— С вечера его нет.
Бентон облизнул сухие, потрескавшиеся губы.
Он отшагнул от двери и провел их в гостиную через коридор не более дюжины футов длиной. Там в полутьме на стульях, диване, пуфике и на полу сидели люди: два маленьких мальчика, две девочки постарше и женщина. Ее зовут Бев Бентон, сказала она. А ее мужа — Макс. А это их дети. Девочки Шерри и Бренда, мальчики Рори и Стиви. А Дейви вот пропал.
Все Бентоны, обратил внимание Линли, были необыкновенно малы. В той или иной степени все они напоминали мальчика, найденного мертвым в Куинс-вуде.
Мальчики должны были сейчас быть в школе, а девочки — работать в рыбных лавках на рынке Камден-Лок, продолжала говорить Бев. А она сама вместе с Максом должна была обслуживать покупателей — они торгуют рыбой с фургона, у них арендовано место на Чапел-стрит. Но ни один из них не выйдет из этого дома, пока они не получат новостей о Дейви.
— С ним что-то случилось, — сказал Макс Бентон. — Иначе к нам прислали бы обычных констеблей в форме. Мы не тупые, можем догадаться. Так в чем дело?
— Наверное, нам лучше будет поговорить без детей, — предложил Линли.
— О боже! — выдохнула Бев Бентон.
— Нечего нюни распускать! — рявкнул на нее Макс. И после сказал Линли: — Они останутся. Если из того, что они здесь услышат, может быть извлечен полезный урок, то я, богом клянусь, хочу, чтобы они его получили.
— Мистер Бентон…
— Никаких «мистеров Бентонов»! — оборвал Бентон суперинтенданта. — Говорите по делу.
Линли не собирался идти на поводу у властного Бентона.
— Нет ли у вас фотографии вашего сына? — спросил он.
На этот вопрос ответила Бев Бентон:
— Шерри, ласточка, принеси фотографию Дейви с холодильника.
Одна из двух девочек — блондинка, как и труп в лесу, и такая же белокожая, тонкокостная, с мелкими чертами лица — быстро вышла из гостиной и так же быстро вернулась. Глядя куда-то на ботинки Линли, она отдала ему карточку и затем уселась на пуфик, который делила с сестрой. Линли опустил взгляд на фотографию. На ней растянул губы в дерзкой улыбке мальчишка со светлыми волосами, приглаженными в прическу при помощи геля. Его нос был сбрызнут веснушками, а на шее поверх школьного костюма висела пара наушников.
— В последнюю минуту надел их, — прокомментировала Бев Бентон наличие наушников, которые вряд ли были частью школьной формы мальчика. — Так любит музыку. Особенно рэп. Знаете, который играют эти чернокожие из Америки, со странными именами?
Мальчик на фотографии был похож на того, чье тело нашли этим утром под деревом, но окончательным ответом будет только опознание, произведенное родителями. Невзирая на желание Макса Бентона преподать детям некий урок, Линли не собирался выступать в роли учителя.
— Когда вы в последний раз видели Дейви? — спросил он.
— Вчера утром. — Это ответил Макс — Он ушел в школу, как обычно.
— Но потом почему-то не вернулся домой, — добавила Бев Бентон. — Хотя была его очередь присмотреть за Рори и Стивом.
— Я сходил в местную секцию таэквондо — проверить, не там ли он, — сообщил Макс — В прошлый раз, когда он сбежал, не выполнив своих обязанностей, он утверждал, что там был.
— Утверждал? — переспросила Барбара Хейверс.
Она оставалась у входа в гостиную, где записывала ход беседы в новый блокнот.
— Однажды он должен был прийти в нашу автолавку на рынок Чапел, — объяснила Бев. — Чтобы помочь отцу. Но он не пришел, а потом сказал, что пошел посмотреть на тренировку таэквондо, увлекся и забыл о времени. Среди его знакомых есть один мальчик, с которым у него возникли неприятности…
— Энди Криклуорт, — вставил Макс — Этот гаденыш достает Дейви, хочет занять его место в группе, которую организовал Дейви.
— Только не подумайте, это не банда какая-нибудь, — торопливо добавила Бев. — Просто мальчики вместе собираются. Они все давно дружат.
