«Копейка рубль бережет», «Лучше синица в руках, чем журавль в небе», «Дорога ложка к обеду».
Существует целый ряд домыслов, скрытых во многих притчах. С одной стороны, в них описан правильный уклад жизни. Лучше быть мудрым, нежели глупым, богатым, а не бедным, уважаемым, а не презренным, счастливым, а не несчастным, праведником, нежели грешником. Кроме этого, притчи обычно включают в себя упрощенный взгляд на причины и следствия. Притчи имеют свойство предполагать, что мир подчинен определенному порядку, и необходимо знать, что именно, согласно этому порядку, стоит делать, чтобы вести счастливую, благополучную и успешную жизнь и избежать неудач, бедности и отчаяния.
Все это не говорит о том, что в Книге притч Бог не включен в формулу мироздания. В конце концов, это собрание мудрых высказываний является частью Библии, и Бог, несомненно, присутствует в нем, разве что зачастую дистанционно. В первую очередь в книге указано, что «начало мудрости — страх Господень» (1: 7). Следовательно, эта жемчужина мудрости должна восприниматься в контексте приверженности пути Иеговы.
Так как притчи, по сути своей, — общие тезисы об устройстве мира, то и хронологической последовательности в них не наблюдается. Как мы вообще можем предположить, когда именно подобные изречения были написаны?
27. Кто стремится к добру, тот ищет благоволения; а кто ищет зла, к тому оно и приходит.
28. Надеющийся на богатство свое упадет; а праведники, как лист, будут зеленеть.
29. Расстроивающий дом свой получит в удел ветер, и глупый будет рабом мудрого сердцем.
30. Плод праведника — древо жизни, и мудрый привлекает души.
31. Так праведнику воздается на земле, тем паче нечестивому и грешнику.
11: 27–31
Это могло быть написано буквально в любой период истории. Между тем существует несколько притч, отсылающих к царям, — и, вероятно, автор имел в виду царей Израиля и/или Иудеи. По крайней мере, можно сделать вывод, что начало написанию притч было положено, самое раннее, в период монархии.
Действительно, некоторые притчи приписываются определенным авторам, и, следовательно, мы можем указать примерную дату их составления, основываясь на этих данных. Иногда автором этих книг называют царя Соломона — как указано в 1: 1, «притчи Соломона, сына Давидова, царя Израильского» (см. также 10: 1 и 25: 1). О Соломоне как об известном авторе притч написано в Третьей книге Царств (4: 29–34), где историк Второзакония в своей песни во славу великой мудрости Соломона пишет: «И изрек он три тысячи притчей, и песней его было тысяча и пять». Современные ученые склонны предполагать, что восхваление Соломона как «мудрейшего из всех людей» было традицией того времени, и вот почему авторство притч было приписано ему, несмотря на то что большая часть, если не вся книга, должна датироваться более поздним временем в истории Израиля. Так или иначе, в книге есть указания и на других предполагаемых авторов: какая-то часть книги приписывается «мудрым» (22: 17, 24: 23), также Агуру, сыну Иаке-еву (30: 1), и царю Лемуилу (31: 1). Мы не имеем никакого представления о том, кто были эти люди. И не имеем представления, кто все-таки написал все остальные притчи книги.
Подразделы Книги притч и ее поэтический характер
Книга притч сама по себе разделена на три различных сегмента:
I. Несколько стихов о мудрости и «две женщины» (гл. 1–9). Начало книги призывает читателя стремиться к обретению мудрости, следуя предостережениям автора. Вот некоторые из них:
1. Слушайте, дети, наставление отца, и внимайте, чтобы научиться разуму,
2. потому что я преподал вам доброе учение. Не оставляйте заповеди моей.
4: 1, 2
5. Приобретай мудрость, приобретай разум: не забывай этого и не уклоняйся от слов уст моих.
6. Не оставляй ее, и она будет охранять тебя; люби ее, и она будет оберегать тебя.
4: 5, 6
8. Высоко цени ее, и она возвысит тебя; она прославит тебя, если ты прилепишься к ней;
9. возложит на голову твою прекрасный венок, доставит тебе великолепный венец.
4: 8, 9
В эти вступительные стихи также включены притчи о «чужой женщине» и «женской добродетели». В отрывке о «чужой женщине» (7: 1—27) описывается юноша, не следующий пути мудрости, которого обольщает «чужая женщина»; читателя предостерегают «не блуждать стезями ее», так как «многих повергла она ранеными» и «дом ее — пути в преисподнюю, нисходящие во внутренние жилища смерти».
Исторически более значимой является притча о женской добродетели (8: 1—36). В данном случае мудрость представлена как живое существо, женщина, созданная Богом в самом начале творения, женщина, которая была с Богом еще до создания рая и тверди и, по сути, являлась его спутником во время создания Вселенной. Таким образом, познать Мудрость — значит узнать того, кто всегда находился подле Бога и косвенно был инструментом в создании мира таким, каким мы его знаем.
34. Блажен человек, который слушает меня, бодрствуя каждый день у ворот моих и стоя на страже у дверей моих!
35. потому что, кто нашел меня, тот нашел жизнь, и получит благодать от Господа;
36. а согрешающий против меня наносит вред душе своей: все ненавидящие меня любят смерть.
8: 34–36
II. Краткие притчи (гл. 10–30).
Практически вся книга состоит из следующих одно за другим изречений; по большей части — это случайно собранные притчи, не имеющие связи или системы построения. По сути, будучи универсальными произведениями, они не нуждаются в контексте.
III. Завершающие притчи, затрагивающие «двух женщин» (гл. 31). Книга заканчивается советом, данным матерью царя Лемуила, и
акростихом, воспевающим идеальную, добродетельную жену.
Как мы можем видеть по разным притчам, процитированным выше, притчи во всех трех сегментах представлены в виде стихов, присутствуют также различные формы параллелизма, ранее обсуждавшиеся. Можно найти немало примеров синонимического параллелизма:
20. Посему ходи путем добрых и держись стезей праведников,
21. потому что праведные будут жить на земле, и непорочные пребудут на ней;
22. а беззаконные будут истреблены с земли, и вероломные искоренены из нее.
2: 20–22
Но даже больше, чем Псалтирь, притчи изобилуют примерами антитетического параллелизма, так как постоянно сопоставляют праведность и грех, мудрость и глупость, богатство и бедность и т. д.:
33. Проклятие Господне на доме нечестивого, а жилище благочестивых Он благословляет.
34. Если над кощунниками Он посмевается, то смиренным дает благодать.
35. Мудрые наследуют славу, а глупые — бесславие.
3: 33–35
ОТСТУПЛЕНИЕ
Наказание детей: притчи других стран
В современном обществе, в котором воспитание детей носит либеральный характер, физическое наказание не приветствуется и даже порицается. Однако во многих древних сообществах все обстояло иначе. Чтобы понять, насколько сильно «мудрость» древних народов отличалась от морали современности, при этом порой перекликаясь между разными культурами, рассмотрим следующие отрывки из Книги
