- Жарко сегодня, - только и смог ответить Варгас, настолько обессилил его подъем по лестнице.
- В таком случае, вам сейчас подадут освежающие напитки. Надеюсь, вам не слишком трудно было найти этот дом, ведь квартал так разросся за последние десятилетия.
Варгас обладал особым чутьем на оскорбления, даже самые скрытые, а это было одним из самых тонких и жестоких, с которыми ему довелось сталкиваться. Дворецкий бросил ему в лицо тот факт, что дворец был очень древним, как и благородное происхождение семьи Монтемайор. Да, может, в этом районе и отиралась беднота, но лишь потому, что эта часть города была самой старой и гордой. Более современный и упорядоченный квартал вокруг собора и королевского дворца, где жил Варгас, пришелся больше по вкусу новым богатеям, пытавшимися приблизиться к величию короля географически.
Прохромав мимо слуги во дворец, купец утвердился в своих подозрениях. Они прошли по нескольким пустым залам, где маркиз мог принимать визитеров со всем комфортом. В этом же случае он предпочел выбрать самый отдаленной уголок дома, чтобы Варгас имел возможность увидеть семейные портреты и картины на религиозные темы, тисненые кресла, гобелены со сценами охоты и охотничьи трофеи. Роскошная и бесконечная демонстрация, столь же неприятная Варгасу, как и неутихающая боль в ноге.
Наконец, они проследовали в гостиную, где, глядя в окно, дожидался маркиз.
- Я вижу, вы привязали вашего пса возле входа, - заметил маркиз, указывая на Гроота, что переминался с ноги на ногу у дверей. - Ну что ж, отлично! - он хлопнул себя по колену и от души рассмеялся над собственной удачной шуткой.
Варгас заставил себя улыбнуться, воображая, что может сделать огромная широкая шпага де Гроота с брюхом маркиза. Тот был одет без затей, в простую сорочку и роскошные зеленые плундры, без сапог. Его тонкие, словно палки, руки и ноги составляли контраст с торчащим животом и румяным лицом.
Всё в нем раздражало Варгаса, начиная с презрительного поведения и до места обитания, не говоря уж об огромном состоянии. Как и многие дворяне, он унаследовал его, в основном в землях, урожаях и ренте, которую выплачивали крестьяне. Монтемайор родился богатым и знатным и жил, не зная тревог и не сделав ничего, чтобы преумножить состояние, лишь растрачивая его на охоту, искусство и бочонки с дорогим токайским вином. В глазах человека, который всего добился сам, вроде Варгаса, маркиз был презренным паразитом. Но купец не обманывал себя. Он прекрасно знал, что и дворянин думает о нем в похожих терминах: для него он был жалким выскочкой, поднявшимся из грязи. По этой причине он плохо понимал, зачем маркиз пригласил его нынче вечером. Возможно, чтобы над ним посмеяться.
- Садитесь, маэсе Варгас, - сказал маркиз, указывая на место рядом с собой. - Освежитесь немного.
Появился слуга с серебряным подносом в руках, на котором стояло несколько вазочек и большая чаша, накрытая крышкой. Когда крышку открыли, внутри оказалась целая гора свежего снега; слуга разложил его по вазочкам и посыпал сверху сахаром и корицей. Увидев это, даже Варгас, которого трудно было удивить роскошью, был потрясен. Снег в конце лета стоил вдесятеро дороже золота. Варгас посмотрел на свою вазочку, которую ему протянул слуга. Хоть он и не собирался ничего здесь есть, однако пересохшее горло не позволило ему противостоять искушению, и он принял угощение, не глядя на слугу.
- Пятнадцать эскудо за одну такую вазочку - но оно того стоит, не правда ли, маэсе Варгас? Мы ведь всё равно не унесем наше богатство в могилу.
- Это превосходно, маркиз.
- Я человек простой, но время от времени люблю потакать своим капризам, признаю. Не то что вы. Вы всегда так серьезны, так осмотрительны. Вы забрались так высоко из такой ямы и, похоже, этим не наслаждаетесь.
Варгас сделал усилие, чтобы проглотить последнюю ложку снега, потому что из-за оскорбления стиснул зубы. Он спрашивал себя, что если вскочить и размозжить этому маркизу череп тяжелым набалдашником трости. Без сомнения, это было бы приятно. Но оставался риск, что маркиз станет защищаться, и слуги это увидят. Смерть дворянина и члена городского совета - это нечто совершенно немыслимое, не то что по-тихому уничтожить конкурента. Он запоминал каждое оскорбление и тщательно их запишет, вернувшись домой. И найдет способ вернуть их сторицей.
- Господь благословил меня, маркиз, - выдавил он ответ.
- То есть вы заявляете, что вам этого достаточно? Больше вам ничего в жизни не надо?
Для купца это оказалось уже слишком.
- Ваша светлость, если вы хотите мне что-то сказать, так говорите, - прорычал Варгас, поднимаясь на ноги. - В противном случае, с вашего позволения, у меня есть другие дела.
- Я хочу сказать, что могу предложить вам дворянский титул.
Варгас повернулся к нему, не в силах скрыть своего изумления. Между тем маркиз, выдержав эффектную паузу, резко откашлялся, прежде чем продолжить.
- Я получил это предложение лично от его величества. Король Филипп готов пожаловать вам титул барона в награду за вашу многолетнюю службу на благо испанской короны, и так далее, и тому подобное - короче, обычная чушь. Ну, что скажете? Неплохо для лавочника, не правда ли?
Когда Варгас справился с первоначальным замешательством, шестеренки в его мозгу завертелись с максимальной скоростью. Он тут же понял, что все оскорбления и презрение были тщательно подготовлены, всё это было спектаклем, расчетливым и довольно грубым планом.
"Ах, Монтемайор, жирная пиявка, ты не знаешь, с кем имеешь дело. Решил сначала макнуть меня в грязь, чтобы потом протянуть единственную в городе чистую рубашку. Вот ведь дурачок. Я играл в эти игры еще до твоего рождения", - подумал Варгас.
Подчеркнуто медленно он вновь опустился в кресло, вытащил платок и вытер невидимое пятно на хубоне, затем сложил его и опять убрал в карман. И всё это - не глядя на собеседника, который начал уже беспокоиться, что торговец молчит.
- Маэсе Варгас, мне бы хотелось, чтобы вы меня поняли...
- И сколько?
- А сколько по-вашему?
- Я спросил: сколько? Сколько его величество хочет из меня вытянуть за подпись на маленькой бумажке, после которой моя кровь тут же поголубеет, как по мановению волшебной палочки.
- Ах, но едва ли у вас получится купить один лишь титул, к титулу вам придется приобрести еще и поместье.
- Какой-нибудь дрянной клочок земли с десятком овец и полудюжиной крестьян. Ничего заслуживающего внимания. От этих земельных угодий одни убытки. Я повторяю, сколько?
Теперь настала очередь маркиза проглотить свою гордость. Ему не оставалось ничего другого, как ответить на вопрос. Он с легкостью назвал цифру, словно говорил о приобретении пары новых перчаток.
