— Надеюсь, вы хорошо проводили время с нашей последней встречи? — осведомилась она, играя тяжелой серебряной вилкой.
— Благодарю вас, очень. И, насколько мне известно, вы тоже.
— Да, — кивнула Мерри. — У нас было много визитеров.
— Ваша популярность растет, — улыбнулся он. — Вы вчера видели запуск воздушного шара?
Беседа принимала не слишком интересный оборот. Популярность и поклонники — куда более животрепещущая тема?
— Он не особенно удался, — отмахнулась она. — Но, похоже, и у вас было немало гостей.
Дэмиен с трудом сдерживался, стараясь сохранить хладнокровие. Он отнюдь не собирался предлагать ей помощь, заранее решив, что она должна заплатить за свои проделки. И у нее еще хватает духа притворяться совершенно безразличной к исходу его встречи с назойливым ухажером.
— Немало, — сухо согласился он. — Похоже, миледи, вас необычайно интересуют все подробности моей светской жизни.
— Вовсе нет, сэр, — задорно откликнулась она. — Просто стараюсь вести учтивую беседу. Наверное, у вас были какие-нибудь особенные гости?
— Что-то не припоминаю, — бросил Дэмиен. — Скажите, вы уже видели мраморы Парфенона ? Если нет, буду счастлив проводить вас.
Мередит сдалась. Гордость помешала ей прямо спросить о Морли, поэтому она мучилась и терзалась следующие несколько дней, пока не получила второе, еще более страстное предложение от достопочтенного Френсиса Мэтьюза. Поскольку этот молодой человек никак не мог примирить свои изысканные вкусы с весьма скромным доходом, не стоило и гадать, почему ей оказана такая честь. Его Мередит тоже отослала к Ратерфорду, но на этот раз получила от его светлости письмо, гласившее:
«Дорогая, хотя я всегда более чем счастлив помочь тебе, все же по опыту знаю, как умело ты уклоняешься от всяких брачных предложений. Впредь тебе стоит лишь повторять всем искателям, что по условиям завещания покойного мужа ты не имеешь права выходить замуж до двадцати пяти лет под страхом потери состояния. По-моему, это самый надежный способ держать поклонников на расстоянии».
Мередит разорвала записку в клочья и поискала взглядом корзинку для мусора, но в этот момент возникший на пороге Грантли объявил о приезде благородного Джералда Деверо.
Мередит приветствовала гостя настолько явно вымученной улыбкой, что тот быстро направился к ней с самым участливым видом.
— Господи, что вас так расстроило?
— Здравствуйте, мистер Деверо, — виновато проговорила она. — Похоже, вы всегда застаете меня в плохом настроении. Должно быть, вы ужасного мнения о моем темпераменте.
— О, как вы могли так подумать! — упрекнул он, сжимая ее пальцы немного сильнее, чем допускалось правилами приличия. Мерри, слишком рассерженная на Дэмиена, чтобы обращать внимание на подобные пустяки, не попыталась отнять руки.
— Вы очень добры, сэр, но давайте поговорим о более приятных вещах.
— Вы не откроете причину вашей грусти?
На этот раз он так отчаянно стиснул ее ладони, что Мерри, неожиданно вспомнив предупреждение Дэмиена, постаралась вежливо освободиться.
— Сущие пустяки, — пожала она плечами, — так, оскорбленная гордость. Чего только не претерпишь ради спокойствия души. Прошу вас, садитесь.
Деверо принял приглашение.
— Не хотел бы совать нос в чужие дела, леди Блейк, но, поверьте, становится гораздо легче, если разделить свои беды с другом. Уверяю, я весь сочувствие и сострадание.
— Верю, мистер Деверо, верю, — с искренней теплотой улыбнулась она. Что бы ни воображал свет и сам Дэмиен, никто лучше Джералда Деверо не способен излечить душевные раны. — Просто меня одолевают предложениями охотники за приданым, что отнюдь не способствует хорошему настроению. Разумеется, нелепо с моей стороны придавать этому значение.
— Вовсе нет, моя дорогая леди, — чистосердечно и серьезно заверил он. — Разделяю ваши чувства. Должно быть, это крайне неприятно. Я всегда считал, что благородные леди невыразимо страдают от подобного бесчувствия, особенно когда подвергаются совершенно бесцеремонной осаде.
— Значит, вы меня понимаете, — облегченно вздохнула она.
— Еще бы! Почему бы вам тоже не сесть?
Он подвинулся, и Мерри, не желая показаться слишком холодной, опустилась рядом с ним.
— Если я не ошибаюсь, вы получили несколько подобных предложений.
— Да, — вздохнула она. — Не говоря уже о том, что я едва знакома со своими пылкими поклонниками и сильно подозреваю, что им абсолютно все равно, даже если бы я была горбатой, кривой и хромой.
Деверо вновь завладел ее рукой.
— Таких, как они, не так уж много, леди Блейк. Есть и те, для кого деньги не играют роли.
— Если это и правда, я пока таковых не видела, — выпалила Мерри, но, тут же поняв, что оказалась в ловушке, готова была убить себя за наивность. Поспешно отдернув руку, она поднялась, подошла к камину и позвонила.
— Хотите бокал вина, мистер Деверо?
— Спасибо. — Он тоже поднялся, приняв необычайно серьезный вид. — Поверьте, таких немало, просто они опасаются выставлять напоказ свои чувства.
Появление лакея спасло Мерри от необходимости отвечать, а когда слуга удалился, она сообразила вставить небрежную реплику о довольно мягкой для столь поздней осени погоде. Деверо, казалось, понял намек и отвечал что-то в тон. Однако после его ухода Мередит больше не могла притворяться, что игнорирует необычайное тепло в его голосе и крепкие рукопожатия. Кажется, она попала в хорошенький переплет, и хотя это именно Дэмиен виноват в нежелательных знаках внимания охотников за приданым, в случае с Деверо он ни при чем. Насколько знала Мередит, Джералд довольно состоятелен, и, хотя деньги жены не помешают, для него это вовсе не вопрос жизни и смерти. Нужно придумать, как охладить его пыл, но дело в том, что ей не слишком этого хотелось. Он приятный собеседник и всегда готов посочувствовать и понять то неприятное положение, в котором она очутилась. Не то что Ратерфорд, который лишь посмеивается над ее жалобами.
И когда через полтора часа в гостиной появился лорд Ратерфорд, она была готова ринуться в битву.
— Должна поблагодарить вас за любезную записку, лорд Ратерфорд, — сухо объявила она, игнорируя и его улыбку, и протянутую руку.
Дэмиен поднял брови и опустил руку.
— Господи, — проговорил он, — кажется, я обидел тебя. Но ведь мне всего-навсего хотелось объяснить, как обращаться с назойливыми поклонниками.
— Ты вовсе не это имел в виду, — отрезала она.
— Нет, — согласился он. — Я надеялся проучить тебя, чтобы впредь ты не вздумала играть со мной подобные штуки. Мне это удалось?
— Ни во что и ни с кем я не играю, — не совсем убедительно запротестовала она, — а если и так, во всем вини себя. Поверь, нет ничего унизительнее, когда тебя преследуют алчные негодяи, особенно когда у тебя даже состояния нет. Ну зачем понадобилось распускать слухи о том, что я богата?
