Севилья подобрался. Он прощен? Нет, скорее это похоже … на шанс. Неужели?
– Ему пока на самом деле меня не за что любить, – признался Севилья. – Может, позже? Когда все живыми вернемся.
– Вот, кстати, о «позже» я и хотела поговорить, – Сова перестала улыбаться. – Ты сможешь воспроизвести узоры в-группы в бою?
Севилья глубоко вдохнул. Вот оно. Ну что, монстр? На словах все всё простили, но сейчас нужно показать, а так ли безобиден «больной» вампиризмом? Соврать? Нет, с первым же узором все станет ясно. И вот тогда прощенья не будет. Не поверят больше….
– Смогу, – тяжело выговорил Севилья. – Я прикинул, я смогу сознательно повторить тот узор. И похожие – тоже. Там же ничего особенного нет. Просто к обычному узору привешивается другой источник.
Он замолчал. Сова, Гайденн и Слон замерли, глядя на него с совершенно непонятным выражением. Севилья посмотрел на них, криво попытался улыбнуться и с горечью добавил:
– И знали бы вы, насколько четче и сильнее получаются узоры.
Вот так вот. Познакомьтесь с чудовищем. Он отвернулся, чтобы не видеть выражение их лиц.
И вздрогнул, когда Сова невесомым движением прикоснулась к его плечу.
– Я верю, – тихий голос ответил на немой вопрос, который Севилья закопал среди обиды. – Еще много кто отвернется от тебя, как Сержант. Но нам все равно придется идти вперед. И, если там правда в-группа применяется, – Сова обошла вокруг замершего Севильи и заглянула в глаза, – то кроме тебя никто не справится. А нам все равно придется их вытаскивать.
Севилья не к месту вспомнил, что среди попавших в ловушку находятся оба «претендента» на ее сердце.
– Покажешь что к чему? Надо же знать, как мы можем тебе помочь.
– Покажу, – кивнул Севилья.
Он повернулся обратно и нахмурился: Слон «деликатно» делал вид, что рассматривает верхушки деревьев, а Гайденн даже не пытался скрыть улыбки.
– Что? – сжал губы Севилья.
– Ничего, – прикинулся дурачком Гайденн. – Я просто подумал, что когда вы … это … закончите … э-э-э … узоры-то разбирать….
– По краю ходишь, – голос Совы не потерял мелодичности, но теперь эта мелодия исполнялась на металле.
– Да я что? – видимо, Гайденн ясно представлял себе возможности Мастера Разума. – Я ничего. Я просто хотел предложить, чтобы Сержанта тоже потом пригласили. Мало ли, вдруг ему понравится?
Слон не выдержал и расхохотался. Мгновением позже к нему присоединилась Сова. Севилья честно держался секунды три, а потом тоже прыснул и последовал их примеру.
Издалека в их сторону подозрительно покосился сам Сержант.
– Раз, два, три … пошел!
Ланья рванулся вперед, вгрызаясь в проклятую траву. Во все стороны полетели клочья и ошметки зеленого ковра, убивающего их надежду. Тонкая цепочка вольдов начала втягиваться в живое море зелени, не желавшее отпускать незваных гостей.
Затея, на самом деле, была безумная, но ничего лучше придумать никто не смог.
Ланья пыхтел, как сотт, прорубая перед собой дорожку, по которой вырвутся отсюда Тооргандо с Григором. Сразу позади него топал гемар, готовый в любой момент прикрыть его мечом. Третьим в этой процессии мягко стелился Григор с замершим на плече Батой, который тоже очень внимательно посверкивал по сторонам бусинками глаз. Толку, правда, от этого не было никакого. Вся троица была сверху прикрыта воздушным щитом, из-под которого не постреляешь и не поколдуешь, но все равно. Вдруг что-то да откажет.
Оно и отказало.
– Зар-р-раза, – с чувством выругался Шатун, который и обеспечивал щит. Он двигался сразу после Григора.
Ну, обеспечивал, это громко сказано. Все обеспечение заключалось в активации магиприпаса, привешенного сзади на пояс Григору. Шли вшестером под двумя щитами: первая тройка – Ланья, Тооргандо, Григор, и вторая – Шатун, Швайцер, Тахор.
– Что случилось? – завертел головой Тооргандо, почувствовав свежий ветер.
– Трава щит жрет, – сообщил сзади Григор.
И правда, в месте, где щит соприкасался с травой, начинали вспыхивать неяркие фиолетовые огоньки, поднимавшиеся все выше и выше. Узоры тут не работали.
Шатун из-под своего щита мог только руками махать. Чтобы страховать идущих впереди, надо было снимать свою защиту. А страшно…. Они хоть и выбрали направление, где не должно было быть Стрелков аталь, но «не должно», это не то же самое, что «нет».
И вот относительное спокойствие подошло к концу.
– Ай, – посмотрел себе под ноги Шатун. Как только он вступил на торную тропинку, остающуюся за Ланьей, его щит тоже начал гореть. И ничего поделать было нельзя: щит широкий, тропинка узкая, где-то да пересечется узор с травой, будь она неладна.
– Ирил, а пошире дорогу не можешь делать? – крикнул Шатун в склоненную спину.
Ланья только фыркнул откуда-то из-под руки. Им что тут, целый день сидеть на виду у всех, кося траву?
– Включай их постоянно, – посоветовал идущий последним Тахор. – Насколько хватит, настолько хватит.
После короткого раздумья, так ничего путного и не придумав, Шатун решил последовать совету торка. Позасовывав за пояс Григору магиприпасов со щитом, он уже занес, было руку, чтобы активировать первый из них, и остановился. А как? Если активировать Григора раньше, чем себя, то его щит сгорит, и свой придется снимать раньше. Жалко.
– Чего думаешь? – подтолкнул его вертящий головой по сторонам Швайцер. В прицел автомата он ловил каждое движение окружающего мира.
Шатун плюнул и запустил магиприпас на Григоре. И тут же – себе. Вроде, получилось. Магов тут же окружило кольцо из фиолетовых огоньков. Минута, и щит вокруг них начал напоминать рыбацкую сеть. Другая – и щитов не стало. Шатун тут же рванул активаторы следующих. И опять кольцо фиолетовых огоньков. Швайцер стал напоминать флюгер на ветру: каждую секунду он прицеливался во что-то новое, что могло нести в себе угрозу. Тахор развернулся и пошел спиной вперед, тоже присматриваясь к каждому шевелению вокруг. Но – никого. Тихо. Только вдалеке, почти невидимые из-за могильника, все так же неуклюже ковыляли новорожденные Твари, да виднелась неподвижная туша обожженного Паука. Неужели, они угадали?
Шаг, еще, еще. Тишина вокруг. Один магиприпас, другой, третий. Они уже почти пришли, шагов пятнадцать осталось. Ну же. С тихим шипением активировался еще один щит. Григора. Шатун протянул руку за своим…. И тут везение кончилось. Если это было везением.
В полнейшей тишине, не нарушаемой ни звуком, в купол щита один за другим начали втыкаться арбалетные болты. Полсекунды, за которые вольды осмыслили происходящее, показались вечностью. Один, два, три четыре. Остатков везения группе хватило лишь на то, что болты прилетали с ближайшей опушки, от которой вторую тройку прикрывал только что запущенный щит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
