груди вырвался лишь растерянный выдох, а Ортего уже снова говорил. На этот раз четко и такие слова, от которых мои колени дали слабину, а руки непроизвольно вцепились в его плечи и смяли ткань рубашки.
- Аурика, любовь моя. Будь моей женой! Сегодня. Сейчас. Навеки!
Качнула головой, крепко сжав губы, чтобы они не дрогнули и не выдали меня с головой, но глазами сказала «да», и Ортего всё понял правильно, тут же просияв лицом и закружив меня по залу.
Всё у нас не как у людей!
Ещё через час, проведя таинство древнего венчания в оранжерее Кассайд, в которое самым бессовестным образом не посвятили никого кроме моего покровителя, явившегося сразу, как только я его призвала, мы с Ортего лежали прямо на траве, переплетя пальцы рук, и не делали больше ни-че-го.
Ещё вчера я позволяла себе сомневаться. Ещё позавчера я не видела чёткого будущего. Ещё неделю назад я не понимала, зачем вообще живу.
Сегодня я как никогда твёрдо осознала, что жизнь продолжается. Арнуш всегда будет жить в моём сердце и моя любовь к нему не угаснет никогда. Но Ортего доказал, что моё сердце велико настолько, что снова способно любить. Здесь. Сейчас. Его…
- Спасибо.
Я легонько сжала его руку, благодаря за всё. Особенно за его упрямство, которое оказалось сильнее моего. Никогда не думала, что буду восхищаться этой его чертой характера!
- Спасибо, - с нежностью отозвался Ортего, и я поняла, что он благодарит меня за то, что я дала нам шанс.
Глупый! Это было неизбежно, но только сейчас я могла признаться самой себе, что заинтересовалась им ещё в кабинете Рвача. Слишком уж он был… Нетипичным для эльфа!
- О, вот вы где! – выскочила на нас из кустов мадам Эльвира, перед этим хорошенько пошумев, словно резко растеряла все навыки бесшумного шага. – И что это мы тут прохлаждаемся, пока весь дворец на ушах? Ласточка, что за нелепость я услышала от Льюиса? Почему это мы должны ночевать сегодня за пределами дворцовых стен?
- Потому что таков приказ твоей Владычицы, Эльвира, - произнесла я с таинственной усмешкой, даже и не думая делиться с ней информацией, из-за которой деятельная гномка обязательно возьмется за сковороду. И не факт, что мне не прилетит первой. – Прошу верить мне и исполнять приказ в точности, от этого зависит дальнейшее будущее всех нас.
- Не договариваешь что-то… - прищурилась женщина, воспитавшая не одного Дуболома. – Ну да ладно, сегодня поверю.
Благодарно улыбнулась, всем своим видом давая понять, что искренна, как никогда, на что мадам Эльвира громко фыркнула и закатила глаза.
- Юноша-то хоть с тобой остается? – И одним подбородком указала на Ортего, который даже не сел, как я, продолжая лежать и беспечно улыбаться, держа меня за руку. Кивнула ей, и гномка эмоционально всплеснула руками: - Ну слава всем земным недрам! Ладно, ухожу. Но если что – свисти, от гномьей общины до дворца – пять минут бодрой рысью.
Поворчав ещё немного в своей любимой манере, Эльвира наконец ушла, но я выждала ещё десять минут, потратив это время с умом, чтобы мысленно промчаться по огромной площади дворца и убедиться, что он практически пуст, хотя ещё несколько часов назад в его стенах находились сотни демонов и не только. Отлично.
- Идём, пора.
Поминальный ужин, на который я пригласила лишь демониц из числа Старших и Младших Матерей, было решено провести в личных покоях Кассайд. Этим я планировала достичь сразу несколько целей: показать, что власть уже в моих руках, несмотря на то, что официальная церемония ещё не проведена; дать понять, что не боюсь их, пуская в святая святых – личное пространство; ну и, наконец, если уж прибираться наутро, то не у меня, а в месте, которое будет не жалко разгромить.
А то, что без погрома не обойдётся, я чувствовала всей своей сутью.
В отличие от моих богато обставленных, но одновременно строгих комнат, покои Владычицы Кассайд поражали площадью и роскошью. Светлые ковры с длинным ворсом на полу, мозаика редкими металлами и драгоценными камнями на стенах, огромные хрустальные люстры на потолке, изысканная мебель из дорогих пород древесины, довольно много зелени по углам и даже полноценный бассейн с фонтаном в центре одной из гостиных, которую с легкостью можно было использовать вместо бальной залы. Её я и выбрала, приказав накрыть столы для фуршета вдоль стен и не поскупившись на алкоголь. Местные поминальные традиции включали в себя щедрое застолье и задушевные беседы, обсуждение былых заслуг усопшей и восхваление наследницы.
Вообще ситуация с моим наследованием складывалась не самая типичная. Все слышали последнюю волю Владычицы Кассайд и жили с этим знанием далеко не первый год, не посмев оспорить это при её правлении. Но в то же время совсем не я оборвала жизнь предшественницы в ритуальном бою, а какой-то там мужчина, ко всему прочему ещё и не имеющий боевой ипостаси (но это не точно).
Даже интересно, как быстро Маниша поднимет этот вопрос? Сразу или сначала дождется подходящего момента, когда всё расслабятся и выпьют?
Сменив синее платье на пепельно-серый брючный комбинезон, который не стеснял движений, но своим траурным цветом в лучших традициях Бездны отдавал дань уважения умершей старухе, я забрала волосы в высокий хвост, а из украшений надела только венец.
Не вооружаясь напоказ, тем не менее прихватила с собой катану, но до поры спрятала её от чужого внимания за спинку стула и замаскировала магией.
Пусть думают, что я самоуверенна без причины. Пусть считают меня слабой и самонадеянной, глупой и непредусмотрительной. Пусть покажут все свои тёмные стороны.
Эту ночь переживут не все…
- Давир, не хмурься, морщины тебе не к лицу, - отвлекла своего официального фаворита, чтобы прекратил гипнотизировать входные двери, через которые с минуты на минуту должны были войти гостьи. – Что за нервы? Я зря тебе доверилась?
Встрепенувшись, парень резко одернул набедренную повязку, которая была его единственной одеждой на эту ночь, вскинул на меня виноватый взгляд и отрывисто произнёс:
- Нет, моя Владычица. Я… волнуюсь. За вас.
- Ты здесь для другого, - строго осадил его Льюис, выглядевший на фоне Ортего и Давира изящным тростником в дубовой роще.
Все трое этим вечером пребывали в человеческой ипостаси и выполняли роль прислуги, которую я приказала вывести из дворца в первую очередь, но в то же время были одеты, как мои наложники – кожаные набедренные повязки самого
