песню после ареста, пока летел домой из Флориды. На меня вдруг снизошло озарение. Я понял, что в своих отношениях и личной жизни опустился на самое дно и, достигнув этого дна, понял, что у меня все получится и я смогу выкарабкаться. «Inside Out» стала зеркальным отражением того, к чему мы пришли как группа. Мы привыкли видеть ситуацию изнутри, а теперь смотрели на себя со стороны, и что бы мы ни делали и как бы усердно ни работали, мы оказались на краю, и ощущение было не из приятных: «Оно в желудке словно огонь, словно раковая опухоль, словно нож – мне будто вспороли живот». Снова мы работали с Маркосом Сьегой над клипом «Inside Out». Это наша своеобразная дань эпизоду «Кошмар на высоте 20 000 футов» сериала «Сумеречная зона» с Уильямом Шетнером. Отличный клип. Но тогда его никто так и не увидел. Зато сейчас можно посмотреть на Youtube. Даймбэг сыграл охренительное соло на «Inside Out», а еще соляк на «Born Again Idiot».
Я прочел немало произведений Чарльза Буковски и в какой-то степени строил жизнь по его типу. Обожаю его девиз: «Бухай, ебись или борись». В какой-то момент все эти действия полностью совпадают – эмоциональная разрядка вызывает головокружение, и ты с трудом переводишь дух. Буковски был по-настоящему свободен. Его интересовало лишь собственное искусство, женщины и алкоголь. И пока в его жизни были эти три основных элемента, ему было плевать, где жить – в трущобах или с голливудскими снобами, продавая свои книги. Некоторое время я тоже к этому стремился, и неважно, было ли на моем банковском счету десять миллионов или я жил с мамой. Сегодня я мыслю совершенно иначе.
Я был ослеплен яростью и считал себя неудачником, и раз уж ни с одним браком не получилось, я стал противоположностью добропорядочного мужа. Меня стали интересовать только секс и бухло. Ко многим я стал относиться по-скотски и совсем этим не горжусь. Я жил в свое удовольствие, и меня интересовали лишь собственые потребности. В этом отношении «Volume 8» был таким же реальным, неотшлифованным и мрачным, как моя жизнь. Мы записали этот альбом без лейбла, потому что нам нужно было записать пластинку (хотя мы начали ощущать на себе последствия финансового отчаяния), но ведь мы – музыканты и этим зарабатываем на хлеб. Мы понимали, что выпустили хорошие альбомы и настало время сочинить еще один. Мы не были готовы поднять белый флаг только потому, что нас наебали Elektra. Мы еще не все сказали.
Когда альбом был готов, Уолтер поговорил с парочкой лейблов. Ignition был новым рок-подразделением, которое основал рэп-лейбл Tommy Boy. На тот момент они были единственным вариантом в городе, если только мы бы не решили подписать контракт с независимым лейблом вроде Metal Blade или Century Media. Вспоминая об этом сейчас, я думаю, что, возможно, это был бы лучший карьерный шаг, но наше эго было слишком велико, чтобы на такое согласиться. По крайней мере, Ignition был частью того мира. У них были деньги. Мы были их крупнейшей рок-группой, и они обещали продавать и раскручивать нас.
«Volume 8 – The Threat Is Real» вышел летом 1998-го, и «Inside Out» стали крутить на рок-радиостанциях. Всех тошнило от альтернативы, и они снова были готовы слушать очень агрессивную музыку. С июля по начало декабря мы продали около 70 000 копий, и все были уверены, что следующий сингл, «Catharsis», выход которого планировался в начале 1999-го, поможет сохранить положительную динамику. Может быть, отправлясь на каникулы, «золото» мы и не возьмем – так продадим хотя бы 400 000 копий. И в конце года мне позвонил Уолтер.
– У нас проблемы.
– Ты о чем? – спросил я.
– Ignition – банкроты. Tommy Boy больше их не спонсируют. Им конец. Через месяц вы уже не увидите свой альбом на прилавках.
Вот так. Ignition перестали печатать «Volume 8», Уолтер оказался прав. Альбом буквально исчез. Нас как будто прокляли. Для меня это был нокаут. Мы пахали как черти над этим альбомом, и не в самых благоприятных условиях. Мы буквально истекали кровью ради него, а теперь всему пришел конец. Опять все сначала, опять всем насрать.
В начале 1999-го Anthrax фактически были обречены. Мысль о том, чтобы потратить еще восемнадцать месяцев на запись еще одного альбома, казалась невыносимой. И это после всего, через что мы прошли с «Volume 8». У нас не только остался неприятный привкус во рту. Мы как будто сожрали дерьмо, и ни один ополаскиватель рта не мог сбить этот тошнотворный запах. Мы были очень довольны пластинкой «Volume 8». Среди всех альбомов, которые мы записали с Джоном Бушем, это мой второй любимый. Он нравится мне больше, чем «Sound Of White Noise», и для нас было большим ударом, что компания просто взяла и выбросила нашу пластинку на помойку; компания, которая приняла решение, основываясь на бессмысленном звонке, свернуть все свои рок-релизы, чтобы постараться самой остаться на плаву. Самое безумное в сделке с Ignition было то, что нам не выделили аванс на этот альбом. Договор был исключительно на дистрибуцию, и при этом им принадлежали мастер-ленты. Мы финансировали их со своего последнего чека от Elektra. Мы скопили много денег со своих расходов на проживание и все оставшиеся средства пустили на альбом и гастрольные издержки. Но в итоге мы оказались в полной жопе. Оставались лишь деньги на банковских счетах. У нас не было в распоряжении ни одного физического продукта, который мы могли бы продать другому лейблу. «Volume 8» будто никогда и не существовал. Мы попытались договориться с Ignition выкупить у них мастер-ленты или, по крайней мере, снова договориться о продаже альбома, но они запросили безумные суммы.
Без вынужденного перерыва у Anthrax не было ни малейшей возможности продолжать функционировать как группа. Джон Буш вернулся в Armored Saint, чтобы поработать с ними над альбомом «Revelation», а мы с Чарли собрались с Дэном Лилкером и Билли Милано и записали альбом-возвращение S.O.D. «Bigger Than The Devil». У нас было время, и я начал психовать, пытаясь понять, что Anthrax делать дальше. Вдобавок нам были нужны деньги. Nuclear Blast хотели выпустить пластинку S.O.D. и отправить нас на гастроли, и мы подумали: «А почему бы и нет?» Мы потратили целый год на написание и выпуск пластинки и давали концерты. Пора было оторваться. Спустя четырнадцать лет после выхода «Speak English Or Die» Сержант Ди восстал из могилы, чтобы провести S.O.D. через очередную серию уморительно тупого, политически некорректного кроссовера. У нас были припасены такие песни, как «Celtic Frosted Flakes», «Free Dirty
