— Я люблю твои волосы. Я говорила тебе об этом? — Джошуа только покачал головой в ответ, не в силах вымолвить ни слова из-за комка, застрявшего в горле. — Ну, значит, скажу сейчас. Они просто великолепны, такие густые, пышные…
Его член был тверд как сталь. Он хотел Алекс. Хотел до ужаса. От того, как она прикасалась к нему, возникало желание задрать голову и завыть от удовольствия. Он должен был потребовать её. Снова.
— Джошуа, — Алекс замерла, как будто внезапно ощутив смену его настроения. — Что не так?
— Я хочу тебя, — мучительно простонал он сквозь стиснутые зубы. Джошуа держался из последних сил. Алекс, такая теплая, влажная в его руках, её сладостный аромат дразнил его ноздри. Она была столь же возбуждена, как и он.
Сжав его лицо ладонями, Алекс медленно наклонялась к нему, пока их носы не соприкоснулись.
— Тогда возьми меня.
Он повернулся и приподнял её повыше, прислоняя спиной к стене. Она вскрикнула и выгнулась, ощутив за собой холодную плитку. Джошуа тотчас воспользовался этим и обвёл языком выступивший вперёд твёрдый, налитой сосок.
Алекс вцепилась пальцами в его волосы и сжала их в кулаки, удерживая его, когда он открыл рот и, вобрав внутрь сосок, начал сосать её грудь.
— Ещё, — потребовала она, задыхаясь и стискивая ногами его поясницу, когда он перевёл внимание на другую грудь. Извиваясь и ёрзая, она старалась заполучить головку его члена в себя. — Джошуа…
Его имя вырвалось у неё едва ли не со стоном. Господи, она никогда не нуждалась в чём-нибудь так, как нуждалась сейчас, только бы Джошуа был в ней. После прошедшей ночи Алекс полагала, что пройдёт какое-то время, прежде чем она снова почувствует такое же влечение.
Один взгляд — и всё что потребовалось.
Только лишь от одного поддразнивания его настроение моментально перешло в ненасытное возбуждение. Алекс не очень-то волновало, что она была немного болезненна после ночи, насыщенной столь жаркими любовными утехами. Его жажда разбудила её вожделение, разжигая внутри огонь, посылая обжигающий жар в её вены.
Алекс вильнула бёдрами, стараясь придвинуться к нему. Его напряжённый член толкался в её лоно, дразня каждым прикосновением. Скользкие лепестки её киски набухли от желания. Джошуа облизал её тугой сосок и всосал в рот. От груди и до самого средоточия её естества хлынула волна жара.
Не в силах больше выдерживать этого, Алекс оттащила от себя его голову. Джошуа выпустил её сосок с громким, влажным звуком. Его глаза потемнели, обретя насыщенный цвет густого кофе, когда он приник к ней теснее, используя более низкое положение своего тела, чтобы прижимать её к стене. Вода хлестала на них, большей частью отражаясь от его широкой спины.
Захватив её взгляд своим, Джошуа дотянулся до промежутка между её ногами и раздвинул складочки киски.
— Ты всегда такая горячая и влажная, — его голос мурлыкал от удовольствия.
Алекс дернулась, когда он ввёл в неё один палец. Как бы она ни хотела его, нельзя было уйти от того, что после прошлой ночи её влагалище было опухшим и болезненно-чувствительным. Он убрал от неё свою руку и опустил голову ей на плечо.
— Алекс, — начал Джошуа, но она остановила его.
— Я хочу тебя. — Ее пальцы впились в его мощные плечи, держась за него, она приподнялась над кончиком его ствола.
— Ты уверена? — Он поднял голову и внимательно всмотрелся в её лицо.
— Да.
Джошуа чуть изогнулся бедрами и медленно, дюйм за дюймом начал проталкиваться в неё своим членом. Он входил не торопясь, давая её внутренним мускулам возможность расслабиться и принять его. К тому времени, когда он вместился полностью, она уже тяжело дышала и дрожала. Его член наполнил её. Его тело окружило её.
Алекс чувствовала на своей коже его запах, этот только ему присущий аромат мыла, мускуса и мужчины. Она потянула носом, когда уловила аромат чего-то нового. Это был более глубокий, более насыщенный запах, тот, который достигал её глубин и волновал её самую первородную суть. Волк. Алекс поняла, что она учуяла его волка и задалась вопросом, мог ли он чуять то же самое в отношении неё.
— Я должен трахнуть тебя, — голос Джошуа стал низким, гортанным, как будто он втягивал воздух в свои лёгкие.
— Ну так сделай это. — Пользуясь тем, что она держалась за его бока, Алекс чуть приподнялась, а потом опустилась вниз.
Самоконтроль Джошуа сорвало. Ухватив ладонями её за задницу, он начал мощно вбиваться внутрь. Каждый раз, когда он почти полностью выходил из неё, Алекс изо всех сил пыталась удержать его, зажать в себе. Когда он толкался, входя обратно, она вздыхала от облегчения. Вместе они составляли единое целое.
Темп ускорился, их тела двигались в идеальной слаженности. Волосы у неё на затылке поднялись торчком. Руки и ноги отяжелели, однако внутри бушевала энергия. Она была близка. Чувствовала, как оргазм уже собирается в самом низу её живота.
Продолжая вдалбливаться в неё, Джошуа наклонился и укусил её за основание шеи. Алекс от наслаждения закричала. Внутренние мышцы сократились, и её лоно затопило жидкостью. Бурной волной нахлынул оргазм. Джошуа дернулся. Отбросив назад голову, он закричал её имя, содрогаясь и извергаясь внутри неё.
Алекс надежнее обхватила его руками, не желая отпускать.
Они оставались в объятьях друг друга, пока вода, льющаяся на них сверху, не стала холодной. Она задрожала. Джошуа чертыхнулся и, медленно выпустив её из своих рук, поставил на ноги. В поисках поддержки она прислонилась к покрытой плиткой стене, пока он регулировал температуру воды.
— Я не собирался этого делать. — Джошуа выглядел настолько виновато, что она рассмеялась.
Он лишь посмотрел на неё в ответ, и нерешительная улыбка медленно озарила его лицо.
— Я не жалуюсь, — констатировала она. Протянув руку за его спину, Алекс взяла мочалку и начала мыться. — Конечно, можно бы пожаловаться на холодный душ, но не на то, что случилось перед этим.
Джошуа издал короткий лающий смешок, сгрёб с полочки мыло и убедился, что каждая её частичка отмыта дочиста.
* * *
Гораздо позже, уже ночью, Алекс стояла на краю леса и дрожала. Сияющая луна была почти полной, а ночь — довольно прохладной. Джошуа стоял рядом с ней, его руки лежали на её обнажённых плечах.
— Не торопись. Это ведь не срочно.
Легко ему говорить!
Она стояла здесь, в чём мама родила, и только его обнажённое тело заслоняло её от чужих взоров. Все ждали, как пройдёт её первое изменение.
Их официальная брачная церемония прошла мимо неё как в тумане. Были произнесены ритуальные слова, они обменялись клятвами. Алекс жалела, что не смогла запомнить точно, на что там она согласилась, но она была слишком взвинчена, чтобы чему-то уделять слишком много внимания. Внутренне, про себя, она пожала плечами. Что сделано, то сделано. Позже она узнает детали. Сейчас же только то, что их окружали все члены стаи, удерживало её от того, чтобы повернуться и сбежать.