— А этот Криклуорт — новенький. Когда Дейви сказал, что хочет пойти посмотреть на таэквондо, я подумал…
Макс стоял, но вдруг подошел к дивану, где сидела его жена; он практически упал на диван и сжал лицо руками. Младшие дети, испугавшись столь очевидного расстройства папы, подбежали к сестре; та обняла их за плечи и успокаивала. Макс взял в себя в руки.
— Да, так в той секции мне сказали, что не знают никакого Дейви, — продолжил он. — И никогда не слышали о нем. Никогда не видели. Тогда я позвонил в школу, вдруг он прогуливает, а нам ничего не говорит; но нет, там мне сказали, что он ходит на занятия каждый день. Сегодня первый день, который он пропустил. За целый год.
— У него раньше были проблемы с полицией? — спросила Хейверс — Когда-нибудь магистрат интересовался им? Не предписывал ему посещения занятий в группах для трудных подростков?
— Наш Дейви не трудный подросток, — сказала Бев Бентон. — Он никогда не пропускает уроки. И отлично успевает по всем предметам, вот так.
— Только он не любит, когда об этом говорят, мама, — проговорила еле слышно Шерри, словно мать этими словами выдала доверенную ей тайну.
— Он должен быть сильным, — добавил Макс — А сильные парни не очень-то переживают из-за оценок.
— Вот Дейви и играл эту роль, — объяснила Бев, — но на самом деле он такой.
— Значит, полиция к нему претензий не имела? И в социальной службе к нему не присматривались?
— Что вы такое говорите? Макс…
Бев повернулась к мужу, словно ища у него разъяснений. Линли не дал ей договорить, продолжая задавать вопросы:
— Вы звонили его друзьям? Тем мальчикам, о которых вы говорите?
— Никто не видел его, — ответила Бев печально.
— А тот, другой мальчик? Энди Криклуорт?
Никто в семье никогда его не видел. И никто не знал, где его искать.
— А ваш Дейви, случаем, не придумал его? — спросила Хейверс, подняв голову от блокнота. — Может, таким образом он прикрывал какие-то свои дела?
Ответом на это стало молчание. То ли никто в семье не знал, что сказать, то ли никто не хотел говорить. Любопытно, думал Линли, отметив, что Бев Бентон поглядывает на мужа. Эти расспросы ей явно неприятны. Линли терпеливо ждал; наконец тишину нарушил глава семьи.
— Хулиганы не задирали его, вот что я вам скажу. Они знали, что Дейви даст отпор, если они затеют ссору. Он был невысокий и…
Макс Бентон вдруг понял, что упомянул сына в прошедшем времени, и, потрясенный, замолчал. Его мысль закончила его дочь Шерри.
— Хорошенький, — сказала он. — Наш Дейви необыкновенно хорошенький.
Они все хорошенькие, думал Линли. Хорошенькие и миниатюрные, как фарфоровые куклы. Мальчикам это качество наверняка приходится как-то компенсировать. Например, яростно сражаться, если кто-то попробует их обидеть. Например, получать синяки и сопротивляться, если кто-то захочет придушить их, зарезать и выбросить в заброшенном парке.
— Вы не покажете нам комнату сына, мистер Бентон? — попросил Линли.
— Зачем?
— Возможно, там мы найдем какую-то подсказку, куда он делся, — ответила Хейверс — Иногда дети не все рассказывают родителям. Если у него есть приятель, о котором вы ничего не знаете…
Макс переглянулся с женой. Впервые за все время беседы с полицейскими он не выглядел как безусловный глава семьи. Бев кивнула ему, и Макс сказал, чтобы Линли и Хейверс следовали за ним.
Он провел их на второй этаж, где на квадратную лестничную площадку выходило три спальни. В одной из них у противоположных стен стояли две двухэтажные кровати, разделенные комодом. Над одной из верхних коек на стене была укреплена полка с коллекцией компакт-дисков и аккуратной стопкой бейсболок. Нижнюю кровать здесь убрали, и вместо нее было устроено что-то вроде берлоги. Часть ее была отдана под одежду: мешковатые брюки, кроссовки, джемперы и футболки с фотографиями американских рэпперов, о которых говорила Бев Бентон. Другая часть состояла из металлических стеллажей, на которых выстроились дешевые книжки — в основном фантастика, как выяснилось при ближайшем рассмотрении. В глубине «берлоги» стояла тумбочка. Все это, поведал полиции Макс Бентон, принадлежит Дейви.
