Коронной Службы.
Капитан Стен Гибенс думал. Обычно он старался использовать всё свободное время для анализа, но с ясеньцами это оказывалось той ещё задачкой. Почти каждая минута была расписана. Почти постоянно с «дорогими гостями» кто-то беседовал. В машинах, во время роскошного обеда, после заселения в не менее роскошные номера – всегда рядом кто-то был и старался вывести на разговор. Местные службисты мягко и ненавязчиво пытались дознаться до секретов, добытых разведчиками в Республике. И ведь им не объяснишь, что секретов этих – с гулькин нос! Даже если выложить их все, всё равно не поверят!
Парни как раз были на очередной такой «беседе»… Ясеньцы всё выстроили грамотно. Не допрос – беседа. Правда, каждый раз со всё более высокопоставленными функционерами Коронной Службы… Интересно, если так и дальше пойдёт, их сама Королева тоже примет? Чтобы окончательно вывести из равновесия, заставить сорваться, выложить сокровенное? Однако формально всё было организовано так, что и не придерёшься.
И опытный разведчик со всей кристальной ясностью осознал: они не отстанут. Завтра, край – послезавтра, в Ясень прибудет официальная делегация его Планетарного образования. До этого времени всё и должно случиться. Если не удастся достучаться до «сознательности», не удастся вывести на откровенность, они используют то, что единственное возможно без применения жёстких методов – попытаются снять данные с информационных носителей. О наличии подобных ясеньцы были прекрасно осведомлены, выявили ещё при первом сканировании. Попытались считать дистанционно, но там стояла серьёзная защита от такого считывания. Так что дорога одна – брать, и физически переписывать. А это значит, что сегодня ночью их по-любому временно выведут из игры. Без всякого шума и пыли. Просто усыпят, и сделают с устройствами всё, что им нужно. Потом вернут, как будто ничего и не было. Сам Гибенс сделал бы точно так же.
Можно было начать возмущаться. Даже учредить какое-то дежурство. Но никаких внятных технических средств в их распоряжении не было. Всё осталось на изъятом Республикой корабле. А значит, их всё равно устранят, невзирая ни на какие меры предосторожности. Эта гостиница, от подвала и до чердака – вотчина ясеньской контрразведки. Здесь всё подчинено цели обработки гостей в нужном им духе. Поэтому на взгляд опытного разведчика следовало… расслабиться и получать удовольствие. Почти так же, как поступили его парни на яхте эксцентричного республиканца. Только секс им никто предлагать не станет… Хотя чем чёрт не шутит!
Раздался ненавязчивый стук в дверь. Посмеиваясь своим мыслям, капитан направился к выходу. Время, отведённое на приведение себя в порядок перед очередной «беседой», вышло. Его уже ждали. Что ж, всё-таки он у союзников. Как бы ни сложились обстоятельства, а Ясень – член Конфедерации. Полученная от его парней информация в конечном счёте послужит их общему делу. Ну а Меч Республики… этот жук сто процентов прав, используя их в качестве отвлекающего фактора. Сейчас Коронной Службе нет никакого дела до эксцентричного капитана, путешествующего по космосу в компании девяти красоток. Сейчас все взоры прикованы к нему и его парням. Даже после донесения на имя аж целой Королевы, которое он уже продумал и подготовит завтра, местные спохватятся далеко не сразу… Ну что же, будет и им сладкая месть. Если бы их с парнями непрерывно не допрашивали, если бы дали немного прийти в себя, собраться с мыслями – всё могло сложиться иначе. Он лично бы вышел на местного заправилу и в частной беседе настоятельно порекомендовал бы обратить самое пристальное внимание на истинного виновника торжества. Но пусть всё идёт, как идёт. Пусть его собственный куратор, по прибытии на Ясень, начинает эту игру, а он – пас. Идите вы все… на четыре буквы ясеньского алфавита!
Сноски:
(2) Особист – так по традиции именуется представитель спецслужб в войсках. Особист при этом следит за ситуацией с преступностью во вверенных ему войсковых частях. Слово это вошло в русский язык и стало нарицательным во времена СССР. Особист – сокращение от должности представителя Особого отдела КГБ в войсковой части. Справедливости ради следует отметить, что в те далёкие времена особисты не ограничивались одним лишь формальным надзором за преступностью и ведением дознания. Зачастую наряду с замполитами они имели развитую сеть осведомителей во вверенной части и даже занимались профилактикой преступлений. Очевидно, что положение ясеньского контрразведчика вряд ли будет совпадать с таковым земного особиста, и Леон просто называет привычным ему словом схожее социальное явление.
Летние визиты
На корабле вся стая, не сговариваясь, собралась в капитанской каюте. Все расселись на полу, на мягком ковре – а над нами, имитируя танец огня, пылал камин. А ещё в непосредственной близости имелись тренировочная зона и… бассейн.
- Знаешь, Кошак… я вот о чём подумала, - почему-то сегодня за всех думала именно Лайна – в части философских абстракций, разумеется. - Не просто так любой корабль считается территорией того Планетарного образования, к которому принадлежит экипаж... А потому буду пользовать тебя сейчас вдоль и поперёк – как принято в Республике!
Все абстракции на последнем аргументе рассыпались прахом. Оказывается, рыжая и не думала переходить на философский лад! Только не рядом со своим котом, в уединённом и уютном гнёздышке, ценность которого сегодня в полной мере прочувствовала. Но и набрасываться не спешила – она начала игру.
Из положения на коленях валькирия гибко перетекла на четвереньки. Прогнула спину. Она, как и прочие кошки, была полностью обнажена, а потому продольные мышцы спины, напрягшись, проступили особенно рельефно… как и мышцы покатых бёдер. На бархатной, шелковистой коже заиграли всполохи близкого огня. По волосам прошлась вереница разрядов, распушая их, просыпая по спинке, по плечам, по груди… Да-да, волосы припали к её эффектной грудке, будто наэлектризованные. Стоит ли говорить, что от вида дышащей соблазном девчонки меня основательно проняло? Тем более, представление это было для меня одного…
Однако валькирия и не думала останавливаться на достигнутом. Её зеленющие глазищи горели азартом и предвкушением, а стройное напряжённое тело совершало уже новые, не менее возбуждающие, движения. Кошка… поползла – как была, на четвереньках, припадая то на одну, то на другую сторону; каждый
