голову. А София так и стояла некоторое время возле двери, наблюдая за ним, опасаясь его реакции. Но любая его агрессия теперь может встретиться с пистолетом в ее шкафчике.
– Цыгане – хитрый народ, – наконец произнесла она.
– Да что ты? Только сейчас это поняла? Наверняка это Лазар тебе открыл глаза. Спасибо ему!
София даже не стала спорить, прошла на кухню, схватив бутылку со столика, и выкинула ее в мусорное ведро.
– Во сколько мне сегодня готовиться к приему гостей?
Иво взглянул на нее, а потом перевел взгляд на столик.
– Ты забрала мою бутылку!
– Если ты хочешь провести такую сложную операцию, как захват «Цеппелина» и его хозяина, то от алкоголя нужно отказаться.
– Согласен, – Иво зажмурился, – мне надо проспаться и обо всем хорошо подумать.
– Ты можешь подняться в комнату Милоша. – София указала наверх. – Там прекрасно спится.
Парень кивнул, уставившись в одну точку, а потом со злостью произнес:
– Сегодня я приставлю к голове цыгана дуло пистолета. Почему я не сделал этого раньше?
– Потому что ты не можешь его убить, он нужен живым, – напомнила девушка. – Что сказал Лазар? Куда везти Ромаля? Не хочу, чтобы мой дом запачкался кровью.
– Этого не будет. Я отвезу его в «Обсидиан» – так сказал Лазар. И ты будь там! Я думаю, что полночь – самое удачное время для этого. Пусть смерть найдет цыгана в том месте, которое он создал сам.
София отвела взгляд и выдохнула.
– Отлично, я буду там в двенадцать ночи. Теперь иди спать, впереди тяжелый вечер и не менее тяжелая ночь.
Иво задумчиво поплелся к лестнице и поднялся на второй этаж. София слушала его шаги, затаив дыхание. И когда они стихли, она подняла взгляд к потолку, как будто желая увидеть, как Иво уснет.
Самое тяжелое время – время ожидания. Когда от волнения дрожат пальцы и ты потираешь их друг о друга. Когда сердце ускоряет темп и стучит где-то в горле. Когда дыхание перехватывает до потери сознания.
София потеряла счет времени. Она стояла не шелохнувшись, прислушиваясь к звукам на втором этаже, но слышала собственное сердцебиение. А потом схватила мобильный телефон, открыла вкладку «Контакты» и начала листать. Найдя, что искала, она снова затаила дыхание и, удостоверившись, что в доме тихо, нажала на вызов.
Через несколько гудков ответил знакомый голос:
– Здравствуй, сбежавшая девушка.
Губы Софии растянулись в улыбке. Девушка поняла: скучала даже больше, чем думала.
– Нам надо поговорить, – прошептала она, – это очень важно.
– О чем нам разговаривать? Ты сказала достаточно…
– Послушай, этот разговор никак не касается нас, он касается только тебя.
Ромаль помолчал, прежде чем удивленно спросить.
– Что я наделал?
Это получилось так мило, что София опять улыбнулась. И он даже стал говорить тише, потому что она шептала.
– Не ты. Но это не телефонный разговор. Мы можем встретиться?
– В «Цеппелине». Я буду там минут через сорок.
– Нет, не там. Нас никто не должен видеть…
– Тогда где?
– В ангаре, – прошептала она. – В том самом ангаре через полчаса.
София не дала ему договорить, отключив вызов. Вот теперь она выдохнула, ощущая жар на щеках и сбитое дыхание. Она смогла! Сделала это!
Еще раз взглянула на лестницу, прижимая телефон к груди и, удостоверившись, что Иво не спускается, направилась к ней. Надо было одеться, и сделать это как можно тише.
Вещи в шкафу опять показались бесполезными, безликими и некрасивыми. Хотя мелькнула мысль, что в такой ситуации без разницы, как она одета. Ромаль видел ее разной: и в цыганских нарядах, и обнаженной. Сейчас она не собиралась его поражать или повторять то, что случилось в том ангаре. Она идет сказать страшную вещь. И не Ромаль ли причастен к смерти ее родителей? Тут же разозлившись, София вытащила длинное шерстяное платье серого цвета с люрексом и капюшоном, который скроет ее волосы. Быстро надев его, она схватила ключи от машины, сумочку, кинула туда мобильный телефон и на цыпочках вышла из комнаты.
Она остановилась возле лестницы, прислушиваясь к звукам, а потом начала спускаться. Иво спал, она молилась, чтобы крепко и долго.
Выйдя из дома и вдохнув свежего воздуха, она поняла, что взволнована. Но личное надо было оставить позади. Она не должна так переживать и нервничать из-за Ромаля. И это вообще странно, что обычная встреча с ним вызывает столько трепета и возбуждения.
Красный «Фольксваген» пискнул, когда она выключила сигнализацию, и девушка замерла. Она так старалась не шуметь, что этот звук напугал ее саму. Она подняла взгляд на второй этаж, на окна комнаты Милоша, но, поняв, что никто не наблюдает за ней, запрыгнула в машину.
Дорога оказалась почти пустой, но раздражали светофоры, на которых приходилось останавливаться. София смотрела на часы, понимая, что не засекала время. Но полчаса еще не прошло. Да и Ромаль наверняка дождется ее.
Ангар она нашла быстро, геолокация деревни еще оставалась в сообщении для Иво. Да и дорогу теперь она знала. Остановив машину на обочине, София осмотрелась и решила, что Ромаля еще нет. Если, конечно, он не пришел пешком, во что верилось с трудом. Но машины его не было.
Девушка вышла из машины и отправилась по полю, по которому однажды бежала, скорее от самой себя. Сейчас она шла спокойно, понимая, что в случае чего-нибудь непредвиденного убежать ей будет сложно – платье не давало сделать широкий шаг. Вспомнилась юбка Ясмин, которая точно так же обтягивала ей бедра, сужаясь книзу, и приходилось ее слегка поднимать.
Зайдя в ангар, София быстрым шагом пошла к тому месту, где лежала обнаженная, получая удовольствие. Сейчас по телу прошел озноб. Она обхватила себя руками, уставившись на пол, на опилки, а в глазах стояла картина того момента, когда она отдала себя Ромалю.
Жалела ли она о том, что произошло?
Ни секунды!
– Здравствуй, отчаянная девушка, – услышала она голос позади себя и обернулась, смотря уже в родные глаза Ромаля.
Их взгляды пересеклись, и на секунду показалось, что она очутилась в прошлом.
– Здравствуй, Ромаль.
Глава 34
С минуту они неподвижно стояли, смотря друг другу в глаза. Что читалось в ее взгляде, София даже боялась признавать сама. В нем было все: от желания прикоснуться к этому мужчине до боли от того, что он может быть причастен к смерти ее родителей.
Ромаль первым прервал затяжное молчание.
– Если ты захотела меня увидеть, то дело серьезное.
Его слова опустили ее на землю. София отвела взгляд, собираясь с мыслями и
