Читаем без скачивания Belov.indd - Гомзяков Владимир

Что касается Александра Яковлевича, то он был тонким политиком и едва ли стал бы спорить с руководством. К тому же я не думаю, что решение о возвращении меня в «основу» далось тренеру так уж тяжело. Смена поколений сменой поколений, но результат Яковлевич должен был давать, и ветераны команды, как показывала жизнь, могли быть гарантией этого результата.

Последний триумф

Так или иначе, в составе сборной для участия в чемпионате Европы в Турине квота ветеранов Мюнхена осталась прежней. Помимо меня, на Европу отправились А. Жармухамедов и И. Едешко, для которых первенство вообще стало последним выступлением на высшем уровне. По сравнению с прошлогодним составом в Маниле только Хомичюс и Тараканов заменили Йовайшу и Болошева.

Первенство в Турине стало в какой-то степени моим бенефисом. В любимой мною и любящей меня Италии я в последний раз в своей карьере выиграл вместе с командой крупнейший международный турнир, был признан его лучшим игроком.

Сам чемпионат сложился достаточно забавно. Свою лепту в это внесла и наша сборная: так, в последнем матче предварительного турнира мы неожиданно для всех проиграли испанцам, причем с неприличным счетом 90:101. Впрочем, обе команды к тому времени обеспечили себе выход в полуфинальный турнир, обыграв голландцев и болгар.

Этот неожиданный результат впоследствии растворился в череде других сенсаций. Итальянцы проиграли чехам и остались в полуфинале только пятыми. Но наибольший фурор произвели победители трех последних европейских чемпионатов югославы, которые проиграли Израилю «-1» и вообще оказались за чертой финалистов!

Нам югославы проиграли «-19». В итоге в финале первенства континента мы бились против Израиля. Поправка Джексона—Вэника не помешала нам порвать соперника в клочья — 98:76.

Ошибка резидента

Нельзя исключать, что хитрые «юги» специально «затихарились» перед главным стартом четырехлетия, удовлетворившись скромной бронзой, в споре за которую они уверенно обыграли Чехословакию, и тем самым усыпив бдительность соперников. Можно было — а наверное и нужно было! — вспомнить, как они заняли девятое место на Европе в 1967-м, спокойно готовясь к «домашнему» чемпионату мира.

В большом спорте случается, что из тактических соображений соперник предлагает тебе выиграть. Отказываться в этих случаях не принято, победа всегда остается победой. Однако качеством профессионала, безусловно, всегда должен оставаться трезвый и холодный анализ ситуации, абсолютно свободный от эйфории и шапкозакидательства. Увы, победа в Турине (кстати, предпоследняя аж до 2007-го, когда сборная России сенсационно — вот до чего мы докатились — и, боюсь, случайно обыграла испанцев на их «домашнем» чемпионате) сослужила нам очень плохую службу.

Игроки не учли, что многие команды, скорее всего, «химичили» накануне Олимпиады, а в чем-то нам просто «проперло». Но даже если наша победа и была абсолютно заслуженной, она ни в коей мере не должна была послужить поводом к эйфории, успокоенности, расслабленности. И уж подавно нельзя было считать слабое выступление югославов соответствующим их подлинному уровню.

К сожалению, неправильно отреагировал на эту победу и главный тренер. От кого-то из знакомых Гомельского я слышал о верной примете: «Если Яковлевич, вернувшись с турнира из-за границы, в аэропорту ни с кем не здоровается, значит — выиграли». В данном случае долгожданная победа в континентальном чемпионате вызвала у нашего заслуженного мэтра буквально восторг. Вот как он комментировал чемпионат.

«Главный матч первенства — матч с югославами, советская сборная провела великолепно. Мы предполагали, что защита югославов будет максимально сконцентрирована и нацелена прежде всего на

В.      Ткаченко и С. Белова. Поэтому мы готовили нашего центрового к игре вдали от щита, оттянув его на линию штрафного броска. Белову же было поручено прежде всего снабжать мячами наших молодых, которых соперник еще толком не знал и не боялся, — Лопатова, Мышкина, Тараканова. В том, что Белов и сам не упустит возможности для, так сказать, личных атак, мы были уверены.

В обороне вместо ожидаемого югославами прессинга мы предложили вязкую смешанную защиту, в которой снайперам соперника — Кичановичу, Делибашичу и Далипагичу, было уделено повышенное внимание. Наши ребята превзошли чемпионов мира не только предельной отмобилизованностью, жаждой победы. Они были сильнее и в атлетизме, и в тактических командных действиях».

