движущегося круга синеватого пламени. Все прочие бросили свои прыжки и наблюдали за ним, лезли друг на друга, на столы и на столбы. Восторженные вопли и рев заглушили даже бой в бубны. Сам Микиль-Тролль вскочил на ноги и хлопал в такт, радостно вопя.
Постепенно Хальвдан придвинулся к хозяйскому столу. На возвышении уже все стояли, чтобы не упустить ни кусочка редкого зрелища. Один из факелов метнулся к полу, Хальвдан наступил на него… и огонь погас. Хальвдан прервал пляску и выпрямился с оставшимся факелом, будто не зная, что делать. Тролли разочарованно взвыли.
– Вот тебе другой, получше! – крикнула Рагнхильд.
И бросила ему тот длинный предмет, что висел позади нее на столбе.
Хальвдан схватил его в воздухе одной рукой, отшвырнул последний факел и выхватил пойманный меч из ножен.
Полутьму огромных покоев порезал острый, яркий светло-зеленый луч, и в его свете все прочие огни померкли. Одним прыжком Хальвдан оказался возле возвышения, вскочил на него, потом на стол. Зеленый луч взметнулся и резко упал. Ослепленные йотуны даже не сумели увидеть, что произошло, – раздался жуткий грохот, будто весь дом рушился им на головы.
Но рухнуло только одно – огромная туша Микиль-Тролля. Отрубленная голова скатилась с плеч и поскакала, грохоча, как валун, – на стол, на помост, на пол…
Разом все огни в доме погасли. В наступившей темноте и тишине – все были так ошарашены, что лишились голоса, – виднелись только два светлых пятна.
Мерцал зеленоватый клинок Губителя Тьмы.
И сияли одетые солнцем руки Рагнхильд, стоявшей за столом. Благодаря этому Хальвдан ясно видел, где она.
Свободной рукой Хальвдан ухватил ее за руку и потянул. Подхватив подол роскошного платья, она вскочила на сиденье, оттуда на стол. Хальвдан спрыгнул на другую сторону, на помост, она прыгнула за ним. Так же быстро они оказались на полу. Взмахом меча Хальвдан прорезал тьму – слишком близко стоящие йотуны подались назад – и повлек Рагнхильд к выходу.
Резкими взмахами меча и освещая, и расчищая путь, Хальвдан пробивался к дверям, к зеленовато-голубым всполохам в небе. А те разгорались все ярче: лежащий в озере меч Фрейра как будто знал, что его младший брат исполнил свое назначение.
У самых дверей зеленоватый свет меча вырвал из тьмы потрясенное лицо Фьёра – тот стоял, прижавшись к дверному косяку, ни жив ни мертв.
– За мной! – повелительно бросил Хальвдан, как привык приказывать своим хирдманам.
Вдвоем с Рагнхильд они выскочили за дверь, под зеленое свечение неба. Из дома полетели крики, и с каждым мгновением они нарастали: когда сверкающий Губитель Тьмы скрылся с глаз, йотуны чуть опомнились. Они уже поняли: произошло нечто невероятное, сокрушительное, но еще не поняли – что именно.
Обернувшись, Хальвдан увидел Фьёра – тот вышел за ними, его глаза были вытаращены, на лице застыли изумление, возмущение, испуг.
– Т-ты убил моего отца! – выдавил он.
Как будто не знал, что к тому все и шло.
– Я пришел без оружия и не нарушил слова.
– Но…
– А я никакого слова не давала! – вставила Рагнхильд.
– Так это вы, – Фьёр перевел взгляд между ними, поняв, как его семейство было одурачено, – это вы хитры, как настоящие йотуны!
– Я сдержал свое слово, теперь ты сдержи свое. Выведи нас отсюда.
Фьёр медлил.
– Ты клялся головой Имира. И у тебя нет выбора. – Не выпуская руки Рагнхильд, Хальвдан поднял клинок, направив острие к горлу побледневшего Фьёра. – Твое троллинное прошлое кончилось, его не вернуть. Если хочешь стать человеком – выведи нас отсюда.
– И твоя мать теперь свободна, – добавила Рагнхильд.
Фьёр свел глаза к носу, сосредоточив взгляд на изумрудно-зеленом клинке. Потом он овладел собой и поднял руки ладонями вперед:
– Будь по-твоему. Имировы кости, я не допущу, чтобы мой подлый братец…
Не договорив, он вдруг бросился на землю – и перед Хальвданом оказался рыжий конь с длинной золотистой гривой. Рагнхильд вскрикнула от неожиданности – и вспомнила, что этого коня она уже видела. Именно на него однажды села Элдрид, и он чуть не увез ее из Среднего Мира.
Не теряя времени, Хальвдан убрал Губителя Тьмы в ножны на плече, вскочил на коня, подал руку Рагнхильд, втянул ее к себе и усадил перед седлом.
– Поехали! Сперва к тролльборгу!
В дверях показался ком из йотунов: каждый хотел пройти первым. К двери пробились самые крупные – сцепившись рогами и когтями, они надежно закупорили выход. Несколько торчащих из мешанины голов могли только проводить глазами золотистый хвост жеребца, летящего прочь по долине под зеленоватыми волнами в небе.
Вслед им полетел неистовый вой. Хаки, опомнившись рядом с грудой камня, что прежде была его отцом-троллем, понял, что случилось кое-что похуже. У него похитили невесту…
Прядь 45
Рыжий конь стрелой мчался по каменистой долине, в небе перед ним крутились сполохи, похожие на змею, норовящую свиться кольцами. Хальвдан прижимал к себе Рагнхильд, и, несмотря на тревогу, его душу заливал восторг. Микиль-Тролль убит, а значит, они смогут вырваться из этого сумрачного мира. Они молчали, боясь единственным словом разрушить удачу. Если бы кто-то увидел их сейчас, то поразился бы счастливому выражению лица девушки в роскошном золотистом платье, прильнувшей к чудовищу с рогами и медвежьей мордой.
Пока они мчались, огненная змея в небе все усложняла свои пляски, и вот уже стало ясно, что белые и лиловые сполохи рисуют тролльборг – заложенные одно в другое плетистые кольца. Небесный узор делался все крупнее, вот он навис на головами, и в тот же миг рыжий жеребец встал перед земным троллеброгом – замшелыми каменными валами. Нижний и верхний поместились точно друг против друга.
Хальвдан помог Рагнхильд спрыгнуть на землю и только потом слез сам – не доверяя Фьёру до конца, он не позволил бы девушке одной сидеть на этом коне.
В середине тролльборга, там, где знак солнца, появился свет. Держась за руку Хальвдана, Рагнхильд вгляделась.
Конь заржал и нетерпеливо стукнул копытом.
– Иди! – велел Хальвдан. – Те твари ведь могу пуститься в погоню.
– А ты? – Рагнхильд обернулась к нему. – Ты разве не пойдешь со мной?
– Я здесь не пройду. Каждый из нас вернется только тем путем, каким пришел. Иди скорее, и я пойду искать мой проход через курган.
Рагнхильд с тревогой смотрела ему в глаза, и Хальвдан не сознавал, что она по-прежнему видит не его, а чудовищного полумедведя-полукозла.
Но Рагнхильд видела именно это. И понимала, что не знает, как выглядит ее спаситель.
Хальвдан легонько подтолкнул ее ко входу в тролльборг. Она сделала шаг туда,
