Читаем без скачивания Леди Элизабет - Элисон Уэйр

Наконец они прибыли в Хайгейт, селение на северных холмах, возвышавшихся над лондонским Сити. Чувствуя, как с приближением к цели к ней возвращаются силы, Элизабет все больше исполнялась уверенности, что ей удастся перехитрить врагов. Вечером, сидя в уютной спальне дома мистера Чомли, который ревностно служил королеве, но по-рыцарски отнесся к своей несчастной гостье, она даже сумела проглотить несколько ложек бульона.

На следующее утро ей стало еще лучше. Щеки вновь обрели цвет, и она уже не пошатывалась, проходя несколько шагов до уборной. Однако при взгляде в зеркало она увидела, что лицо ее оставалось слегка опухшим, а живот — чуть раздутым. Впрочем, подумала она, это даже могло сыграть ей на пользу. Вместе с силами к ней возвращалась надежда, и она готовилась к решающему сражению.

Элизабет предпочитала и впредь притворяться больной, что было не так уж трудно при неполном выздоровлении. Сегодня им предстояло въехать в Лондон, и она знала, что, если ей удастся завоевать сочувствие народа, это лишь укрепит ее позиции. Все-таки она была наследницей трона, юной протестанткой, вполне способной вдохновить граждан, бунтовавших против католических реформ Марии. И она не сделала ничего дурного, не совершила никакой измены. Ни у кого не было против нее никаких доказательств.

— Я надену платье из белого дамаста, — сказала она Кэт. — Без украшений. И дай мне немного буры и белковой мази обелить кожу. Пусть народ видит меня измученной и больной.

Похожая на привидение, она, спотыкаясь и опираясь на руку Кэт, прошла к ожидающему их паланкину.

— Оставьте занавески открытыми, — распорядилась она. — У меня жар, и мне нужен свежий воздух.

— Разумно ли это? — возразил лорд Уильям. — Вашей светлости следует оставаться в тепле.

— Делайте, как я сказала, — твердо заявила Элизабет с не терпящим возражений видом. Народ непременно должен был узреть ее.

— Хорошо, сударыня, — согласился Говард. — В Уайтхолл! — крикнул он, и процессия начала спускаться с Хайгейт-хилл.

Элизабет испытала неимоверное облегчение. Она боялась, что ее отвезут прямо в Тауэр, и не знала, что ее там ждет. Но они ехали в Уайтхолл, где у нее имелся шанс лично оправдаться перед королевой. Еще не все потеряно. Проезжая по узким улочкам Вестминстера, она видела признание, восхищение, надежду и сочувствие во многих взиравших на паланкин, и на душе у нее становилось теплее. Она не сомневалась, что переживет случившееся так же, как пережила скандал с адмиралом.

Выделенные ей покои находились в отдельной части дворца, и за дверью стояли двое крепких гвардейцев, которые скрестили пики за ее спиной, едва она перешагнула порог.

— Я буду узницей? — спросила она лорда Уильяма.

Несмотря на высокомерный тон, ей не удалось скрыть испуга.

— Вам нельзя покидать ваших комнат, — ответил тот.

— Я ничем не заслужила подобного отношения, — возразила она. — Я желаю видеть мою сестру-королеву. Прошу вас, лорд Уильям, передайте, что я требую аудиенции.

— Сожалею, но это невозможно, — сухо сказал тот. — Ее величество встретится с вами лишь после того, как вас допросит совет по поводу вашего недавнего поведения.

Элизабет вновь почувствовала, что близка к обмороку. Долгая поездка, путь через дворец, потрясение и слабость окончательно лишили ее сил. Едва лорд Уильям вышел, она опустилась на скамью и расплакалась.

— Идемте, миледи, эти покои не такие уж и плохие, — позвала Кэт, делая хорошую мину перед лицом надвигающейся трагедии.

И в самом деле — там висели два маленьких, но изящных гобелена и несколько картин, а в дальней комнате стояла красивая дубовая кровать с роскошным покрывалом и бархатными занавесками. Рядом стояли соломенные тюфяки для Кэт и Бланш, а в углу — молитвенная скамья с серебряным распятием. Во внешней комнате на столе ожидали холодная курица и вино. Имелась отдельная уборная в занавешенной нише, а многостворчатые окна выходили в сад.

Бланш Перри уже распаковывала сундук с одеждой Элизабет.

— Почему бы вам не прилечь, миледи? — предложила она.

— Пожалуй, — устало согласилась Элизабет, отпивая вина.

Больше ей все равно было нечего делать, пока ее не вызовет совет, — почему бы и не воспользоваться предоставленными удобствами.

