– Да, я был очень доволен.
– А как же с вашим пятилетним планом? – не отставала Алесандра.
– О чем это вы? – спросил Натан в явном замешательстве.
– Разве ребенок не стал помехой вашей деятельности в компании?
– Ни в коей мере.
Алесандра ему не поверила. Натан не стал бы продавать акции компании, если бы не ребенок. Колин рассказывал ей о денежных затруднениях компаньона. Тем не менее Алесандра ни словом не обмолвилась о своей осведомленности.
– Понимаю, – сказала она. – Вы предусмотрели это в своих планах.
– Колин, о чем это говорит твоя жена?
– Когда я только познакомился с Алесандрой, то объяснил, что не собираюсь жениться еще пять лет.
– Или обзаводиться семьей, – добавила она.
– Или обзаводиться семьей, – повторил Колин, чтобы угодить ей.
Кейн и Джейд переглянулись.
– Весьма осмотрительно с твоей стороны, – сказал Кейн брату.
Алесандра сочла, что старший брат хотел похвалить Колина.
– Да, очень предусмотрительно, – с воодушевлением согласилась она.
– Планы имеют обыкновение меняться, – задумчиво сказала Джейд, глядя на Алесандру. На лице золовки было написано сочувствие. Неожиданно Алесандра загрустила. Джейд сочла, что знает тому причину.
– Ребенок – это благодать Божья, – не удержалась Алесандра.
– Да, – согласился Натан. – И Джейд права, говоря, что планы имеют обыкновение меняться, – добавил он. – Мы с Колином рассчитывали на наследство моей жены, которое должны были получить от короля, чтобы усилить активы компании, но принц-регент решил оставить денежки у себя, вот почему нам пришлось круто изменить намерение.
– Отсюда и пятилетний план, – подтвердил Колин.
Вид у Алесандры был такой, словно она вот-вот расплачется. Кейн был готов задушить братца. Колину достаточно было одного взгляда на лицо жены, чтобы заподозрить неладное. Однако его брат как назло уставился в окно, а Кейн не считал свое вмешательство своевременным… пока.
Алесандра была погружена в собственные мысли.
Ее возмутило замечание Натана, высказанное невзначай. Он ясно дал понять, что ни у него, ни у Колина не было никаких сомнений в отношении наследства Сары. Тогда почему же Колин так упрямо отказывается взять часть ее наследства?
Колин отвлек. Алесандру от невеселых мыслей, задав вопрос брату:
– Кейн, ты прекратишь хмуриться на свою жену? – Он считает меня виноватой, – объявила Джейд.
– Я тебя не виню, – возразил Кейн.
– Не винишь в чем? – спросил Колин.
– Этим утром я получила букет цветов. Записки не было, только подпись.
Натан и Колин переглянулись.
– Ты принимаешь цветы от посторонних мужчин? – спросил Натан, не скрывая изумления.
– Да.
Натан повернул голову к шурину.
– Кейн, это нельзя так оставить! Она твоя жена. Ты не можешь позволять, чтобы другой посылал ей цветы. И почему же, черт тебя подери, ты не убил этого негодяя?
Кейн был благодарен Натану за такую солидарность.
– Я и собираюсь его убить, как только выясню эту гнусную личность!
Колин покачал головой.
– Ты никого не убьешь, – недовольно заявил он. – Не следует терять голову, Кейн. Послать цветы леди еще не преступление. Вероятно, это какой-то молокосос влюбился первый раз в жизни.
– Тебе-то хорошо быть рассудительным, Колин. Джейд ведь не твоя жена.
– Я не лишился бы рассудка, если бы кто-нибудь прислал цветы Алесандре, – возразил Колин.
Кейн покачал головой.
– Назови нам его имя, Джейд, – потребовал Натан.
Никто не обращал внимания на Алесандру. Она была несказанно благодарна этому невниманию. У нее в голове лихорадочно проносились мысли. Она нахмурилась, когда Колин предположил, что это всего-навсего жалкое признание какого-то молокососа.
– Да, – присоединился Колин к Натану. – Кто их послал?
– Он подписал свою карточку: «Ваш Тайный Воздыхатель», – негромко произнесла Алесандра. – Все одновременно повернулись к ней. У Джейд открылся рот. – Верно, Джейд?
Ее невестка кивнула.
– Откуда ты знаешь? – ошеломленно выдавила она вопрос.
Натан откинулся на стуле.
– Здесь больше, чем слепое обожание, не правда ли? Повисло напряженное молчание.
Алесандра вдруг вспомнила про пакет, о доставке которого сообщил ей Фланнеган. Она попыталась встать и отправиться за ним. Колин удержал ее за руку.
– Думаю, что и мне этот человек что-то послал, – в раздумье произнесла Алесандра. – В прихожей ждет коробка.
– Верно, черт возьми! Фланнеган! – зарычал Колин.
От его рыка у Алесандры чуть не заложило уши.
Пакет уже был Фланнегана в руках, что свидетельствовало о его всегдашнем подслушивании. Он почти бросил его Колину.
Алесандра протянула было руку к пакету, но, встретив горящий взгляд мужа, отдернула ее. Она откинулась на спинку дивана и стала наблюдать, как Колин, наклонившись, набросился на коробку. Он разорвал ленту, невнятно что-то бормоча, затем чуть не оторвал крышку и заглянул внутрь.
Алесандра бросила взгляд через плечо мужа. Прежде чем Колин захлопнул крышку коробки, она успела мельком заметить затейливо разрисованный веер.
– Сукин сын! – прорычал Колин. Он повторил непристойное ругательство во второй раз. Натан, как заметила Алесандра, кивал каждому его неприличному слову полностью соглашаясь со своим компаньоном.
Колин взял в руку карточку.
– Ты ведь будешь рассудительным в этом деле? – бросил ему Кейн не без некоторого злорадства.
– К дьяволу! Нет!
– Это уж точно, – пробормотал Кейн.
– Еще немного, и вы устроите линчевание, – заявила Джейд. – Ты только посмотри на наших мужей, Алесандра! Они делают из мухи слона. Подобная ревность совершенно не обоснованна.
Джсйд ожидала согласия со стороны
Алесандры и была немало удивлена, когда ее невестка отрицательно покачала головой.
– Колину и Кейну не следует ревновать, – прошептала Алесандра, – а вот побеспокоиться следует,
– Откуда вы знали, что написано на карточке? – спросил Натан. – Вы уже получали подобные подарки?
Колин смотрел на жену. Его взгляд был холоднее льда. Таким же был и голос, когда он сказал:
– Ты рассказала бы мне, если бы получала другие подарки. Верно, Алесандра?
Слава Богу, у нее не было другого ответа, кроме утвердительного! Действительно, ярость Колина была ошеломляющей.
– Разумеется, я бы сказала тебе. Но я не получала никаких подарков.
Колин облегченно вздохнул. Он откинулся на спинку дивана, обняв Алесандру за плечи и крепко прижав к себе. Теперь его собственнические замашки действовали на нее успокаивающе, и Алесандре вовсе не мешало, что в его объятиях она была как в тисках.