Если бы подобные панегирики выполняли исключительно роль PR-сопровождения, в этом было бы полбеды. Но, как показала жизнь, в сознании Александра Яковлевича и впрямь уже могло начать формироваться учебное пособие по тактике разгрома югославской сборной. Увы, и это было еще не самым страшным для подготовки и психологического настроя команды. Начало олимпийского года нанесло нам, как предстояло выяснить, самый тяжелый удар — известие об отказе американцев от участия в московских Играх.

Большая политика

Еще с 50-х годов спорт стал постепенно становиться заложником большой политики. Различного рода демарши политических руководителей, осуществляемые посредством недоумевающих спортсменов, время от времени потрясали спортивную общественность. Уже тогда они начали затрагивать главные соревнования планеты — Олимпийские игры (например, в 1956-м несколько стран отказались от участия в Играх в знак протеста против ввода советских войск в Венгрию). Однако до поры до времени эти потрясения были не особо масштабными.

В 1976-м прозвучал первый звонок — Олимпиаду в Монреале бойкотировали 26 африканских стран. Они протестовали против участия в Играх Новой Зеландии, нарушившей спортивную блокаду режима апартеида в Южной Африке, сыграв там матч по регби. Отсутствие атлетов с Черного континента не повлияло всерьез на распределение медалей в большинстве видов олимпийской программы. Впрочем, эскалация напряженности в противостоянии западного и восточного блоков заставляла ожидать худшего. Что и не замедлило произойти в самом скором времени.

24 декабря 1979 года советские войска по решению Политбюро ЦК КПСС вошли в Афганистан. Началась десятилетняя жестокая война, унесшая жизни 14,5 тысяч наших соотечественников. Война, которая была безоговорочно осуждена подавляющей частью мирового сообщества и стоила СССР колоссальных имиджевых потерь, включая обескровленный олимпийский праздник в 1980-м.

Не мое дело анализировать решения политиков, тем более в такой ситуации. Любая война — страшное и кровавое дело, и я уверен, что облеченные властью люди должны делать все возможное, чтобы исключать ее малейшую перспективу. Однако то, что внутренняя ситуация в Афганистане способна влиять на благополучие моей страны, у меня теперь не вызывает сомнений — достаточно посмотреть на мощнейший наркотраффик, который при полном попустительстве американских оккупационных сил идет сегодня в Россию.

О бойкоте московской Олимпиады западные политики заговорили практически сразу же. Уже в начале января нового 1980 года президент США Джимми Картер предложил, пока не очень настоятельно, перенести Игры в Грецию. Американцы не стали форсировать события до окончания собственных домашних Игр зимней Олимпиады в Лейк-Плэсиде. Сразу после них последовали ультиматум и 20 февраля заявление об отказе участвовать в Играх в Москве с призывом других стран к аналогичным действиям.

В итоге от поездки в Москву отказались 64 страны, в том числе ряд исключительно сильных спортивных держав. Некоторые западные страны, включая Великобританию, Францию, Италию и Испанию, предоставили возможность решить этот вопрос для себя своим спортивным федерациям. Впрочем, условия, в которых делался выбор, были довольно жесткими. В Великобритании против участия в Играх проголосовал парламент, а премьер-министр Тэтчер просто скрежетала зубами при одном упоминании о Москве.

Такая политическая позиция подорвала финансовую основу многих западных олимпийских сборных, бывших, как это ни парадоксально, гораздо «более любительскими», чем советская. Спонсоры побоялись поддержать спортивные федерации. В итоге команды этих стран приехали в сильно усеченных составах, и участие их носило как бы частный характер — на церемониях открытия и закрытия Игр, при награждении призеров спортсмены 15 стран выступали под символикой МОК, а не своих государств.

Признаюсь, что ситуация в других видах спорта волновала нас поскольку-постольку. Главной новостью для нас, разумеется, было отсутствие в Москве нашего главного соперника — США.

Старт дает Москва

Я считаю, что Москва очень хорошо подготовилась и провела, несмотря на бойкот, великолепные Игры. Для СССР их проведение на высочайшем уровне было вопросом международного престижа, демонстрацией преимуществ системы победившего социализма. Но каким бы ни был политический подтекст этого события, народ заслужил свою Олимпиаду, заслужил прекрасный и замечательно организованный праздник, заслужил свои 80 золотых медалей. Тысячи людей ударно потрудились непосредственно при подготовке Игр, вся страна работала не одно десятилетие, создавая национальное благосостояние, в том числе для того, чтобы эти Игры смогли пройти успешно. И внимание к Играм, позитивный резонанс от них были в Союзе на высшем уровне.