в руках чашку с остатками чая.
— Может быть, спать? — предложила я.
— Хотелось бы, — подала голос Беата. — Но в этом наряде да сидя в кресле если и заснёшь, то проснёшься с проблемами.
Это да, я-то была в брюках. А девушки — в платьях с широкими юбками, да ещё, небось, и с корсетами. Так они точно не отдохнут. А вот защемление нерва в спине получить — это запросто. Я подумала, что я — большая молодец, раз пополнила свой запас в пространственном кармане уже вещами этого мира в расчёте на своих подруг. Это были костюмы по типу спортивно-домашних из мягкой тёпленькой ткани весёлых, но не ярких цветов: ванильный, сиреневый и бирюзовый. Себе я достала фирменный костюм из плотного трикотажа с напылением из флиса мятного цвета. Нашлись также плотные носочки и такие тёпленькие «носкотапки» с пластиковыми пупырышками по подошве, чтобы не скользили.
Переодевшись, мы перемыли посуду, я убрала в карман со стазисом оставшуюся еду. Оливия предложила сдвинуть кресла по два лицом друг к другу, чтобы можно было сложить ноги. Так и сделали. Ширина кресел позволяла это устроить. Я достала из своего кармана все пледы, одеяла и подушки, что там были. Матрац был один, поэтому доставать не стала. Но это не помешало нам устроиться достаточно уютно. Мы «выключили» свет везде, кроме дальнего угла комнаты и задремали. Как ни странно, а, может, именно потому, что были вымотаны эмоционально, девушки уснули моментально. Я ещё полежала некоторое время, прислушиваясь. Но в комнате стояла тишина. А там сон сморил и меня. Новый день сулил новые хлопоты и не только мне.
Глава 27. Следствие вели…
Герцог Викторальфрен Мортимер Дракхайн Рейдиар
Они спокойно спали! Это было невероятно. Телепортируясь в комнату, где укрылись на время штурма девушки, я ожидал всякого: истерики, слёз, паники. Я даже допускал, что увижу их спящими, уставшими от рыданий, растрёпанными, в помятых платьях. Но нет. Они спали спокойно, уютно устроившись в больших плетёных креслах «валетом», сдвинув их лицом к лицу по два и укутавшись в одеяла, как большие диковинные гусеницы.
— Было бы интересно увидеть, как они превращаются в бабочек, — хмыкнул Макс.
Он взирал на открывшуюся нам картину с одобрением, а два сыщика из Тайной канцелярии выглядели ошарашенными. Мы перенеслись обратно в дом и, посовещавшись, решили пока девушек не будить. Мы сделали главное — должностные лица зафиксировали факт их нахождения в доме. Сейчас же можно было заняться непосредственно расследованием, зная, что девушкам ничего не угрожает и наша помощь им сейчас не нужна. А вот сон пойдёт им на пользу — это, несомненно. Ведь впереди у них также беседы со следователем, потом с родственниками. Судьба каждой девушки будет решаться с учётом всех факторов. Так что силы им понадобятся.
Кабинет ректора ГКАМА пару часов спустя.
— Это невозможно! Она всё время попадает в какие-то проблемные ситуации! Я навесил на неё защиту как на драконью сокровищницу! Она была с родственниками в театре в центре столицы среди сильнейших магов — и её украли! Ты понимаешь?!
Желая показать масштаб катастрофы, герцог взмахнул руками и едва не обрушил целую башню из личных дел на столе господина ректора ГКАМА.
— Угу.
Господин ректор был взъерошен, его камзол небрежно валялся на спинке одного из гостевых кресел. Под правой рукой у него стояла большая (или огромная?) кружка с кофе, а перед ним — высоченная стопка дел адепток, отчисленных по разным причинам за ближайшие десять лет из всех академий страны. Вот в этих самых причинах теперь ему и предстояло разобраться. В каждой академии случаев было не много, но вот вместе дел получилось не мало. Ректор прихлёбывал кофе, в котором достаточную долю составлял коньяк, чтобы взбодриться, и штудировал личные дела. Пропорционально количеству просмотренных дел увеличивался удельный вес коньяка в кофе. Макс просил срочно просмотреть и найти любые зацепки или нестыковки. Также, пусть не так срочно, выяснить, были ли при исключении этом нарушены нормативные документы, и какие.
Впрочем, по второму вопросу ему очень пригодился Феофан. К Танире податься кот не мог — на помещении была защита. Поэтому побывав в поисках своей ведьмы у Амалии и Лионеллы, он объявился у Рейнарда. К этому времени господина ректора уже озадачили поиском информации об отчисленных девицах и Феофану он обрадовался как родному. Впрочем, это было взаимно. Так как Рейнард был Хранителем, да ещё и родственником создателя мира Лиран, то он мог своей энергией подкормить фамильяра пропавшей ведьмы. Но не просто так.
Рейнард придал Феофана в качестве усиления и поддержки законнику ГКАМА по внутренним вопросам — солидному, но ещё не старому гному Самуилу Вудс. Сначала гном возмутился такому ходу событий. Но скорость, с которой рыжий котяра выдавал информацию по любым нормативным документам, привела его в восторг. И теперь просмотренные папки ректор через специальный (настольный) телепорт отправлял этой паре чтобы они проверяли, правильно ли указаны документы в основании для исключения, соответствуют ли причины этим документам, не нарушены ли при этом другие нормативные акты. Ну и, конечно, первым пересматривали и разбирали построчно дело Беатрис Карриган.
Спать хотелось ужасно, кофе уже не спасал и лишь коньяк, помогал смотреть на жизнь оптимистичнее.
— Рей, первоначальный план уже давно провалился. Мы уже далеко ушли от той точки, когда его можно было в том виде реализовать.
— Так, значит, надо реализовать его в другом виде, — Рейнард отвечал больше на автомате — просто чтобы не заснуть и поддержать беседу.
— В другом? Да, наверное. У тебя есть идеи? — спросил Виктор, увидев, как лицо брата озарилось какой-то яркой мыслью.
— Пока сам не понял — надо поразмыслить. Так, а что там за история со жрецами?
— Тут всё просто и сложно. Я просканировал жречество через полевые структуры. Сил потратил прорву. Сёстры помогли с мужьями, иначе бы не получилось охватить такой объём. Вас с Максом нельзя было сейчас обесточивать. И знаешь, нашлось довольно много по стране. На разных уровнях, с разным доступом, мужчины и женщины. У кого-то обида, у кого-то месть, кого-то шантажируют, кто-то за выгоду. А следы ведут ко второму советнику.
— Опять?! Опять менять
