настроены ко мне крайне дружелюбно, у нас было множество общих весёлых воспоминаний и шуток, но следовало понимать, что некоторые люди не совсем так устроены, как сычи, которые общаются с другими людьми без цели ради удовольствия, если человек им нравится, а если нет — то не общаются; у некоторых людей в общении главным играет цель и связь . Поэтому я знал, что меня принудительно забудут после увольнения как Вассермана, Леру Никольскую, Таксиста и тётю Таню и больше никуда не позовут. Кайло меня отпустит уже с лёгкой душой, так как из меня не вышло фашиста — ну не могу я коуперствовать настолько, для этого мне надо опустить своё сознание до уровня «чмохи» и ещё отрезать свои яйца вместе с «Джимбо»; вот без яиц из меня возможно бы и вышел фашист . Я понимал, что жизнь одна, и зачем я её трачу на работу на Заводе, когда из Картофелистана на нас идут пришельцы, в любой момент настанет Апокалипсис, надо прожить её с большей пользой для себя. Но с какой пользой? Тупо сычевать без возможности даже сходить на свидание?
И, с другой стороны, я дико коуперствовал, подсознательно понимая, что это коуп, но не хотел признаваться в этом себе. Я размышлял о «нормализации» (мечте перевоплотиться из сыча нормисом, выйти на «новый уровень»). Мне казалось, что вот я тусуюсь с нормисами, это круто. Почти та же удочка, на которую попался Бутылыч. Я забыл про свою парадигму, что мы — два разных «народа», что есть сычи, а есть нормисы, и у всех разное развитие и восприятие, мы не единый «народ», и нет никакого «нового уровня». Да и мой коллектив, если быть до конца честным, не подходил даже под определение «нормализации». Много коуперствующие (кто-то мягко, как лапуля Полина, а кто-то агрессивно, как лапуля Ангелина) замужние говорилки, которым, по большей части, за 30 лет, и для которых мы не только «друзья», но и объекты для женских демо-версий, чтобы мы лучше работали и приносили больше выработки для С-семьи, находясь в иллюзиях; да мужчины, не очень общительные, из которых классическим нормисом был лишь один. Такая себе «нормализация», держащаяся только на самообмане. Ещё была у меня одна иллюзия, построенная на том, что на Заводе иногда всё-таки появляются молодые и красивые тянки, такие как лапуля Сара и лапуля Надя, что рано или поздно я всё-таки встречусь там с той, которой понравлюсь, ибо у меня будет трафик из приходящих стажёрок . Это чистый и бесповоротный коуп. Я всё-таки не Зарплатыч, который не может сидеть дома на чистой удалёнке и ходит так пикаперствовать на Завод по-нормисовски. Воображать себя им было глупо, сверх глупо. Для сыча и так познакомиться с тянкой целая удача и стечение обстоятельство, а уж тем более в иерархии на работе, где, конечно, текучка кадров и появляются свежие люди, но иерархия эта всё же закрытая… Поэтому для меня идеальным был бы формат Тиндера, если бы там было всё честно.
Вот так я страдал и выгорал из-за этих дум, попусту грузя свою больную голову. Делал всё вопреки заветам Кайло. Как футболист Марио Баллотелли в знаменитом матче «Рубин — Интер», получивший вопреки заветам тренера Жозе Моуриньо красную карточку, который потратил весь перерыв в матче, уговаривая Марио не вестись на провокации . Спорил с лапулей Ангелиной по задачам «Мельказово», получая в ответ женские тейки, что «я такой сякой, в белом пальто, и считаю будто бы вокруг меня весь мир вертится, и все должны подстраиваться». Спорил с Рихтер и Мещеренко по поводу гигантских задач от «Авиа-системникус», которыми они решили добить за неделю до отпуска мою больную голову. Парился из-за нового формата рассадок — Седовласый и Бородатый придумали ещё одну гениальную идею — сажать за одно место в офисе двух сотрудников. Один в офисе, другой на удалённом режиме дома в тот же день, а потом наоборот. Ох#енное издевательство над людьми, со всеми богомерзкими многочисленными VPN и прочим лютым г#вном. Моя свободная творческая душа такого бы не выдержала; как же хорошо то, что я не дожил до такого. Но, на тот момент, я в личку лапуле Ангелины писал, что я буду по ней скучать, если нас поставят в подобную пару (она присылала мне добрые смайлики в ответ) и говорил ей о своём недовольстве по поводу всей этой затеи, в ответ получая гречневые тейки о том, как же так, ну они же начальники, «в офисе тебе свободы никто не даст»… Никакого полёта мысли, странная гречневая закостенелость . Вот всё обязательно должно быть так, а не как иначе? Никакой оригинальности … Зарплатыч радовался возможности выходить на удалёнку в таком формате, как ребёнок… В то время, когда уже в современное время абсолютная удалёнка — это не «плюшка» с небес, не бонус, а просто данность . Я предпочёл в пару Зарплатыча из-за его этой радости, а лапулю Ангелину Кайло поставила в пару с Наставником.
Под конец я вместе с Вороновой ещё и заболел простудой. То ли её заразив, то ли от неё словив заразу. Болезнь добавила мне ещё больших страданий, я рыдал как сучка . И какой-то чёрт меня дёрнул сразу после выздоровления поехать вместе с Кайло и С-семьёй на корпоратив в тотальные #беня… Без #беней корпоративы на Заводе не проводились, всё максимально для усложнения жизни сотрудников . А надо было просто не метаться, смириться с тем, что я коуперствовал, смириться в тем, что «нормализация» — это чепуха, а я просто сыч, решить для себя чисто, что ухожу в РНН для поисков и самопознания, спокойно выждать время, отгулять отпуск и написать заявление… Но получилось всё интересней , может быть лучше, а может быть хуже, чем в том случае, если бы я тогда рассуждал здраво, этого уже мы никогда не узнаем…
Глава Тринадцатая. Дезаводизация.
Почему это произошло?! В какой момент мы поняли, что никогда не покидали того места, из которого всеми силами старались сбежать? Когда призраки прошлых лет становятся реальностью нынешнего дня?
СУББОТА
