будете в порядке. «Зеркало Ята», они... ну, нормальные.
Как будто он что-то понимал. Джей хмыкнул и отвернулся от него. Очень скоро шум моторов за его спиной стих.
Джей настоял на том, чтобы быть свидетелем того, как «Зеркало Ята» уничтожает, действительно уничтожает экзоскелет с недоличностью Экса, хотя вовсе не был уверен, что может что-либо от них требовать. Но, к его удивлению, они согласились, и Джей долго наблюдал, как экзоскелет разрушается под гидравлическим прессом.
«Зеркало Ята» вывезло их из Токио чартером и благодаря этой внезапной щедрости, равно как и удачному появлению «Зеркала» в его жизни, Джея не покидало поганое ощущение того, что фирма следила за их действиями гораздо дольше, чем казалось, и они трое опять сплясали под чью-то дудку. Червь назвал бы это совпадением, конечно. Джей пытался добиться ответов и, в отличие от Флешки и Китти, иногда даже слышал что-то информативное в ответ — отчего-то к нему работники «Зеркала Ята» относились заметно лучше, чем к остальным двоим.
— Какой смысл? — спросил он в самолете. — «Тэцуо» захватит весь японский рынок теперь, вы так и останетесь на обочине.
Человек в черном рассмеялся сухим электронным смехом и помотал головой. Джей наблюдал за их сопровождающим довольно долго, и пришел к выводу, что тот все же не робот, как недавно предположил Китти. Это немного успокаивало.
Он вновь попытался снять с него шлем — вновь неудачно. Они сидели напротив друг друга за небольшим столиком в салоне самолета, «шлем» откинулся на спинку кресла, и Джей отчего-то был уверен, что тот больше доволен, чем раздражен, ситуацией.
— Я выясню, кто вы, — пообещал Джей.
— Само собой.
Он начал там же, и начал с провожатого. С самого простого — прогнал его образ по собственной памяти, попытался найти в окружении хоть кого-то, чьи движения, жесты, параметры тела совпали бы с теми же показателями у их проводника. Ведь, если подумать, этот тип с электронным голосом вел себя настолько дружелюбно, что Джей начал подозревать в нем знакомого.
Где-то в глубине души он был готов узнать в нем кого-то из своего наемничьего прошлого, хотя и знал наверняка, что все кроме него погибли.
Или... нет.
Он ничего не знал о Зи, последнем из них. Уай пытался взломать «Пандору», но неудачно, и, вероятно, закончил свое существование даже как призрак после разрушения корпоративной системы. Но Зи... Он никогда ничего о нем не слышал.
Программа закончила сверку памяти с шаблоном проводника и отвлекла Джея от опасных мыслей.
А внезапное открытие заставило его надолго зависнуть, не в силах поверить результатам. Флешка и Китти спали, удобно устроившись на диванчиках, так что и разделить удивление было не с кем. Джей сглотнул подкативший к горлу ком и вновь медленно протянул руку к шлему.
На этот раз проводник не стал ему мешать.
Он улыбался. Его глаза не двигались, не могли сощуриться из-за нехватки лицевых мышц, но Джей прекрасно помнил это выражение. Искусственная часть его лица начиналась под носом и полностью захватывала челюсть и подбородок. Леха даже не пытался скрыть металл и пластик — кое-как нанесенная грязно-бежевая краска не столько маскировала его лицо, сколько подчеркивала.
...Если вспомнить рекламную деву, в «Зеркале Ята» были популярны подобные модификации.
— Как давно ты с ними? Почему? — Джей уже не знал, злиться ему или радоваться.
— С того дня, как вы обратились к Флипперу. — Леха подпер голову правой рукой, а левой безмятежно помахал проснувшимся от их разговора Флешке и Китти. — Точнее... с той ночи перед тем днем, когда вы обратились к Флипперу. Одно из тех предложений, от которых нельзя отказаться, и со стороны оно выглядело довольно безобидно — просто собрать немного информации. Пройтись по знакомым врачам, приглядеться к возможным пациентам. И вы могли обратиться к кому-то кроме Флиппера и еще двух докторов, которых я знал. И, особенно, не наводить столько шума в нашей тихой помойке! Так что, Джей, пожалуйста, прекрати смотреть на меня, как на корп... Ох. Черт. Точно.
— Точно, — согласился Джей.
— В любом случае, — с нажимом продолжил Леха, — я считаю, что я просто везучий.
— Везучий? Тебе рассказать, чем закончился мой отклик на «предложение, от которого нельзя отказаться»?
— Знаю. Но это не то... — Леха задумался ненадолго и пожал плечами. — Я вроде как просто фанат нашего босса.
Даже всем троим не удалось вытянуть из Лехи подробностей, а зародившийся было план «выстрелить в него из эмигана и захватить самолет» Джею пришлось отвергнуть.
Знакомый все же. Рука не поднимается.
Со счетов «Пандоры» к ним троим перекочевала сумма денег, достаточная для того чтобы бессмысленно плевать в потолок всю оставшуюся жизнь и не испытывать недостатка ни в чем, но Джей подозревал, что для восстановления привычного режима инкогнито лично ему придется потратить почти всю эту сумму.
Не то чтобы его это заботило.
Попрощавшись с Лехой, он сказал, что и без помощи его, придурка, выяснит, кто стоит за «Зеркалом Ята». Леха довольно согласился, что да, непременно выяснит.
Обосновавшись в номере ближайшего к аэропорту отеля, Джей поначалу вознамерился перебрать и пересмотреть все случившееся с ним, запустить долгий и нудный анализ и, вероятно, не вылезать из номера эдак неделю-другую. Но, хорошо подумав, он остановился на одном вопросе.
Позиция на рынке не слишком влекла «Зеркало Ята» — небольшой фирме, пусть сто раз прославленной, не задавить громаду «Тэцуо». Так... кто мог просто, без мыслей о власти, хотеть уничтожить «Пандору»?
Отметая толпу вечно обиженных на корпорации обывателей (слишком малый размах!), Джей мог бы ответить на этот вопрос:
«Я».
И это быстро расставило все по местам. Зи. Зи был единственным, кроме Джея, живым экспериментом корпорации. Зи был единственной буквой из их алфавита, о которой никто ничего не знал. И Зи был последним, а значит самым технически совершенным существом из созданных «Пандорой».
Джей сосредоточился на информации о «Зеркале Ята» и не без самодовольства понял, что за все время существования фирмы — чуть больше полугода — их босса никто не видел и не слышал.
Тогда как и когда Леха успел стать его «фанатом»?..
Джей лег на пол, игнорируя кровать. Старые привычки быстро взяли свое — удобный матрас привлекал его только первые полдня после возвращения в Москву.
Из всех совпадений последних дней он мог выделить парочку особенно странных. Первое — маньяк-таксист, внезапно знакомый по недолгому заключению, и второе — появление
