Подруги вторили мне своими криками. Но никто на помощь не являлся. А монстр уже стоял возле меня. Он протянул свои большие страшные лапы, как бы одетые в кожаные перчатки, и его острые синеватые ногти вцепились мне в плечи.
Ослепительная молния вспыхнула у нас над головами. С неба брызнули капли. Ожидая, что полузверь сейчас вопьется мне в горло, я крепко зажмурилась. Раскатистый гром ударил в вышине. Словно вторя ему, злой дух издал громкий крик. Мое сердце замерло…
Но хватка почему-то ослабла. Должно быть, это ужасное чудовище решило отсрочить время моей гибели, желая насладиться своей властью.
Я стояла и тихо ждала того, что последует. Внутри у меня все похолодело. Я слышала удары сердца — глухие и редкие. А злой дух чем-то щелкал, отсчитывая последние мгновения.
Сим клубком никто не вяжет.Порчен он — все будет худо.Не уменьшить камня тяжесть,А клубок тяжел покуда… —
услышала я знакомый голос. Мое сердце заколотилось громко и часто. Это же Еремея! Не может быть! Но голос колдуньи звучал ясно и спокойно. Только вой ветра и раскаты грома слегка заглушали слова знахарки. Желая удостовериться, что это не слуховая галлюцинация, я открыла глаза.
Возле моего камня стояла Еремея и читала вместо меня заклинание. Знахарка выглядела несколько непривычно для меня: волосы, обычно аккуратно собранные в пучок, были растрепаны, серая длинная юбка забрызгана грязью, свитер с высоким воротом был весь усыпан травой и листьями, а ведь Еремея всегда так опрятна в одежде. Косматого злого духа нигде не было видно.
Но вот снова темное небо рассекла яркая вспышка молнии, и среди камней возникла фигура полузверя. Шерсть его стояла дыбом, глаза бешено сверкали, чудовище дико взвыло, оскалило пасть и резко выставило вперед свои громадные лапы. Из-под синеватых ногтей выползали синеватые паучки, на секунду останавливались на кончиках пальцев, а затем падали на землю и, быстро перебирая лапками, бежали к нам. С каждым шагом пауки становились все больше и больше, и вот уже не крошечные насекомые, а огромные монстры подступили к нам. Несколько пауков вплотную подошли к Еремее и, цепляясь своими коготками за подол ее юбки, стали оплетать одежду белыми толстыми нитями, стараясь стянуть их как можно сильнее. Но колдунья смотрела прямо перед собой и уверенно произносила слово за словом. Наконец она произнесла последнее…
Чудовище снова дико завыло, зарычало, замотало лохматой головой. Сверкнувшая молния ударила прямо в него, и мгновенно злой дух был словно весь пронизан ярким желтым светом. Загрохотал гром, да так сильно, что казалось, земля трещит и вот-вот расколется…
И вдруг все исчезло: и чудовище, и огромные пауки, и паучки, бегущие в траве.
Я посмотрела под ноги. Сугроб из паутины медленно таял, будто снег, а у самого его края лежал огромный букет из засушенных трав. Я узнала эти цветы — они однажды уже спасли меня от злого духа. Я огляделась по сторонам: на камнях, где должны были стоять подруги, и на моем камне лежали какие-то причудливые деревянные предметы. Сами же Маша и Света глазами, переполненными любовью, счастьем, благодарностью, смотрели на знахарку. Я смотрела на свою спасительницу точно такими же глазами и вдобавок ревела оттого, что чудесным образом все мы остались целы и невредимы.
Я почувствовала, что мои ноги наконец могут выйти из этой липкой жижи, в которую превратились комья паутины, а шерстяной клубок наконец-то отлип от ладоней, и я бросила его на землю. Пребывая в шоковом состоянии, я не знала, что сказать Еремее и что вообще теперь делать, когда все так хорошо закончилось. Но тут сзади на меня налетела Светка. Она бросилась мне на шею, едва не задушив объятиями, и стала орать в ухо какие-то несвязные слова:
— Ох, как здорово! Ирка! Спасибо тетке, что пришла! Караул что было! Это, наверное, добрый дух! Как я рада! Почему она не исчезает, ведь тот монстр пропал мгновенно! Я подарю ей в благодарность свой рюкзак!
Я в ответ кричала, что это вовсе не добрый дух, а моя знакомая знахарка, и что она самая хорошая знахарка на земле! Но Светка, похоже, меня не слышала и продолжала благодарить добрых ангелов.
Через минуту к нам подбежала Машка. Она присоединилась к ликованию чуть позже, ведь она, бедолага, была связана паутиной больше всех. Никитина кричала, что она знала, что все пройдет хорошо, ведь я почти настоящая ведьма, потому меня этот зверь и не загрыз, к тому же это я позвала Еремею. С нашей одежды и волос все еще свисали нити, целые пряди и комки паутины, но мы не обращали на это никакого внимания и скакали, обнявшись, под дождем вокруг камней, а Еремея смотрела на нас и улыбалась.
Наконец мы успокоились настолько, что смогли сказать знахарке не только сбивчивые восторженные слова благодарности, но и спросить, как же она справилась со злым духом и как вообще поняла, что нам потребуется помощь.
— Я все расскажу после, а сейчас давайте скорее отправимся ко мне. Я всех напою чаем с травами, чтобы вы не заболели.
Гроза уже уходила, гром гремел где-то совсем далеко, а молния вспыхивала все реже и реже. Мы подняли с земли свои вымокшие школьные сумки, Еремея положила в свою плетеную корзину деревянные предметы, что стояли на камнях, и мы пошли к роднику, от которого уже совсем близко была автобусная остановка, а там — и город, и уютная квартира колдуньи, наполненная всякими необыкновенными вещами.
Уже сидя на маленькой кухне Еремеи и попивая горячий чай, завернувшись в теплые мохнатые пледы, мы узнали историю своего спасения. Еремея, как и обещала мне, как можно раньше ушла с собрания знахарей. Зная, что за мной охотится злой дух, высылая вместо своры гончих собак пауков, колдунья выпросила у каждого из своих коллег немного засушенных цветов и связала их в один большой букет. Один маленький букетик мог только не пустить злого духа в жилище, да и то, если дух силен, это выполнялось лишь частично. В моем случае дух пролез ко мне одними руками, и я чуть было не стала его добычей, если б не простая случайность — унесенная бутылка со святой водой. Не зная, быстро ли я соберусь снимать с себя «завязанный узел», вдруг по каким-то причинам отложу все на следующий понедельник и еще целую неделю буду подвергаться опасным преследованиям, Еремея собрала большой букет, чтобы в случае чего уберечь им меня. И как оказалось, сделала она это не напрасно.
Со станции знахарка побежала прямо к моему дому, чтобы узнать, что я предприняла и все ли со мной в порядке. Уже проходя старый сквер, расположенный недалеко от школы, Еремея увидела девочку нашего возраста, которая одиноко бродила под моросящим дождем. Колдунье это показалось странным, и, несмотря на то, что очень спешила ко мне, она решила задержаться. А девочка достала книгу, на обложке которой было написано «Любовная магия. Ты не узнаешь горьких слез», полистала ее, и, неуверенно походив среди деревьев, остановилась возле старой сосны, вынула из своей сумки булавку и уколола ею палец. Выступила большая капля крови, и девочка, прижав палец к коре дерева, зашевелила губами, читая заклинание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
