важность. Ну а элита? Ты всё слышал, что клан предлагает элите. Базу для развития, прикрытие бизнеса, возможность расширяться, а до кучи ещё и ощущение некой идейной элитарности, приобщённости к чему-то существенному. Национализм. Все криминальные группировки — те, что наиболее слаженные — глубоко национальны. А уж подобные нашему кланы — и подавно.
И вот эта ориентация на людей, рождающая поддержку в народе деятельности клана — самое сложное в работе колониальной администрации. Такой глубоко интегрированный в местные реалии клан крайне замкнут, сработан, и простирает свои щупальца едва ли не на каждого человека, не говоря уже о каждой социальной структуре. Через людей простирает, не абстрактно. Поэтому местные, даже самые-самые организованные правоохранительные структуры, не могут с ним ничего поделать.
Мафиозный клан — это орден. Орден дна. Ему может противостоять лишь такой же замкнутый орден, каждому члену которого наплевать на любые попытки влияния. Для которого есть только внутренние правила и отношения внутри. Это даёт внутренний иммунитет от влияния извне. И когда такой орден появляется, начинается война двух структур. Мы, валькирии, в данной ситуации — тот самый орден. Боевой орден. Нам плевать на возможности воздействия, на вербовки и прочее, прочее. Мы живём в своём мире, мы — плоть от плоти Республики, её Ядра Миров. И мы лучше подготовлены, лучше оснащены, лучше мотивированы. Поэтому мы здесь, Кошак. Этот клан не первый, переломанный Республикой о колено, но и не последний».
Слова Викеры продолжали звучать в сознании, хотя сама она давно замолчала. Их глубина, какая-то выстраданность даже, поражала. Не ожидал я от наставницы такого… А чего ожидал? Она ведь далеко не рядовой боевик. У неё своя философия. Скорее я полагал, что философия эта ограничена сферой боевых искусств, а оно вон как выходит…
«Вик. Твои слова… Спасибо, это глубоко и мудро».
«Ну, не только Мира у нас балуется социологией, — мне показалось, в бесплотном голосе наставницы проскользнула ирония. Наверное показалось, всё же ирония никогда не была её стихией. — Нужно знать врага в лицо, тогда и работать будешь эффективней, без соплей. В моей сфере ответственности это важно. Тут либо нужно кайфовать от пыток и грязи, либо осознавать их необходимость, неизбежность для дела. Я — осознаю. Настолько глубоко, насколько могу. Поэтому изучаю социальное дно профессионально. Стараюсь смотреть на них со стороны — не как на людей, как на объекты исследования. Препарирования».
Да уж! Я даже не нашёлся, что сказать. Да и не до разговоров сейчас было, мы как раз достигли конечной точки маршрута и заскочили в катер. Перед посадкой бегло осмотрел аппарат. Бронированный. Быстрый. Функциональный. Ещё из старорежимного прошлого, когда трава была зеленей, а правительственные машины — комфортней. Такие народная молва в своё время в СССР окрестила «членовозками», в смысле, для членов партии и правительства. Что ж, местные мафиози действительно про национальную идею не забывают — не в смысле бытового комфорта, уж точно.
Расселись в обширном салоне. Кроме нас с Корвусом здесь никого не оказалось, разве что за бронированной переборкой угадывался пилот. Хотя нет, там было сразу двое — пилот и, видимо, боец. Но, против ожидания, машина так и осталась стоять на месте.
— Выждем. Нет нужды спешить. Пусть всё уляжется, — пояснил на мой недоумённый взгляд авторитет.
Разумное в целом решение ставило крест на нашей с кошками операции. И так потратили непозволительно много времени, из отведённых Миленой двух часов оставалось всего ничего.
«Выкури их, Сай», — произнёс в коммуникатор одними губами.
«Обожаю охоту!» — рыкнула довольная предстоящей игрой девочка.
Не прошло и пары минут, как откуда-то из динамиков салона пришёл нарастающий гул. Следом что-то взорвалось. В водительской зоне зашевелились, началась нездоровая суета. Дон нахмурился.
— А охранители за тебя взялись всерьёз, псионец, — бросил нечитаемый взгляд на меня Драй. — Что ты им такого сделал?
— Политическую с пыточного стола снял. Не люблю, когда моих женщин обижают.
— Ты участвовал в штурме казарм?.. Что ж, тогда многое проясняется… Весело живёшь, псионец.
— Если с планеты убраться не дают, пусть знают, каково оно — жить рядом с сыном Псиона, — индифферентно пожал плечами. — Я им поблажек делать не намерен — мне самому их никто и никогда не делал.
Аппарат между тем начал эвакуацию. По мельчайшим токам энергий я ощущал, как мимо проносится узкий технологический коридор, с обилием звенящих энергиями коммуникаций, а вскоре замкнутое пространство сменилось обширным ангаром. Здесь уже силовые каналы не скрывали никакие изолирующие материалы, окружающее пространство буквально дышало токами чистых энергий. Ощущение бескрайней энергетической бездны в паутине потоков навалилось, стремясь увлечь в свой бесконечный водоворот. Мегаполис — только он мог так играть с восприятием.
Следующие минуты расцветились дикими скоростями, пилот мчал, отрываясь от возможной погони. В коммуникаторе раздавались короткие команды и скупые переговоры — кошки работали. Вели нас, одновременно выводя на встречный курс стайный катер. Бронированный скоростной аппарат как нельзя лучше подходил для акции, ведь вражеский борт следовало уделать наверняка. Возможность реализовать задуманное представилась десантницам спустя пару минут.
«Контакт», — бесстрастно прозвучало в сознании.
В тот же миг я метнулся вперёд, очутившись возле объекта за долю секунды до столкновения, накрыл нас пеленой, вдавливая неслабого мужика в диван. Корабль бросило куда-то вбок. Он больше не управлялся, являя собой снаряд в магнитных тисках инерции. Последовавший затем удар превратил некогда надёжный аппарат в груду металлолома. Часть фрагментов при этом унеслась прочь, послушно следуя закону инерции. На какие-то доли секунды неприспособленные к тому части конструкции ощутили себя «птицею гордою» — хотя до того не могли и помыслить о самостоятельном полёте. Ну скажите, какой летун из пилотажного кресла?.. Или из двигательной установки с рифлёными раструбами сопел?..
Мой бросок и своевременно распущенные поля спасли не только меня. Мафиозный дон, уже попрощавшийся с жизнью, зыркнул неверящим взглядом. Нет, не таким видел ад сей колоритный персонаж… Но что есть, то есть. Викера в своей второй ипостаси ничуть не уступит суккубе, да и Сайна запросто сошла бы за демона боли. А вот и они — легки на помине. Силовое поле тяжёлого экзоскелета позволяет резать всё, к чему прикоснётся,
