И вот здесь как раз между Родом и огненным богом родился Велес. С точки зрения эзотерической науки, это как раз тот момент в творческой работе небесных сил над Мирозданием, когда нарождающимся полям первичного микромира требуется энергия сознания. Если бы Велес — бог космической мудрости, духа и сознания — родился от Сварога, то наша Вселенная не состоялась бы. Молодой, раскрывающейся как цветочный бутон, Вселенной требовалась мудрость и информация о прошлых Вселенных, а её мог дать лишь сам Род, ведь только он имеет к ней отношение, а не Сварог и никто другой. С другой стороны, эта мудрость, базирующаяся на информации о погибших, ушедших в небытие Мирозданиях, должна быть активной. Вот почему корова Земун — образ активного, возбуждённого, переходящего в микромир вакуума — и народила бога вселенской мудрости и осознания.
А теперь рассмотрим имя «Велес». Что оно означает? Оно состоит из двух слов, вернее, из двух слогов: «Ве» и «лес». Многие, даже волхвы, не получившие высшего посвящения, переводят его примитивно: дескать, «Ведающий лесом», отсюда и образ медведя и т. д. Правда, под словом «лес» они представляют всю природу. Такое имя несколько ближе к истине, но и оно не совсем точно. Первая часть имени «Велес» действительно означает глагол «ведать». Но дело в том, что современный человек утратил смысл слова «ведать». Да, мы, руссы, до сих пор этим словом пользуемся, но только одной его частью, которая отвечает за информацию. А ведь глагол «ведать» означает ещё и все его проявления — творчество, плюс ко всему управление творческими процессами и многое другое, но нас пока интересует только это. Теперь разберём второе слово «лес». На первый взгляд, может показаться, что речь в самом деле идёт о природе. Однако, если учесть космический характер бога, то, конечно же, версия нашего земного леса отпадает. Слово «лес» означает духовную эволюционную лестницу, которую должен пройти любой носитель божественного сознания, в том числе и человек, чтобы достичь уровня самого Рода; об этом мы уже писали. А Велес и является тем самым провожатым для духа человека в его подъёме на уровень бога.
Другими словами, имя «Велес» переводится полно как «бог, ведающий лестницей эволюционного духовного подъёма». Из этого следует, что Велес является ещё и куратором творческой энергии, и это наиболее важно как в строящейся молодой Вселенной, так и в эволюционирующем духе человека.
Вот почему наши далёкие предки 13 тысяч лет тому назад, покидая полуостров Таймыр, куда они частично вынуждены были переселиться с гибнущей прародины, взяли с собою в неизвестность одно золотое изображение Лады — богини любви и созидания, и золотую статую Велеса — бога творческих сил и мудрости. Кроме всего прочего, с золотыми изображениями богов нашими предками были взяты в странствования две копии великой «Весты»; одна предназначалась для будущего центрального храма небесной Лады, другая копия «Весты» должна была храниться в главном святилище Бога Мудрости. Наши предки арии, навсегда покидая высокие широты, взяли с собой орианскую гиперборейскую любовь и вместе с «Вестой» — космическую мудрость. Современные исследователи истории Руси изо всех сил пытаются доказать всему миру, что на русской земле храмов богам не строили. Дескать, западная Русь с его храмами Световида, Руевита, Радегаста и Триглава Великого не в счёт. Но тогда откуда взялась традиция строительства христианских православных храмов? Ведь на пустом месте ничего не бывает. Всему миру пытаются доказать лжецы от науки, что руссы признавали только капища, и молились, дескать, славяне природе и всему живому. В какой-то степени в словах христиан есть правда.
Дело в том, и мы об этом уже упоминали, что древнерусские главные храмы богов представляли собой настоящие крепости, и стояли они не в стенах городов, а в скрытых от глаз врага урочищах, как правило, среди дикой дубравы или в глубине соснового леса. В городах всегда ставились дочерние храмы, в обязанности которых входили образовательные функции и проведение магических празднеств.
