По одному, я сказал.
Я выпрыгиваю первым. Останавливаюсь и осматриваюсь.
— В сторону отходи! Давай, не задерживай!
Блин, лес.
— Шагай, не стой.
В спину мне бьёт ствол пистолета. В принципе, если бы он был один, я бы с ним поработал, но слева и справа идут другие головорезы. Где их набрали, из десантников, что ли… Для афганцев рановато…
Минут десять мы идём вглубь леса. Ветки хрустят под ногами, птицы поют, воздух сладкий, дышится легко. Красота просто. Эх, бросить бы всё, дурацкие планы и всю эту ахинею… Гори оно всё огнём. Синим пламенем. Начать бы жить обычной жизнью, наслаждаться молодостью, получать удовольствия. Ещё десять лет покоя мне обеспечено.
Схожу в армию, выучусь, женюсь, наколочу бабла, куплю биткоины.