Однако она не пролежала и десяти минут, как над ее головой внезапно раздался лязг и грохот.

— Господи, что это? — проворчала она. — Я спать хочу.

Кэт, сидевшая с шитьем у камина, посмотрела вверх. Шум продолжался, а затем комната постепенно наполнилась сильным запахом рыбы.

— Проклятье! — выругалась Элизабет. — Что там происходит?

Кэт нахмурилась.

— Пойду узнаю, — решила она. — Спрошу стражников.

Она открыла дверь. Двое стоявших за порогом стражников подозрительно взглянули на нее.

— Не беспокойтесь, мы не пытаемся бежать! — язвительно бросила Кэт. — Мне просто хотелось бы знать, кто занимает покои над нами.

Один из стражников озадаченно потеребил бороду. Второй немного подумал, после чего ответил:

— Графиня Леннокс, госпожа.

Кэт знала графиню Леннокс, бывшую леди Маргарет Дуглас, племянницу короля Генриха и двоюродную сестру королевы. Энергичная и честолюбивая, она доставила во время оно немало хлопот своими любовными похождениями и постоянными интригами. Ревностная католичка, она была близкой подругой королевы Марии и, соответственно, врагом Элизабет.

— Неужели графиня занялась стряпней? — криво усмехнулась Кэт. — Похоже, наверху у нее собственная кухня.

— Да, одну из комнат на прошлой неделе переоборудовали в кухню, — ответил стражник, которому понравилась привлекательная женщина с забавным чувством юмора. — Миледи столь важная персона, что ей предоставляют собственную кухню и поваров. Ходят слухи, — он почесал нос, — что ее хотят сделать наследницей королевы.

Его товарищ нахмурился, и внезапно стражник сообразил, с кем разговаривает.

— Но наследница королевы — леди Элизабет, — заявила Кэт.

— Я лишь повторяю то, что слышал, — попытался оправдаться стражник. Выпрямившись, он перехватил пику и уставился перед собой.

Кэт поспешила назад к Элизабет и рассказала ей про кухню графини, но не стала ничего говорить об упомянутых стражником слухах. Элизабет и без того хватало забот. Кэт лишь молилась о том, что это неправда.

— Графиня меня ненавидит, — заметила Элизабет. — Могу поспорить, она знала о моем приезде и специально все это устроила, чтобы мне досадить. Одному Богу известно, как мы сможем заснуть.

— Не могут же они готовить всю ночь! — усомнилась Кэт.

Но графиня, казалось, обладала ненасытным аппетитом и постоянно требовала еды. После трех дней шума и запахов Элизабет уже не сомневалась, что ее предположения верны и ей хотят вымотать нервы. Она считала, что хуже, в придачу к недомоганию и страхам, уже не бывает.

Но она ошибалась.

— Мадам, — раздраженно вздохнул Ренар, — какие еще нужны вашему величеству доказательства ее причастности к мятежу? Изменник Уайетт признался, что она отвечала на его послания; копии писем, которые она направляла вам, нашли в почтовой сумке французского посла, и нет никаких сомнений, что конечная цель состояла в ее восхождении на престол. Если вы не воспользуетесь возможностью ее наказать, ваша жизнь и трон останутся в опасности!

Мария перестала расхаживать по комнате и с несчастным видом взглянула на него.

— Элизабет не совершила никакой явной измены, — сказала она, — а наш закон не предусматривает смертной казни для тех, кто лишь смирился с предательством. Но я не могу не согласиться с вами: пока жива моя сестра, я не могу надеяться на мир в королевстве. Она оказалась именно такой, какой я всегда ее считала.

В голосе королевы прозвучала горечь.

— В таком случае почему бы вам не обвинить ее в измене, мадам? — не отставал Ренар.

— Нет, — непреклонно ответила Мария. — Возбуждать против нее процесс сейчас нецелесообразно. Мои советники опасаются, что это может спровоцировать новый мятеж. Сами знаете, она слишком популярна. — Королева презрительно фыркнула. — Но лично я убеждена в ее виновности. Нужны лишь доказательства, и с этой целью я приказала совету ее допросить.

— Разумная мысль, мадам, — одобрительно улыбнулся Ренар. — И я нисколько не сомневаюсь, что этим все решится.

Элизабет с каменным лицом стояла перед камином, глядя, как в комнату один за другим входят лорд-канцлер Гардинер и остальные восемнадцать советников.

— Мадам, — начал Гардинер, сурово хмуря черные брови, — у нас имеются достоверные сведения, что вы участвовали в недавнем мятеже, и ее королевское величество приказала нам установить истину.

Элизабет смотрела на него немигающим взором.