Читаем без скачивания Социальная сеть "Ковчег" - Евгений Вецель

– Да, конечно. Если вы так привыкли, то без проблем, – сказал я, выходя из машины и усаживаясь сзади. Моя голова уже немного кружилась от того, что платформа, на которой стоял флип, вращалась.

– Эй, Эдуард! Садись сзади, – крикнула Ольга второму мужчине, который, стоя на одном колене, заглядывал под машину. – Андрюша! Поехали!

Мужчины подчинились этой властной женщине, расселись по машине и стали переглядываться друг с другом. Ольга не обращала на нас внимания. Она достала свой лист из сумочки, сложила его пополам и прикрепила к центральной консоли. Затем пристегнула ремень и сказала без эмоций:

– Молодой человек, чего ждём?

– Не понял? – спросил я, не понимая сути претензии.

– Может быть, разрешите поездку? – издеваясь, произнесла Ольга. – Или будем считать тест-драйвом наше вращение на месте? Думаю, через десять минут нас вытошнит.

Эдуард посмотрел на меня с укором, а её муж Андрей – с жалостью. Я, помявшись секунду, вспомнил, что нужно делать. Достал свой лист и прикрепил его к плоскому подголовнику. Там я нашёл необходимое окно и разрешил тестовую поездку.

– Заводите, пожалуйста, вот тут кнопка, – сказал я, наклоняясь вперёд и вытягивая указательный палец.

– Я знаю! – отрезала Ольга.

Она нажала на кнопку и мотор завёлся. Люди в автосалоне посмотрели на нас. Вращение платформы плавно прекратилось, появился небольшой заборчик, и она стала опускаться вниз. Пока платформа опускалась, Ольга внезапно заглушила двигатель и затем, неловко изогнувшись, сняла туфли на высоком каблуке. Она молча отдала их Андрею. С моего места сзади было видно, как она положила босую правую ногу на педаль. На ногтях бы педикюр с мелким рисунком, который я не мог рассмотреть в темноте.

Она снова завела автомобиль, и когда платформа опустилась, посмотрев на мужа с недовольством, почти сквозь зубы процедила:

– Положи их на пол.

Муж повиновался. Ольга нажала педаль газа и неровными, дёргаными движениями начала движение по парковке. Создавалось впечатление, что она не часто садится за руль. Хотя, зная её немного, я мог предположить, что она просто издевается.

Эдуард сидел с безучастным видом, как будто его эта поездка не касается. Он держал свой свёрнутый в четыре раза лист и молча манипулировал там пальцами. Пока мы ехали по горкам и поворотам, его трясло, но он старался этого не замечать. Я всегда опасаюсь людей, которые много молчат. Я много раз получал подтверждение пословицы «В тихом омуте черти водятся».

Ольга и Андрей обсуждали поведение машины в движении. Но они говорили негромко, и я не мог разобрать их слов. Стразы на капоте и зеркалах заднего вида часто мерцали при движении и слепили глаза. Я бы ни за что в жизни не выбрал бы подобный флип. Мне больше импонируют скромные, а не вызывающие автомобили. Но я знал, что по себе людей не судят, поэтому допускал любой вариант развития событий.

Во время тест-драйва мне опять показалось, что я в этом автомобиле лишний. Со мной никто не разговаривал. Эдуард, который сидел слева от меня на заднем сидении, делал вид, что никого рядом нет. Ольга и Андрей оживлённо беседовали почти шепотом. Иногда мне даже казалось, что они обсуждают меня, так как Ольга иногда оборачивалась, смотрела на меня и потом улыбалась Андрею.

Мы проехали один круг, и Ольга направила свой автомобиль обратно к платформе. Платформа поднялась, заборчик опустился. И флип возобновил своё медленное вращение. Мы снова оказались в шоу-руме. Наконец я смог расслабиться. Мы все вышли из автомобиля, и тут началось самое интересное.

– Сколько стоит этот флип? – спросила Ольга.

– 2140 коинов в месяц, – ответил голос Тринити в моей голове.

– Он стоит всего 2140 коинов в месяц, – повторил я.

– Ничего себе «всего»! – воскликнула женщина. – Нет, Андрей, ну ты слышал? Для молодого поколения 2140 коинов – это «всего»! Куда катится мир! А в год это сколько?

– 25 680 коинов, – сказала мне Тринити.

– 25 680 коинов, – повторил я.

– Ладно, – вернув свой взгляд на автомобиль, сказала Ольга. – О цене мы потом поговорим с вашим начальником. У вас же бывают скидки?

– К сожалению, – ответил я, – скидки у нас бывают только под новый год.

– Это вам так кажется, – самоуверенно улыбнулась она.

Ольга переглянулась с мужем и стала чего-то ждать. Мы простояли так около минуты, пока её муж не сказал:

– Владимир, вы не могли бы оставить нас одних. Мы хотим посоветоваться наедине.

– Конечно, я подойду к вам через несколько минут, – сказал я, радуясь, что мне дают передышку.

Я отправился на стойку администратора, где решил переждать. Администратор встретила меня глазами, улыбнулась и, завершив разговор по телефону, сказала:

– Владимир, мне кажется, они очень странные. Они тебя мучают уже больше часа. Ты как?

– Да нормально, – улыбнулся я. – У женщины очень непростой характер. Но я привычный.

– Они подошли ко мне и сказали, что нам нужен именно Володя. А так как я ещё не знаю твоего внутреннего номера, я позвонила Всеволоду Владимировичу. Я, кстати, первый раз их вижу у нас.

– Интересно, – сказал я, – а откуда они…

– Молодой человек! – громко крикнула Ольга издалека, вытянув руку вверх и громко щёлкнув своими пальцами.

Думаю, даже на улице люди оглянулись на неё. Я уверенной походкой пошёл к этой сложной троице и сказал:

– Я весь в вашем распоряжении.

– Володя, вы нам весь не нужны, – пошутила Ольга. – Достаточно будет вашего рта и ушей.

– Нас устраивает этот флип, но нас не устраивает его цена, – вмешался в разговор Андрей. – Можно ли будет переговорить с хозяином автосалона?

– Минуточку! – противным голосом сказал молчавший до этого эксперт по ковырянию пальцем. – У меня есть ряд вопросов.

– Эдик, мы тебя внимательно слушаем, – с уважением посмотрев на него, сказала Ольга.

Эдуард взял свой лист и, глядя в него, сказал:

– Насколько я понимаю, эта модель называется «Фалкон-4000». Её выпуск начался только в этом году. Реактор использует стержни из коперниция нового поколения. Исследования на устойчивость к вибрации сублимационной машины до сих пор не проведены. Вы думаете, можно продавать такой сырой флип людям?

– Я согласен с вами, – начав импровизацию, сказал я, – исследования устойчивости будут закончены в этом году. Но уже сейчас статистика выпуска подобных моделей подтверждает исключительную надёжность реактора.

– А причём тут реактор? – обрадовавшись моей ошибке, сказал Эдик. – Вам должно быть известно, что сублимируется уже отработанное сырьё. Эта установка позволяет исключить сухой выхлоп и превратить его в летучий газ.