Читаем без скачивания Призрак былой любви - Джудит Леннокс

Стемнело. Мелисса спала, но Макс не спешил уходить. Ему вдруг подумалось, что Тильда, возможно, тоже истолковала его отстраненность, уклонение от выполнения своих обязанностей отца и мужа как отсутствие любви. Он сердито гнал от себя эту догадку, но отмахнуться от неприятной мысли о том, что он в каком-то смысле сам толкнул Тильду в объятия Дары Канавана, было не так-то легко.

Тильда прочитала Кейтлин лекцию об отношениях полов на примере птиц и пчел, и следующие три недели девушка провела в тревоге, опасаясь, что забеременела. Кейтлин часто ходила в церковь — молилась, исповедалась отцу О’Берну, но так, лишь в общих чертах. Когда выяснилось, что она не беременна, ее радости не было предела.

Она вернулась к прежнему занятию: вновь занялась поисками отца. Изучала карту Ирландии, пытаясь вспомнить название деревни, о которой он ей рассказывал. Иногда отец являлся ей во сне, называл деревню, но, просыпаясь с мокрым от слез лицом, она уже не помнила, что он говорил. Она знала, что деревня находится близ моря, поскольку отец рассказывал, что он собирал устриц на берегу. И знала, что вокруг много холмов и озер. Но Ирландия, похоже, была усеяна холмами и озерами, а от любого населенного пункта до моря можно было добраться не более чем за два часа. Мистер Одди, частный детектив, в Ирландии тоже искал, но родственников отца так и не нашел. Кейтлин поставила перед собой цель достичь более ощутимых результатов, чем это удалось мистеру Одди.

Резонно предположив, что почти в каждом ирландском селении есть свой священник, Кейтлин писала письма, в которых объясняла, что она ищет своих родственников. На конверте указывала: священнику, селение такое-то, графство такое-то. Название населенного пункта она брала из атласа. Некоторые священники ей отвечали. Кейтлин узнала, что фамилия Канаван широко распространена в Ирландии. Имен дедушки с бабушкой она не знала, зато ей было известно, что ее нарекли в честь сестры отца — Кейтлин. Она упорно продолжала поиски, уверенная, что ее усилия не пропадут даром и в один прекрасный день ей повезет.

Почти все время она изнывала от скуки — это чувство затмевало все остальные. Ей было скучно учиться в школе: из середнячков она сползла в отстающие; дом полковника — Пуна — вгонял ее в тоску. Она была рада, что теперь у нее есть отдельная комната, хотя порой, когда от скуки хотелось лезть на стену, они вспоминала про Мелиссу. Она часто ходила в кино, с завистью глядя на роскошь и беспечную жизнь в американских фильмах. Она начала пропускать службы в церкви, которую исправно посещала каждое воскресенье с раннего детства. Раз Господь не в состоянии исполнить ее самое сокровенное желание — вернуть ей отца, — тогда какой от Него толк?

По субботам с утра она пропадала в деревенских конюшнях — чистила денники в обмен на то, чтобы ей разрешили покататься верхом. Это устроила Тильда после случая с Мартином Деверу, и Кейтлин, не желавшая принимать подарки от Тильды, не смогла устоять перед соблазном. Когда она на лошади скакала по лугу, встречный поток воздуха, бивший в лицо, заглушал боль утраты и развеивал скуку.

Потом в витрине деревенского магазина она увидела объявление: «Клуб художественной самодеятельности Вудкотт-Сент-Мартина будет ставить спектакль. Предварительная встреча всех желающих принять участие в постановке состоится в деревенском клубе во вторник, 15 февраля, в 19:30». Ниже стояла подпись некоего Джулиана Паско.

Деревенский клуб произвел на нее ужасающее впечатление — холодное, похожее на пещеру помещение, туалеты текут. В зале Кейтлин увидела около двенадцати человек. Маленький толстяк с блестящей лысиной под чутким руководством миссис Кавелл, заведующей почтой, ставил в неровный круг шаткие деревянные стулья. На Кейтлин никто не обращал внимания.

— Где Джулиан? — крикнул кто-то.

— Наверно, от Маргарет прячется, — ответила женщина в красной юбке; ее губы были накрашены не в тон наряду.

Все рассмеялись. Казалось, здесь все знали друг друга, и Кейтлин уже начала жалеть, что пришла. «Обычное деревенское сборище, — думала она, — такое же жалкое и скучное, как школа». Она направилась к выходу.

Дверь перед носом Кейтлин распахнулась. На нее чуть не налетел высокий худощавый мужчина с неровно подстриженными темными волосами.

— Джулиан, дорогой! — взвизгнул кто-то.

Джулиан, окоченевший от холода, хотя на нем были пальто, перчатки и шарф, глянул на Кейтлин и спросил:

— Уже убегаешь?