А почему эти храмы в древнерусских городах найти не могут, очень просто: на их месте христианские общины поставили свои церкви. Например, если не знать, то можно никогда не найти в Стамбуле главную святыню восточного христианства — храм Святой Софии. Этот храм ещё в пятнадцатом веке сразу после захвата турками Константинополя был перестроен в главную османскую мечеть. Рядом с ним возникли минареты, а вместо христианских фресок появились мусульманские. Так вот, храмы мудрого Велеса когда-то стояли во всех русских городах, потому что мудрость на Руси ценилась не меньше любви и выше любой власти. Но по традиции главный храм бога творческой энергии и мудрости находился, как ему и положено было быть, в глухом, непроходимом лесу на берегу озера Белое. До сих пор на берегу этого большого озера в среде старожилов бытует легенда, что некогда в глухих лесах, окружающих озеро, жил князь всех медведей. Это был медведь огромного роста, с белой, как снег, шерстью. Легенда повествует о том, что на этого медведя приехал охотиться сам «ласковый князь Владимир Киевский», и что много белозёрских медведей заколол князь своей булатной рогатиной. И вот, наконец, вышел на Киевского князя белый медвежий князь, и был он огромен, как тур, и так силён, что не страшна была ему рогатина Владимира. Бросилась тогда на белого медведя-исполина вся княжеская дружина, но огромный медведь мигом перебил своими лапами всех богатырей, а когда покончил с воинами, бросился на самого князя. И конец пришёл бы Владимиру, да взмолился князь богу, тогда отпустил белый медвежий князь князя Киевского. Отпуская, наказал ему человеческим голосом, чтобы никогда никто из князей не охотился ни на медведей, ни на лосей и другую дичь у священного озера. И что разрешает он — медвежий князь — заниматься охотой у озера только простым людям из народа, так как простые люди от нужды идут на охоту, а бояре и князья — в поисках славы себе и от жадности. Дал слово княжеское медвежьему князю Владимир Стольнокиевский и уехал из тех мест ни с чем восвояси. Горько было гордому князю Владимиру давать слово смирения медведю лохматому, да ничего не поделаешь — пришлось смириться. Но, приехав в Киев-град, стал собирать Владимир-князь новую дружинушку, чтобы снова отправиться с ней на священное озеро и наказать за строптивый нрав зверя лесного, белого князя медвежьего. Но повелитель лесов сам явился к князю Владимиру, и задушил он своими лапами князя Киевского вероломного в его постели. Ничего не могла поделать с ним дружинушка князя Киевского. Превратил храбрых воинов медведь белый своими чарами в столбы дубовые, а сам ушёл преспокойно на охраняемое им озеро, и никто ему в дороге дальней и трудной не препятствовал. А в честь медведя белого — князя медвежьего — назвали люди священное озеро Белым озером, и до сих пор в лунные ночи можно увидеть на его берегу идущего дозором исполинского белого медведя.
Удивительная и очень древняя легенда, и в ней есть та истина, которой так не хватает для понимания земного обличил Велеса. Действительно, на Руси считали, что могучий Велес всегда приходит к людям в образе медведя. Но какого медведя — вот в чём вопрос. Принято считать, что бурого, но, оказывается, это не так. На Руси на бурых медведей всегда охотились, и охота на них была обычным делом. А, как известно, на священных зверей русские люди оружия не поднимали. Например, на русской земле в дохристианскую эпоху диких лошадей-тарпанов, как и лошадей домашних, в пищу не употребляли, а значит, их и не преследовали. Если бы бурый медведь был священным зверем мудрого и могучего Велеса, то на него никто бы не охотился. Не охотились русские люди на медведей белых полярных и, как следствие этого, не трогали бурых медведей-альбиносов, по-народному, князей. Белых медведей русские люди, даже имея огнестрельное оружие, добывали только по необходимости и всегда считали, что убийство белого гиганта — большой грех. Со своей стороны, полярный медведь, не в пример своему бурому собрату, относится к человеку, как к своей ровне по силе, и бессознательно не приходит в ужас при его виде.
Это говорит о том, что наши предки ориане и арии даже в более позднее времена, когда ареал белого медведя был куда больше теперешнего, на него не охотились. Не охотиться они могли только по одной причине: если полярный гигант считался у них священным зверем.
Судя по отношению наших предков к белому медведю, особенно хорошо это просматривается во время освоения русским народом севера Сибири; так оно и было. Но нас могут справедливо спросить: почему речь идёт только о русских людях, ведь на побережье Северного Ледовитого океана живут эскимосы, чукчи, нганасаны и т. д.? Но дело в том — и это не в состоянии отвергнуть даже наша примитивная историческая наука — что монголоидная раса расселилась на севере сравнительно недавно, не более 3 тыс. лет тому назад, а до этого на северном побережье Евразии жили исключительно европеоиды; это доказывают и многочисленные антропологические находки. Так что с белыми медведями Арктики многие тысячи лет общались не предки эскимосов и чукчей, а предки арийских народов.
