все-таки стоило связать ее.
— Э-э-э… Джейкоб? — спросила она. — Не то, чтобы я не хотела обниматься с тобой, но ты вроде как давишь мне на мочевой пузырь.
Я тяжело вздохнул и оттолкнулся от нее.
— Душ?
Она кивнула, протягивая мне руку. Я проигнорировал ее руку и поднял ее с дивана. Она нахмурилась и открыла рот, вероятно, чтобы отпустить язвительное замечание о том, что я не трахал ее так сильно, что у нее перестали слушаться ноги, но я прижался губами к ее губам, прежде чем она успела это произнести.
После душа мы распаковали наши вещи и оделись. В этой деревенской хижине было много очарования, но, если мы хотели не умереть с голода, пока были здесь, нам нужно было съездить в ближайший город и купить что-нибудь из еды.
Сексуальное блаженство исчезло с лица Кристы, когда она натянула леггинсы. Я наблюдал за ней краем глаза. Я всегда наблюдал за ней. Она выглядела растерянной, когда надевала майку с глубоким вырезом. Я понял, что ее что-то беспокоит, когда она села, чтобы натянуть кроссовки, потому что она сильно хмурилась.
— Что? — Спросил я.
Она выпрямилась и посмотрела на меня снизу вверх.
— Я не знаю, смогу ли расслабиться, зная, что он где-то там.
Я тяжело вздохнул. Черт, нам придется сделать это прямо сейчас. По выражению ее лица я понял, что она не уступит; она могла быть еще упрямее меня, когда ей этого хотелось. Я хотел, по крайней мере, пережить выходные, в последний раз бездумно повеселиться, прежде чем все снова пойдет наперекосяк, но было ясно, что этого не произойдет.
— Его там нет, — сказал я ей.
Ее брови поползли вверх.
— Что? Джейкоб! Ты обещал, что не убивал его!
В ее голосе звучала злость, граничащая с раздражением, как будто она не была расстроена тем, что я, возможно, и убил Реддинга, но не позволил ей участвовать в этом.
Пожалуйста, Боже, пусть она захочет быть частью этого, подумал я. Если бы я неправильно оценил ситуацию, если бы я неправильно понял ее, то, что я собирался сделать, заставило бы ее с криком уйти от меня навсегда.
— Ладно, — сказал я. — У меня для тебя кое-что есть.
Она нахмурилась.
— Что?
Я протянул руку.
— Просто доверься мне, ладно?
С настороженным выражением лица она вложила свою руку в мою и позволила мне поднять ее. Я провел ее через дом и вывел через заднюю дверь. Домик был небольшой, но уединенный, и это делало его бесценным в данный момент. Я не лгал, когда говорил ей, что здесь никто не услышит ее криков. Земля вокруг нас была частью природоохранного сервитута (прим. право пользования чужой собственностью), и на сотни акров вокруг не было ни одного человека. Это был летний домик Майка. Да, тот самый Майк. Папин Майк. И все дерьмо, которое папа не хотел, чтобы отследили копы, обычно оказывалось здесь. И под дерьмом я подразумевал трупы.
За домом между деревьями была узкая тропинка. Я отпустил руку Кристы и повел ее по ней. Солнце скрывалось за горизонтом, отбрасывая длинные тени на тропу, и я обязательно окликал ее, когда наступал на корень или камень, чтобы она не споткнулась. В нескольких сотнях футов от леса показалась маленькая низкая хижина. Это был всего лишь навес, стены толщиной с лист бумаги поддерживали металлическую крышу, покрытую ржавчиной.
Криста остановилась позади меня. Я обернулся и увидел, что она оглядывается по сторонам, настороженность в ее глазах сменилась страхом.
— Ты же не собираешься меня бить, правда?
Я нахмурился, глядя на нее.
— Бить тебя? Кто вообще об этом говорил?
Она смущенно улыбнулась.
— Нет, — сказал я. — Я не собираюсь тебя бить. Ты не могла бы подойти? Я хочу покончить с этим, чтобы мы могли снова наслаждаться друг другом.
Она раздраженно выдохнула и продолжила свой путь.
Я остановил ее у самой двери и положил руки ей на плечи.
— Закрой глаза, или испортишь сюрприз.
Какое-то мгновение она смотрела на меня снизу вверх, изучая мое лицо, но затем, наконец, ее глаза закрылись.
Я толкнул дверь и провел ее в хижину.
— Ладно. Открывай.
Она сделала, как я сказал, и издала сдавленный вздох.
Там, в дальнем углу, был связанный Спенсер Реддинг. Он сидел на земляном полу, заложив руки за спину и склонив голову набок. Он выглядел так, словно последние пару дней из него только и делали, что вышибали дух. Потому что так оно и было.
В свою защиту могу сказать, что он это заслужил. Он хотел изнасиловать мою девушку. Он успешно следил за бесчисленным количеством других женщин. Единственная причина, по которой я не разорвал его на мелкие кусочки, заключалась в том, что я держал себя в руках ради Кристы.
Я прошел через ад и вернулся, чтобы поймать его и не попасться. Ник следил за ним, а мои ближайшие приятели из «Королей» охотились со мной и вмешались, отвлекая федералов, пока я его ловил. Это было что-то вроде «Одиннадцати друзей Оушена». Кристе, наверное, это понравилось бы, но я не знал, насколько внимательно Ник наблюдает за ней, и не мог рисковать, вовлекая ее в тот момент.
По дороге сюда она была в полном замешательстве. Мы несколько раз меняли транспорт, сменив мой пикап на минивэн, внедорожник и, наконец, седан среднего размера. Она замолчала, когда я сказал ей, что мы избавляемся от слежки, которую Ник за ней установил. Несмотря на смену транспортных средств, я несколько раз возвращался назад, мои приятели и подручные моего отца создавали нам еще больше помех, создавая пробки на дорогах. Только когда я убедился, что федералы нас не преследуют, мы приехали сюда.
— О, — сказал я. — Чуть не забыл.
Я выудил из кармана скомканный бант, оторвал наклейку и нахлобучил ее Реддингу на макушку. Его глаза приоткрылись, и он посмотрел на меня с отвращением. Это было все, что он мог сделать. Было слишком трудно разговаривать с недавно сломанной челюстью и несколькими отсутствующими зубами.
— Сюрприз, — сказал я.
Криста не ответила. Она просто продолжала стоять, уставившись на Реддинга.
Я поднял руки.
— Прежде чем ты разозлишься, я хочу отметить, что технически я тебе не лгал. Я сказал тебе, что он не представлял угрозы ни для кого в Керни, и, очевидно, — добавил я, кивнув в его сторону, — он не представлял.
Она пару раз моргнула. Черт. У нее был такой вид, будто она вот-вот впадет в шоковое состояние. В конце концов, я ее неправильно понял.
Черт с ним, подумал
