- Ты что, - прошептал он ей на ухо и поцеловал в щеку. - Что случилось?
- Ничего, - как-то хрипло ответила Ника, не оборачиваясь. - Просто голова болит. Хочу на пейнтбол.
- Будет время, съездим, - пообещал ей молодой человек. - Пошли спать.
Вспоминая этот эпизод, возникший в его памяти ненароком, Александр подумал вдруг, что для Ники он так ни разу и не готовил - как-то не получалось, да и она для него тоже не готовила, хотя ему хотелось узнать, умеет ли она вкусно делать это. А вот зато ее сестричка сможет по достоинству оценить его кулинарный талант.
И она оценила.
Пару часов спустя, Марта, сидя за небольшим квадратным столом прямо около большого, почти во всю стену, окна, за которым загорался вечер, удивленно смотрела то на приготовленный Сашей ужин, разложенный по белоснежным тарелкам, то на самого хозяина квартиры, на чьем поясе был завязан самый настоящий фартук. Как оказалось, готовит Дионов очень таки хорошо, почти как профессионал, да и оформлять блюда умеет.
- Надо же, - восхищенно сказала ему Марта. - Ты как повар.
- Как шеф-повар, - поправил ее молодой человек, который только что закончил с приготовлением глинтвейна, чей терпкий аромат будоражил аппетит.
- Наверное, твоя мама на тебя не нарадуется, и папа тоже, - первой попробовала кусочек мяса Марта - Александр как-то по-особому приготовил его вместе с овощами. - М-м-м, как вкусно.
- Особенно он до сих пор не может нарадоваться, - вспомнил отца-физика, правильного до мозга костей, Саша.
- В смысле? - не поняла девушка. Неловкость перед хозяином квартиры, наконец, стала потихоньку пропадать. Как же хорошо, что она у него в квартире, а не в холодном аэропорту!
- Мы с ним не общаемся.
- Почему? Ой, - заметив злость в глазах Саши, сообразила Марта, что задала лишний вопрос, - прости. Это, наверное, не мое дело.
- Он считает, что я живу неправильно. Совершил много непростительных ошибок, - напряженно рассмеялся молодой человек. - Ешь, сестренка, набирайся сил.
- Мне неловко, что я тебя потревожила, - призналась Марта. - Тебе, наверное, неудобно.
- Все в порядке. Если бы мне было неудобно, я бы и не делал для тебя ничего. - Отозвался Саша. - Пора бы уже запомнить: я не из тех людей, которые делают что-то из вежливости, сожалея в душе о своих добреньких поступках, которые приносят им массу неудобств. Знаешь, сестренка, я давно не хочу казаться лучше, чем я есть на самом деле.
- А я хочу, - вдруг призналась Марта.
- Ну и зря. Кому будет лучше, если ты будешь притворяться? Другое дело, если это идет из глубины души - твои порывы. А если к этим порывам тебя принуждает общество или желание видеть себя в его глазах лучше, то... Лучше остановиться, сестренка. Видишь, я умею напрягать иногда, - рассмеялся Александр, видя удивление в светлых глазах девушки. Ему, внимательному от природы, вновь что-то показалось странным, но Саша опять так и не понял, что именно.
- Мне нравится, как ты говоришь, - вздохнула Марта. - Иногда ведь, и правда, хочется выглядеть хорошей, просят, например, помочь, а тебе это...м-м-м... неудобно, что ли.
- Невыгодно, - подсказал Александр. - А ты ведь наверняка плохо умеешь говорить "нет"?
- Бывает, - кивнула девушка с пониманием. - Но, правда, когда я стала концертмейстером, пришлось себя ломать. Люди стали по-другому относится, кое-кто хуже - я переставала им нравиться. Кое-кто, хотя, наверное, так говорить нельзя, - стал завидовать, и опять же отношения ухудшились, потому что я это чувствовала.
- Зато у тебя появилась возможность понять истинную сущность людей, не так ли?
- Это точно, - хмыкнула девушка, и голос ее слегка поменялся, сделался чуть более взрослым и жестким. - Между прочим, люди искусства - это не васильки и не одуванчики с поляночки, как многие считают. Среди них... нас есть такие, которые дадут по хитрости, наглости и коварству фору любому бандиту.
Саша, который в это время пережевывал мясо, от неожиданности закашлялся, выпил воды из стакана и с одобрением посмотрел на девушку.
- А ты бываешь не совсем ребенком, - улыбнулся он ей неожиданно. - Понимаю, почему ты выиграла, сестренка.
- И... почему?
- Я не слишком хорошо понимаю людей, не вижу их насквозь, но одно я вижу в них хорошо - это внутренний стержень. У тебя он есть. И, видимо, железный, хоть и тонкий. А так ты выглядишь самым настоящим цветком.
Лотос в груди девушки согласно кивнул. Он наслаждался обществом Александра. Для него это было самой лучшей подкормкой.
- Почему тебя зовут Мартой? - вдруг спросил Саша, когда они уже закончили ужин, и Карлова вызвалась помыть посуду. Она уже протерла последнюю тарелку, чувствуя себя усталой, но довольной. Кто бы мог подумать, что она вот так вот запросто будет ужинать с Сашей!
Услышав его вопрос, Марта немного смутилась, но все же ответила:
- Потому что я появилась на свет в марте. Когда я родилась, мама долго не знала, какое мне имя дать, а потом назвала в честь месяца, в котором я родилась.
Молодой человек неожиданно поднял бровь и с некоторым оживленным удивлением посмотрел на девушку, поглаживая подбородок указательным пальцем:
- Я знал одного человека, которого тоже называли в честь марта месяца. Какого числа ты родилась?
- Шестнадцатого. Шестнадцатого марта.
- Так скоро у тебя будет День рождения?
- Ага. Скоро. Двадцать лет исполнится, - вздохнула девушка, из-за конкурса вообще забывшая о своем дне варения. Ну и не очень-то она его и любила.
- Большая девочка, - усмехнулся Александр, который отчего-то воспринимал Карлову, как пятнадцатилетнюю девчонку, а теперь как-то резко осознал, что она уже давным-давно совершеннолетняя, и вдруг нахмурил лоб. - А Март ведь тоже родился шестнадцатого числа.
- Март?
- Тот человек, о котором я тебе говорил. - В голосе брюнета послышалось уважение, смешанное с чем-то еще: то ли опаской, то ли восхищением. - Человек по имени Март. Вернее, звали-то его Андреем, а Март - это кличка.
- Прикольно, - сказала девушка.
- Андрей Март и прикольно - не совместимые понятия, - улыбнулся уголком тонких губ Александр. - Не забивай голову, - сказал он Карловой, удивленно взглянувшей на него.
- А он был твоим другом? - спросила она уже по пути в огромную гостиную с высокими потолками. В руках у них обоих были большие бокалы из толстого стекла с горячим глинтвейном.
- Слава высшим силам - нет. Я был его... должником.
- В смысле, должен был ему денег?
- Нет. Услугу. Взамен услуги, которую когда-то оказал мне он. - Саша первым сел на диван. Было видно, что алкоголь его расслаблял.
- А что это была за услуга? - села рядом Марта. Ей отчего-то хотелось спать, но она твердо решила, что не заснет - она обязана наслаждаться обществом любимого, пока есть такая возможность.