Она покачала головой.

Он протянул руку.

— Джулиан Паско.

— Кейтлин Канаван.

Он нахмурился.

— Ирландка. Красотка. «Никто не сравнится с красоткой, что встретил я в графстве Даун…» Ты из графства Даун, Кейтлин Канаван?

Она мотнула головой.

— Из Кембриджшира.

Он расхохотался, будто она сказала что-то смешное.

— Из Кембриджшира. Потрясающе! Очаровательное имечко. Какая аллитерация, какое гармоничное созвучие гласных! А она всего лишь из Кембриджа. — Он глянул на Кейтлин и сказал мягко: — Не обижайся, красотка, это я любя. Ну-ка улыбнись. Вот, так уже лучше. А теперь садись со всеми и будь хорошей девочкой.

Кейтлин села. У нее чуть дрожали коленки. Она не знала, сердится она или польщена. Стулья были расставлены полукругом. Джулиан Паско сел в центре круга спиной к зрительному залу. Миссис Кавелл налила ему чашку чаю из термоса. Он поблагодарил ее с улыбкой:

— Ты сама любезность, дорогая.

Женщина в красной юбке спросила:

— Включить масляный обогреватель, Джу?

Он покачал головой:

— Это все равно что пытаться обогреть ущелье Чеддар,[72] Патриция. К тому же мне вредно дышать испарениями — с моей-то астмой. — Джулиан глянул в свой блокнот. — Что ж, давайте знакомиться. И пожалуйста, говорите, кого что интересует… игра на сцене, пение, реквизит и т. д.

Он стал опрашивать собравшихся по очереди, одного за другим.

Миссис Кавелл:

— Декорации и реквизит. Ты же знаешь меня, Джулиан. Я готова взяться за все, что ни скажешь.

Лысый толстяк:

— Немного танцую степ.

Кейтлин хихикнула.

Тощий парень с выпирающим кадыком:

— Пою — главным образом баллады и частушки.

Подошла очередь Кейтлин.

— А ты, красотка?

Она заставила себя посмотреть ему в глаза.

— Я могу играть, петь и танцевать.

— Ну надо же! Просто кладезь талантов, — прокомментировал Джулиан. Потом глянул на часы. — Так, народ. Прослушивание в воскресенье после обеда. Увы, здесь. А теперь я обрисую вам свой замысел. Пока это только идеи, но… — Джулиан Паско передернул своими щуплыми плечами.

Следующие несколько дней Кейтлин порой ловила себя на том, что она думает о Джулиане Паско. Он был немолод — она предположила, что ему за тридцать, — и женат. Патриция Каннингем рассказала ей про его жену.

— Ее зовут Маргарет. Она просто стерва. Житья не дает бедняжке Джулиану.

Они мыли чашки в убогой кухне деревенского клуба.

— Зачем же он на ней женился? — спросила Кейтлин. — Она очень красивая?

Патриция фыркнула.

— Морда — лошадиная. Зато денег куры не клюют. Из нуворишей. У бедняжки Джу большие связи, а денег в семье ни шиша. До женитьбы на Маргарет он преподавал в совершенно жуткой школе в Оксфорде. Разумеется, ненавидел свою работу и здоровье последнее угробил. — Патриция покачала головой. — А он такая тонкая натура.

После прослушивания Джулиан назначил Кейтлин на роли в нескольких скетчах. Она также должна была сольно исполнять песню «Птица в золотой клетке».[73] Некоторые из участниц клуба художественной самодеятельности язвили по этому поводу, считая, что Кейтлин обласкана незаслуженно, но ей было все равно. После репетиций они все вместе шли в паб. Кейтлин сообразила, что ей дают восемнадцать лет, поэтому она представлялась шестиклассницей и всегда накладывала на лицо макияж.

Весной 1949 года полковник Реншоу заболел. Тильда выхаживала его в самые кризисные дни, когда его мучил сильный жар, ночами дежурила у его постели, делала ему холодные компрессы, пока он в бреду переносился на поля сражений во Фландрии.

Опять сломался генератор; Джош в выходные разобрал его, почистил, снова собрал. В курятник залезла лиса, пощипала, передушила кур. Эрик выкопал яму в мерзлой земле. Тильда помогла ему похоронить мертвых птиц.

На коротких каникулах в середине семестра Тильда повезла Кейтлин в Кембриджшир. Оставив девочку на полдня с Китом де Пейвли, она встретилась с Рози в темном кафе, находившемся в полуподвальном помещении. Рози, в пышной черной юбке и облегающем черном свитере, курила. Каждый раз, когда распахивалась дверь кафе, она вскакивала из-за столика и махала новым посетителям.

— Чарльз! Морин! Придете на нашу вечеринку?